На лице Николая отразилась паника.

— Но… но как же так⁈ Их же даровал сам Александр I, а дедушка созвал Сейм! Это же исторические привилегии! Они одобрены всеми европейскими дворами!

Я посмотрел на Бобрикова. Тот был сильно удивлен.

— Не может быть ситуации, Ваше Величество, — произнёс я, стараясь говорить максимально убедительно, — когда часть империи имеет конституцию и сейм, а большая часть не имеет таких прав. Это бомба под политическим устройством страны. Рано или поздно это приведёт к взрыву. Надо либо всем дать Конституцию, либо уравнять финов в правах со всеми. Нельзя иметь два стандарта в одном государстве. Это противоречит здравому смыслу.

Бобриков, не дожидаясь ответа Николая, вмешался, его голос был твёрдым:

— Если мы отменим уложения Александра II, Ваше Величество, — произнёс он, — это сразу восстание. Ноты от немцев и шведов!

— И может и война с ними, — заключил я, глядя Николаю прямо в глаза.

Император, побледнев, перекрестился.

— Все, как вчера предсказал батюшка… — прошептал он, его голос был полон отчаяния.

Конец 4 тома, начало 5-го уже на АТ, жмите на кнопку =