Взбежав по ступенькам на цокольный этаж, я замер, потому как на лестничной площадке меня ждала неожиданная сцена. Возле открытой настежь двери в нашу квартиру стояла женщина с парнем, уступавшим мне в возрасте всего на пару лет, а в двери стояла мать, и не знала как реагировать на неожиданное появление этих людей в своей жизни.

Глава 3

Градовец

— Пустите в дом, или нам на пороге так и стоять? — произнесла женщина, в которой я узнал тётку Константина. А рядом, соответственно, стоял мой двоюродный братец.

— Проходите, что уж там! Не выгонять же, — послышался недовольный голос отца, который следил за происходящим из своего коронного места в кресле. Он показательно отвернулся и скрылся за газетой, потеряв интерес к происходящему в соседней комнате.

Гости скрылись в квартире, а мать в последний момент заметила меня, прежде чем захлопнуть дверь прямо у меня перед носом.

— Костенька! Как всё прошло?

— Отлично, — улыбнулся я, довольный результатом. Да, могли быть варианты и получше, но мне-то какая разница? Меня устроил бы любой вариант, лишь бы подальше от дома.

— Ну, куда забросили? В Ельник небось? — насторожилась тётка, а её глаза азартно засияли.

Насколько помню, она была младше мамы на два года, но роль младшей дочери всегда её раздражала. Ей всегда хотелось выделиться и быть во всём лучше старшей сестры. Если маме покупали платье, тётке нужно было два. Но это касалось только вещей. Если мать получала грамоту за хорошую учёбу, то непременно становилась объектом насмешек, потому как сама по себе тётка Августа была ленивой и отлынивала от любой работы.

Когда мать вышла замуж, тётка активно принялась искать жениха, который мог бы переплюнуть моего будущего отца. У неё были и банкиры, и торговцы, и какие-то сомнительные иностранцы, обещавшие увести её то в Париж, то в Рим, но счастья она ни с кем не испытала. Как правило, через время женихи теряли к ней интерес, а один из хахалей так вообще обчистил квартиру перед уходом и оставил тётке голые стены. Но виноваты были все вокруг, только не она сама. От одного из таких романов у тётки и появился сын Рома.

Искать богатеньких женихов она перестала, сев на шею родителей, но попытки тягаться с матерью не оставила и никогда не упускала такой возможности. Пару лет назад она пустила какую-то сплетню о нашей семье, после чего отец вышвырнул их прочь из дома и запретил показываться на глаза. Теперь, спустя несколько лет, это семейство появилось снова. Разумеется, ничего хорошего от них я не ждал.

— Что, я угадала? — рассмеялась тётка. — Ну, не переживай, Костик, в Ельнике тоже будет чем заняться. Лекарственные травки пособираешь, от простуды людей полечишь. А там, гляди, кого-нибудь деревом привалит — всё практика. А вот мой Ромочка собрался поступать в Москву. Будет успешным торговцем.

— Да, тёть Гуся, в Ельнике хорошо, — согласился я. — Условия там суровые, а потому и люди чище. Всякие мерзавцы там попросту не приживаются. Даже немного жаль, что меня в Градовец отправили.

Мои слова вызвали целую бурю эмоций у всех, кто нас слышал. Мать ахнула от удивления, Рома завистливо присвистнул, а тётка Августина скривилась то ли от недовольства, то ли от того, что я назвал её ненавистной формой имени. Она даже не сразу собралась, чтобы отвесить оплеуху своему сыну.

— Сколько раз я говорила не свистеть в помещении? Денег не будет! Хотя, откуда тут взяться деньгам? Отец калека, сынок в двадцать три года штаны на учёбе протирает, а мать одна семью тянет.

— Августа, что тебе нужно? — строго произнесла мать, бросив испуганный взгляд на отца, будто слова этой мегеры могли задеть его самолюбие.

— Если бы ты хоть немного интересовалась моей жизнью, то знала бы, что я сейчас в тяжёлом положении. Наши родители выставили меня с сыном из дома без копейки денег за душой!

— Давно пора было, — не сдержался я. — Поражаюсь как у дедули с бабулей хватило терпения не сделать этого раньше. У меня бы терпение лопнуло ещё после того, как ты украла у деда золотые наручные часы и продала их в антикварную лавку практически за бесценок.

— Да как ты смеешь, сопляк? — заревела женщина. — Кем ты себя возомнил?

— Как минимум, человеком, в доме которого ты позволяешь себе оскорбительно отзываться о членах семьи. Если не перестанешь, то можешь снова убираться, пока не научишься себя вести достойно. Хотя, а научишься ли?

Мать у меня за спиной ойкнула, а отец довольно хмыкнул.

— Юрий, ты слышал как разговаривает твой сын?

— Разумеется! — на удивление спокойным тоном ответил отец. — Наконец-то он ответил, как настоящий мужчина, который обязан защищать свою семью. Если ты хочешь услышать мою позицию, то она неизменна. Тебе и твоему отпрыску нечего делать в моём доме.

Это оказалось уже выше сил тётки, разразившись ругательствами, от которых и у бывалых людей уши свернулись бы в трубочку, она хлопнула дверью и поспешила убраться.

— Юра, давай хотя бы на детях не будем отрываться из-за наших разногласий, — взмолилась мать.

— Думаешь, у младшего Копылова иная позиция? Нет, я слишком хорошо знаю твоё семейство. Они воспитали его таким же бестактным и невежественным, иначе он хотя бы попытался остановить свою мать.

— Они — наша семья, и мы должны принимать их такими, какие они есть!

— Да уж лучше вообще без семьи, чем с такой! — стоял на своём отец.

Мать ничего не ответила и ушла на кухню. Я видел, что на её глаза наворачивались слёзы. Увы, новость о моём распределении в Градовец ускользнула от общего внимания из-за очередной семейной ссоры, в очередной раз спровоцированной нашими родственниками.

— Константин! — суровым голосом позвал меня отец.

Поначалу мне хотелось проигнорировать его, но я решил не портить отношения хотя бы перед отъездом. Если не ради отца, то хотя бы ради матери, для которой наши ссоры как ножом по сердцу.

— Что-то случилось?

— Случилось, — произнёс отец, отложив газету в сторону, что само