— Я могу ещё два десятка своих бойцов подтянуть? — сразу же спросил начальник охраны замка.

— Подтягивай, — отвечая, я направился по дорожке к дому. — Условия для всех одинаковые, ничего в наших договорах я менять не собираюсь. Что-то ещё?

— Да, — он задумался, а потом осторожно проговорил. — Завтра первый день полнолуния. Мне не хотелось этого делать, но я боюсь, что к тому разведывательному отряду могут присоединиться неразумные оборотни…

— Тогда завтра выйдем ночью и прогуляемся до близлежащего леса, — перебил я его. Олег хотел что-то возразить, но я поднял руку, призывая заткнуться. — Давай договоримся: я не буду ничего предпринимать, если увижу, что ты справляешься с ситуацией. Ну а если нет… Мне же надо мои замечательные огненные шары на ком-то опробовать.

— Шкуру попортишь, продать не сможешь, — скривился Дерешев.

— Да, это точно проблема, — я задумался. — Ну что же, тогда по старинке: я с пистолетом и винтовкой, ты… ну, не знаю, со своим обычным арсеналом. Савелия с собой позовём, чтобы скучно не было.

— Жениться тебе надо, — хмыкнул Олег и свернул на дорожку, ведущую к казармам.

— А это здесь при чём? — крикнул я ему вслед, но этот гад только рукой махнул. Сплюнув, я быстрым шагом пошёл к входу в замок, бормоча под нос: — Почему все пытаются мне угрожать?

Неделю назад уехали Князевы, и замок, казалось, погрузился в какое-то подобие сна. Было слишком тихо, хотя, по идее, сами Князевы никаких хлопот никому не доставляли. Похоже, они просто умеют притягивать к себе элементы хаоса, не зря же вокруг них постоянно какая-то непонятная муть происходит. Знать бы ещё, кто именно из женщин обладает таким вот своеобразным даром и не является ли он семейным. В замке стало как-то слишком тихо, даже окончательная примерка уже готового костюма прошла без эксцессов. Удивительно, конечно, но это факт.

И вот теперь, заходя в холл и прислушиваясь к царящей вокруг тишине, я пытался понять: мне это нравится или всё-таки не очень?

— Надежду повела знакомить с замком Катерина, — доложил мне Валерьян, как только я переступил порог. — Сергей Владимирович ждёт вас в офисе. Я распорядился принести туда чай и закуски.

— Спасибо, — кивнув дворецкому, я направился к бывшей зелёной гостиной, прикидывая, что тоже не прочь попить чаю.

Бергер ждал меня возле окна, бездумно глядя вдаль. При этом его лицо было настолько одухотворённым, что мне резко захотелось сделать что-нибудь хулиганское: хоть вазу разбить, уронив её на пол. Сергей в это время повернулся ко мне.

— Дело на столе, — сказал он вместо приветствия. — Оно настолько… не знаю, как его охарактеризовать, мутное, что ли. Да и сам заказчик…

— А что с ним не так? — рассеянно спросил я, начиная знакомиться с делом.

— У него невеста погибла, которую он, по его же собственным словам, безумно любит, а этот тип как ни в чём не бывало на бал к Беркутовым собирается, — поморщился Бергер.

— Где будет изображать невинную жертву чудовищных обстоятельств, — добавил я, нахмурившись, когда мой взгляд зацепился за некоторые нестыковки. Судя по тому, что Сергей их подчеркнул, они ему тоже не понравились. — Зато он будет окружён дамами весь вечер, успех ему будет гарантирован. Так, а это что? Незарегистрированный призрак?

— Я с ним столкнулся возле сейфа, когда осматривал его, — ответил Бергер. — Совершенно дикое злобное создание. Я даже не понял, чей это призрак: мужчины или женщины.

— Больше похоже на мстящего духа, — потерев подбородок, я бросил дело на стол. — Вот что, мы сейчас заключим дополнительное соглашение, и на правах партнёра-консультанта приглашаю вас с Надей пожить на период расследования в Блуждающем замке. Что-то не нравится мне этот призрак, а сюда они как ни крути проникнуть не могут. Самое поганое в том, что эти духи редко привязаны к месту, так что…

— Да я и сам хотел просить тебя приютить хотя бы Надю, — Бергер на мгновение прикрыл глаза. — Я бы отказался от этого дела сразу, но…

— Но дух тебя заметил, и теперь это не имеет значения, а так ты хотя бы подзаработаешь, — закончил я за него. — На балу я встречусь с Досковым и поговорю с ним. А пока найди свою очаровательную супругу и исследуйте замок в направлении столовой. Заодно пообедаем. Я пока схожу переоденусь и душ приму, а то по земле сегодня много кататься пришлось. Тебе машину выделить для переезда?

— Не нужно, я себе купил. Последнее дело с тобой выгодным оказалось. Да, за дом спасибо. Скорее всего, мы отсюда сразу в него переберёмся, там как раз небольшой косметический ремонт закончится.

— Ну вот и хорошо, — ответил я, выходя первым из офиса. Завтра первый день полнолуния, а через три дня я еду на самый настоящий бал, и не могу понять, что же нервирует меня больше. В любом случае, скучно точно не будет, я это буквально задницей чую.

* * *

В полутьме роскошного будуара за туалетным столиком сидела очень красивая женщина и расчёсывала длинные волосы, внимательно глядя на себя в зеркале. Дверь открылась, на пороге показался мужской силуэт, и на обнажённую шею легло рубиновое ожерелье. Свет заиграл в кроваво-красных гранях, окрашивая нежную кожу в красный цвет.

— Тебе очень идёт, — заметил граф, делая шаг назад, встречаясь взглядом с Анфисой Голубевой в зеркале.

— Как могло произойти, что Голубев позволил убить себя какой-то потаскушке? — раздражённо процедила Анфиса. — Я осталась ни с чем! Мне теперь некуда возвращаться!

— Ну зачем тебе думать о таких низменных вещах? — граф Скворцов улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Я способен обеспечить тебе вполне приличное содержание.

— Когда мы вернёмся в Дубровск? — резко прервала Анфиса любовника. — Я хочу видеть, как сдохнет Громов. Хочу смаковать каждый его последний вздох…

— Не кипятись, — Скворцов положил руку ей на плечо и слегка сжал. — Всему своё время. Но, обещаю тебе, наше унижение не останется без ответа.

Проведя ладонью по шее Анфисы, граф вышел из её комнаты и остановился напротив портрета какого-то его дальнего предка, сжав кулаки. Она никогда не узнает, что это он позаботился о том, чтобы ей некуда было возвращаться. Конечно, хотелось бы, чтобы вместе с этим ничтожеством Голубевым погибла эта девчонка, отвергшая его, но ничего, у него есть время, чтобы отомстить.

Глаза Скворцова скользнули по мечу, нарисованному более филигранно, чем сам портрет, и он снова