И дуб подчинился, пусть и как-то нехотя, с чем-то похожим на обиду, если растение вообще способно на такое чувство. Он понял, что не может противостоять концентрированной воле-приказу.

Тогда жива и потекла в меня — чистая, свежая, пахнущая лесом и землей. Мой духовный корень начал жадно впитывать её, перерабатывать и делать своей. Впервые я брал живу у дерева и ощутил насколько же она отличается от той, что у растений — совсем другое качество, что-ли.

Я мог бы взять больше, намного больше, но дерево было молодым и ему самому нужно было оставить достаточно энергии для борьбы и жизни в лесу. Я отнял руку от коры и открыл глаза.

Сразу всплыло сообщение системы.

[Поглощение живы: 36%

Эффективность поглощения значительно повышена.]

Вот как!

Скачок был огромный.

Значит, эффективность поглощения повышена? Сейчас и проверю.

Я отошёл от дубка и подошёл к ближайшему кусту. Протянул руку, коснулся листьев и…

ОТДАЙ.

Куст даже не пытался сопротивляться и жива потекла в меня тоненьким ручейком, почти без усилий с моей стороны.

После дуба это было слишком легко. Жива поступившая в меня была без той «примеси», которую я ощущал, когда приходилось продавливать сопротивление. Нет, она еще требовала переработки, но эта переработка была уже не такой болезненной.

Я проверил это еще на нескольких кустах, и везде я чувствовал, что поглощение работало эффективнее.

— Закончил? — спросил Грэм.

— В общем да, остальное буду по пути делать, — кивнул я ему.

— Тогда идём. До едких дубов ещё топать и топать.

Роща едких дубов встретила нас тишиной. Наверное, это первое, что я заметил. Раньше тут был писк мурлык, хлопанье крыльев, возня на ветках, а сейчас — полная тишина.

Грэм нахмурился. Седой, сидевший в корзине, напрягся, его уши прижались к голове, а янтарные глаза обеспокоенно забегали по сторонам. Он тоже чувствовал, что что-то не так.

— Пи-пи, — тихо, почти шёпотом, произнёс он.

Я выпустил Виа. Лиана скользнула вперёд, к деревьям: если что, она разведает и первая примет удар.

Мы же с Грэмом осторожно приближались к деревьям вслед за ней.

— В СТОРОНУ! — рявкнул Грэм и дернул меня за одежду. И вовремя! В тот же миг что-то просвистело рядом со мной и уткнулось в землю.

Шипы! Десятки костяных шипов, тонких и острых как иглы.

Я отступил еще на шаг назад и они снова полетели в меня. Но на этот раз я был готов и успел прикрыться корзиной, отступив в сторону. Несколько шипов с глухим стуком вонзились в плетёные стенки.

Отойдя еще шагов на пять я оказался вне зоны досягаемости этих странных метателей иголок и смог уже повнимательнее присмотреться к едким дубам, с которых и летело всё это непотребство.

— Шипохвосты, — спокойно сказал Грэм увидев существ, которые облепили деревья.

Едкие дубы были усыпаны ящерицами. На каждом дереве сидело больше десятка странных серо-коричневых ящериц, с длинными хвостами и телами, покрытыми костяными шипами. Все они как один смотрели на нас.

— Можно поподробнее, чего от них ожидать?

— Противные ящерицы из глубины леса. — пояснил Грэм и без опаски уже сам шагнул вперед, к деревьям.

В него полетели иглы, но он их сбил буквально рукой.

— Мою закалку пробьют? — уточнил я.

— Могут пробить, могут не пробить, — пожал плечами Грэм, — От расстояния зависит. Я немного перестраховался, думал, это иглы других тварей.

Других? — мелькнула мысль.

— В общем, у этих яд, конечно, имеется на костяных шипах, но он не смертельный. Так что ничего страшного если словишь парочку — они просто вызывают зуд, раздражение и покраснение. Ну и чесаться долго будешь.

— Понятно… — протянул я и поставил на землю корзину, вытаскивая кувшин и трубочку. Кинжал уже был в руке. — Вопрос только в том, где мурлыки?

— Ты не заметил? — переспросил Грэм и взял у меня кувшин, — Вон там.

Я проследил куда он показывает и застыл. У меня что-то сжалось внутри. Неподалёку, у подножия одного из дубов, лежали несколько тел мурлык и их серебристая шерсть была испачкана кровью, а тела утыканы шипами. Рядом валялись три мёртвых шипохвоста. Судя по всему, мурлыки дали бой, прежде чем погибнуть.

— Значит…борьба за территорию, — произнес я. — Шипохвосты выгнали мурлыков и заняли их место.

— Именно так, Элиас. Твари из глубин более агрессивные и опасные — мурлыкам тяжело удержать это место. Не знаю чем оно приглянулось шипохвостам, но в любом случае сомнительно, чтобы мурлыки отбили его обратно. Когда Хмарь расширяется, твари из глубины давят на тех, кто ближе к краю, а те — на следующих. И так далее, пока кто-то не окажется на самом краю, откуда уже некуда бежать.

Я вздохнул.

Седой, тем временем, уселся у меня на плече. Думаю, зрелище убитых сородичей не укрылось от него. Его глаза были широко раскрыты, а усы дрожали.

— Пи…

— Знаю, приятель, — тихо сказал я. — Мне тоже жаль. Но твоей стаи тут больше нет — не выдержали конкурентной борьбы.

Пока Грэм набирал сок, я стоял чуть поодаль. Шипохвосты с дюжину раз запускали в него иголками, но скоро убедились, что Грэму они не вредят и перестали. Запас их шипов тоже не был бесконечным.

Какое-то время Седой молчал, а потом неожиданно дернул меня за волосы.

— А, чего?

— Пи! — его лапа указала на одно из крайних деревьев.

— Что там? Да вижу, сидят и смотрят на нас. — ответил я.

— Пи! Пи!

Он указал лапой туда, повыше, на кроны деревьев.

— Пи-пи!

Я непонимающе смотрел на него.

— Ты хочешь туда?

— Пи!

Пусть я не знал, что он имеет в виду, но Седой дураком не был — это был старый и умный мурлык, другие до такого возраста не доживают. Поэтому я послал Виа прогнать с того дерева шипохвостов. И вот с Виа у них возникла проблема: они стреляли в нее своими шипами, но попасть в юркую и быструю лиану было очень сложно. Так что она стремительно взбиралась на дерево, и скоро достигла первых ящериц. Двух она просто скинула на землю, другие удрали от нее на кроны повыше, но она была беспощадна: одного она сдавила, не