Опять Германия. То самое дырявое покрывало, как её называл дядя Жора, где пересекались интересы многих государств. Значит, оттуда пришли Таящиеся, напавшие в поместье Шуйского? Но как? Их не могли доставить сюда без помощи со стороны, как и в деле с ублюдками в нападении в столице. Слепо верить князю тоже нельзя, но подумать над его словами нужно. Впрочем, он ещё не закончил и продолжил.

— Я не могу быть уверенным, кто именно помог террористам в тот раз и как с этим связан Хаос, — проговорил он, нахмурившись. — Поиски идут, Нулевой Отдел совместно с моей службой безопасности держит руку на пульсе…

— В Смоленске они вряд ли ударят повторно, — дополнил я за него. — Как и в столице. Я понимаю, о чём вы хотите сказать, ваше светлость, но мир не крутится вокруг меня. Да, убить меня они хотят, но главная задача не в этом, и вы это тоже понимаете.

— Война, да, — вздохнул князь, бросив взгляд на вечерний город. — Последние пять лет обстановка в мире становится всё напряженней, а с той стороны приходят донесения об усиливающихся нападениях тварей Хаоса на Цитадели.

Я напрягся и принял стойку, будто борзая, готовая к рывку.

— Где?

— Восьмой мир — Ронстрим, Цитадель «Свобода», — поделился со мной Шуйский, действительно, важной информацией. Вокруг нас с самого начала беседы висел полог тишины с часов князя от лишних ушей. — Я, как градоначальник Смоленска, обладаю частью информации. Не всей, что-то точно ограниченно, но мне известно об усиливающихся нападениях. Рейды в восьмом мире практически прекратились, все силы брошены на оборону. Твари давят их и очень сильно.

— И вы считаете, что это связано с активностью Хаоситов на этой стороне, как и обстановка в мире, — не спрашивал я, а утверждал. — Что-то ещё известно?

Вместо ответа Шуйский протянул мне флешку.

— Здесь всё, Констатин. У меня нет долгов перед твоим отцом или генералом Артюшиным. Их не было в тот вечер, а ты — был. И благодаря тебе удалось спасти множество жизней. Никто не обвинит мой род в том, что Шуйские не платят долги. Я знаю, что ты рвёшься сражаться с Хаосом. Знаю о твоих успехах и могу лишь догадываться, куда ты дальше пойдёшь. Информация на этой флешке есть только у меня, Нулевого Отдела и частично у Красного Корпуса. И у императора, разумеется.

Я взял флеш-накопитель и положил в нагрудный карман, чуть ли не через ткань чувствуя, как информация на нём жгла кожу.

— Благодарю, ваша светлость, — протянул я руку князю. — Больше между нами нет долгов.

Он улыбнулся, ответил на жест, а затем похлопал меня по плечу и произнес:

— Надеюсь на твои успехи, Константин. И буду очень рад за ними наблюдать.

Шуйский убрал полог и двинулся в сторону дверей балкона, а я смотрел ему вслед и думал.

Долг-то я ему простил, но можно ли верить тому, что на этой флешке?

Потому что Хаос не дремлет, а слуги его всегда умели скрываться под личинами тех, кто жаждал помочь…

Эпилог

День окончания Курса Молодого Бойца начался с суеты. Десятки парней и девушек, в том числе те из бойцов Корпуса, кого привлекли к этому событию, выстроились перед штабом.

На быстро организованном помосте за трибуной стоял полковник Тимирязев, а за его спиной преподавательский состав с суровыми лицами.

Полковник толкал речь, хвалил наши достижения, прошёлся по патриотическому настроению, мол все мы сражаемся ради Российской Империи, зацепил общую проблему человечества с Червоточинами. Слов было много, говорил он в основном рублеными предложениям, поставленным, военным голосом, но зевать не хотелось. Более того, большинство прониклось речью, я видел, как люди распрямили плечи, а их взор горел.

Мои же мысли больше крутились вокруг флешки Шуйского и информации на ней. А почитать там было что. Как и признать — мне дали краткую, сухую выжимку. Без подробностей и каких-либо объяснений. Сухая конкретика и ничего более, отчего хотелось скривиться и усомнится в полезности этой информации.

Про теракты в Смоленске и появление тварей Хаоса в городе, когда произошло нападение в доме князя, мне пусть и было интересно почитать, но общего смысла это уже не имело. Тем более сам Шуйский сказал, что след пропал в Германии, хотя его люди и Нулевой Отдел всё ещё что-то ищут.

Выжимка его мыслей и данных СБ Шуйских по поводу нападения в столице… ну такое себе. В этом плане я больше доверял Распутину, в отличие от князя. Просто из-за одного, но неоспоримого факта имя которому — Нефал. Граф был слугой Смерти, её изначальной концепции, тогда как мой друг являлся её Перстом и дела смертных и бессмертных его уже не волновали. Он — не предвзят, но в какой-то мере согласен помочь.

Впрочем, сейчас не об этом. Так вот, Распутину я мог доверять, а вот Шуйский… Он под вопросом. Я не мог утверждать связан ли он с Хаосом, как и проверить это. Но не мог и обвинить его, не владея доказательствами.

А вот, что меня, действительно заинтересовало — участившиеся нападения в Ростриме, как называли люди в этом мире восьмой мир. В папке по тамошней ситуации был всего один файл и то малый по объёму. Простые факты нападений, пострадавших без имён и конкретики, размазанные «водой» объяснения.

На этой почве и моего недоверия к князю, я собирался поговорить с Арсеналом. Не со Спицыным, с которым мы за весь месяц лишь раз пересеклись и тот намёками пытался урегулировать возникший между нами конфликт. Именно Рома мог ответить на мои вопросы по восьмому миру и, либо подтвердить, либо опровергнуть информацию и слова Шуйского.

Вот только я почему-то был уверен, что князь не врал. Будь он на службе у Хаоса, то… зачем ему давать мне эту информацию? В чём смысл? Чтобы я ринулся в Рострим? Так не отпустит меня туда никто, даже после КМБ, силой и репутацией не вышел.

— Костя, ты вообще слушаешь? — пихнула меня локтём в бок Мария.

— Ага, — подавил я зевок. — Немного.

Девушка покачала головой, а стоявшие неподалёку бывшие… одногруппники? Одноновобранцы? В общем, те, с кем я приехал в Корпус, бросали на