— Стрелявший охотник мёртв?

— Да.

— Почему у вас два ружья, а не одно?

— Медведь убил напарника. — коротко ответил Никита.

— Медведь обладал магическими возможностями?

— Да.

— Какими?

— Когда я его разделывал, то не нашёл нанесённых ему выстрелами ран. Шкура целая, пули тоже неизвестно, куда делись, а садили мы в него как из пулемёта.

Кивнув, следователь внимательно посмотрел на попаданца.

— И как получилось его убить?

— Медведя? Случайно… В глаз попал. — нервно усмехнулся Никита.

— На карте сможете показать, где обитал медведь, и где на вас напал охотник?

— Думаю, да. Там шахта заброшенная золотоносная.

Снова кивнув, следователь вернулся в заполнению бумаг, мерно поскрипывая металлическим пером, которое периодически обмакивал в чернильницу.

Следующий вопрос был неожиданным.

— Охотник умер от кинетического удара или как-то иначе?

— Его откинуло на дерево, и когда я добрался до него, пульса уже не было.

— Сколько дней назад это было?

— Двенадцать или около того. Я шёл по реке ночами…

— Почему не днём?

— Ну, в первый раз были силы. Луна давала прилично света, и я хотел как можно быстрей выйти к людям. У нас там был конец весны, а тут зима и морозы…

— Вы же холод практически не чувствуете? — решил уточнить мужчина.

— Верно, только заметил я это не сразу. На тот момент думал, что это от волнения, и решил поспешить. Теперь будет что вспомнить. — Смолин бы потёр грудь, но руки связали со знанием дела, так что обошёлся без театральности.

— Оружие охотника где?

— Оставил в избушке. У него взял топор, медную кружку, соль, шапку, тулуп и так, по мелочи, что могло в пути пригодиться.

— Три мешка шкурок… — с интонацией шутки проговорил стоящий у двери молодой мужчина.

— На что вы рассчитывали, когда шли в более обжитые места? — поинтересовался следователь.

— На интерес к моему оружию. Мой родной мир в техническом плане более развит, естественно, это должно вызвать интерес.

— Разумно. И что у вас есть такого, чего нет у нас? — продолжил интересоваться мужчина.

— Интересный вопрос к человеку, который почти ничего тут не видел. Но если подумать, то как минимум у нас отличия в средствах передвижения, оружии, более развита химическая промышленность, есть мобильные средства связи, позволяющие любому человеку общаться с другими людьми в рамках планеты, ну и летающие машины тоже имеются.

— И вы знаете как это всё устроено?

— В основном, в общих чертах, но ведь это направление развития промышленности.

— Тоже верно. Металлические банки с едой у вас как называются?

— Консервы.

— Принцип изготовления вам известен?

— В общих чертах.

— Мы можем рассчитывать на ваше благоразумие? — поинтересовался следователь.

— С чем связан вопрос? — с непониманием спросил Никита.

— Нам предстоит проводить вас в столицу, а это долгий путь.

— Ну, если не на расстрел, то не вижу смысла дергаться. Да, ещё просьба есть.

— Помыться и по-человечески поесть? — уточнил следователь.

— Верно.

— Волейслав Милович, позаботься. — обратился следователь к стоящему у дверей молодому коллеге.

— Сделаю, сейчас только зелёных тряхнём, чтоб деньги не зажимали.

Никита даже не успел понять, что произошло, но связанные на уровне плеч за спиной руки неожиданно получили свободу, а стягивавшая их верёвка просто опала. Смолин с недоумением пошевелил своими конечностями и с интересом посмотрел на остатки верёвки. Она была разрезана.

— Однако… — не удержался от комментария морской пехотинец. — Поди, так и вены вскрыть несложно? — невольно поинтересовался он.

— Верно, но если ты печёшься о своём случае, то для тебя припасена сфера вакуума. — натянул улыбку молодой серый мундир.

— И за что такая честь? — поинтересовался Смолин.

— Особенность твоего дара способна убить при повреждениях тела. А вакуум тело не повреждает. Оценил?

— Что-то в этом есть… — задумчиво согласился Никита. — А вообще, что дальше? — поинтересовался он.

— Так сказали же… Поедем в столицу, а там не нашего уровня заботы. — пояснил молодой.

— Вещи мои тоже туда поедут?

— Даже раньше нас. — ответил Волейслав.

Выйдя из комнаты, они направились «выбивать деньги» с лесников, и в этом процессе Никита был только наблюдателем.

Процесс был небыстрым, но двенадцать кун Смолину выдали.

На вид сумма была смешной, но Волейслав выглядел довольным, хотя полную стоимость им не дали, придержав остаток для семьи погибшего охотника.

Покинув здание заготовительной конторы, они направились в трактир.

Он был рядом, буквально в квартале от здания заготовительной конторы, и уже на подходе к нему Никита чуть не захлебнулся слюной. По улице полз ядрёный аромат свежего хлеба и жареного мяса.

В трактире было темновато, но мимо рта промахнуться было нереально. Здесь всё помещение было разбито на три зоны. Если сказать более точно, то стояло три длинных стола с лавками, за которыми и утоляли голод жители великого княжества.

Выбрав места у стены, Волейслав повесил тулуп на вешалку на стене и занял место за столом. Глядя на него, Никита поступил так же.

— Две белки за обед приготовь. — бросил ему серый мундир.

— Дежурные блюда? — уточнил Смолин.

— Ну да, а у вас иначе?

— От уровня заведений зависит. У нас много электрической техники, которая позволяет готовить быстро, так что всегда есть выбор.

— Понятно.

Две подавальщицы с плетёными из лозы подносами быстро сервировали им стол.

Синхронно кивнув, голодные мужики выложили на стол по монетке и приступили к еде.

***

Деревянная ложка — хрень полнейшая, но всё, что было у Никиты из вещей, уже благополучно уложено в мешки, зашито и опечатано, так что приходилось довольствоваться тем, что дали.

— Ты, если вопросы есть, спрашивай. — между делом проговорил Волейслав.

— Вопросов масса. — сделал паузу в еде морпех. — Я понять не могу, как смог перенять дар медведя.

— Это на уровне тонких тел передаётся. — пояснил серый мундир.- В них впитывается.

— А как здешний медведь там у нас оказался?

— На охоту пошёл, ты же сам говорил, что у вас конец весны. — пояснил Волейслав.

— А я так тоже смогу? — немного опешив от услышанного, спросил Никита.

— Однажды — да, но… — собеседник сделал многозначительную паузу.

— Но — это