Молчание затянулось, и Тамара усилила нажим своим убеждением.

— Борис, я уверена, мы все уладим с Денисом и Булатом к нашему общему удовольствию. Вернешься из похода, обсудим условия. Согласен?

— Я полезных перспектив никогда не супротив! — отговорился цитатой, нарочно избегая односложного ответа, — Обязательно обсудим.

Весь разговор за моим плечом стоял Ларсен, символизируя поддержку, но терпеливо не вмешивался. Как наставник и сообщник имел на то полное право, но позволил женщине высказаться.

— Полагаю, нам пора в башню! — напомнил жрец о цели нашего визита, подводя итог встрече.

Вот и познакомился с легендарным вором навыков, пока без последствий. Что до Тамариной затеи, по мере накопления знаний и опыта, мне все меньше хотелось присоединиться к одной из сторон. Мои таланты и ассортимент навыков делали меня самодостаточным. Да, домен Булата все еще выглядел предпочтительнее всех, но у меня появилась надежда на независимость. Все остальные пути — изнурительный бег по кругу за морковкой без свободы выбора, саморазвития и достойного места. Мне не дадут сделать качественный рывок и пустят на вершину лишь номинально. Прошлую жизнь я истратил на нервную потогонку ради чужой прибыли, сейчас все те достижения сейчас казались ложными и недостойными. Эту хотелось прожить иначе.

Где-то за башней дымили невидимые котлы и печи, наполняя воздух под куполом ароматами похлебки и хлеба. Раньше пекли в базовом лагере, но едоков стало больше и старые печки не справлялись. Желудок заурчал, напоминая о себе.

Численно выросшие разнорабочие все так же вручную поднимали корзины с камнесталью наверх. Начинающие мастера размягчали материал потоками энергии из мастер-ключей, лепили на стены третьего этажа и на зачатки перил второго этажа галереи. Людей грамотно распределили по участкам, зачатки моего Архитектора определили высокую организацию процесса. На запястьях некоторых светились мои браслеты Каменщика, но хватало и чужих ремесленных артефактов. Ларсен немедленно благословил каменщиков, получив массу благодарностей в ответ.

Миновали короткий коридор под арочным сводом, попав из жаркой уличной духоты в липкую толчею, воняющую тяжелым трудом. Стены здания пока не набрали достаточной толщины, чтобы дарить прохладу весь день. И слишком много народа сновало внутри — просто нечем дышать.

Первый этаж освещался хорошо и уже мог свободно вместить человек двадцать пять стоя. Например, для коллективной молитвы. Центральный столб, скрывающий энергетический луч, ограждали сложенные друг на друга транспортные ящики. Рядом стояли стопки деревянных кроватей и мешки с пожитками. Было б странно, если бы зал не использовали для отдыха.

Узкие входы по бокам помещения первого этажа вели в будущее общежитие, чьи помещения еще только строились. Каменная лестница позволяла попасть на второй этаж и далее, немного сужаясь, оплетала башню до входа на третий. Вот по ней и сновал основной поток работяг с корзинами и мешками. Спуск в заветный подвал сместился к стене вправо от входа и был прикрыт импровизированным ограждением, потому что оказался неожиданно глубоким.

— Ураганный темп, — озвучил свою оценку работ.

Вот уж воистину, русские долго запрягают, потом быстро едут. Жрец, отдавший работе с башнями лет двадцать, матерно согласился, мол, «глубоко впечатлен произошедшими изменениями». А ведь он был здесь недавно.

В подвале освещение отсутствовало и пришлось включить «Светоч» над головой. Комнату с энергоузлом окружал широкий коридор с глубокими арками по кругу. Внутренний архитектор пояснил, по мере расширения фундамента, каждая станет отдельным помещением: жильем, складом, водным резервуаром, мастерской или подсобкой. На первом этапе должен получиться эдакий цветок с лепестками. Местами сгрудились транспортные ящики и мешки с припасами, а вот спальников и раскладушек не было. Душновато, да буйства магической энергии ограждены лишь тонкими перегородками, вот и нет желающих поспать в подвале.

Ядро башни совершило внушительный рывок вперед. Оно и понятно, без ежечасного поступления огромных объемов энергии подобный прогресс был бы попросту невозможен. Ларс обратил мое внимание на внутренние изменения ключевого элемента энергосистемы. Что скажешь, ученик?

Итак, конструкт создали сильные маги-мужчины, им же принадлежал основной вклад в его развитие. Однако, по непонятной причине женское влияние оказалось определяющим. Классическое «муж — голова, жена — шея». Тамара, Алия, Аврора, Лилия, Жанна и другие постоянно контактировали с ядром, направляя его становление тонко и деликатно. Весьма вероятно, здешний аналог Причуды со временем получит женские черты. О чем и сказал наставнику.

— Хитрит бабье царство! — проворчал Ларсен, — Как бы себя не перехитрили.

Допустим, ключевой элемент Тамариной башни в скором времени осознает себя женщиной.

— И чем это грозит?

— Вряд ли богатеи, что вложили кучу денег в эту башню, обрадуются. Оно ж начнет влиять на доступные навыки и умения. Таланты и Искры давать не кому надо, а любимицам. Они боевых магов хотят, а что за боевые маги с сиськами?

— Зато навалит им медицины, домоводства с полеводством. Пока муж на границе врага отбивает, жена дом держит и в поле пашет, как в старые добрые времена.

— Дай-то Бог! — согласился Ларсен, — Только наши повелители тоже не обрадуются женскому монастырю в центре земель. Они-то хотели совсем иного.

Управляющие системы ядер неправильно сравнивать с людьми, все-таки они ближе к искусственному интеллекту на магических принципах. На определенном этапе «взросления» процесс обучения может стать для мастеров четвертой башни болезненным. Тот же Причуда вроде и отблагодарил меня за хорошее отношение, да так, что я чуть не выпал в осадок. А тут девочка, такая девочка.

Разве плохо, если у женской части населения Оазиса, численно преобладающей, появится своя башня? Тем более, все это совершается по воле Тысячеликого, и кто мы такие, чтобы сомневаться в его намерениях? Наоборот, как по мне, главная башня призвана оправдать свое название и срочно увеличить купол до границ Дома и Твердыни, заодно накрыв четвертую. Задача отнимет у нас с Ларсом месяц-другой жизни, обойдется в гору магического песка, но ее необходимо выполнить.

Следующие два часа мы трудились над гифами. Далеко отлетать от корня мне не пришлось — отростки колосились внизу едва ли не пшеничным полем. Прежде такого не видел! Хватал ожившим телекинезом, вытягивал на