* * *

— Ну, надо же! Вы только посмотрите, какие люди соизволили нас навестить! Снизошли до нас, простых смертных, и решили осчастливить своим вниманием! Чем же я, недостойный, могу помочь вам, несравненный Кушито-сан?

— Здравствуйте, Сакумото-сан, — склонился я в почтительном поклоне, — Прошу прощения за внезапный визит, и понимаю ваш сарказм. Я хочу снова заниматься у вас. Возьмёте?

— Заниматься? Тебе же врачи запретили, насколько я помню? — удивился аджарн, и даже на какое-то время убрал свой издевательский тон из голоса, и подошёл ближе ко мне.

И да, я решил вернуться на занятия в своё старое додзё, если, конечно, аджарн возьмёт меня.

Ученики в додзё продолжали заниматься, но я нет-нет, да ловил на себе внимательные изучающие взгляды. Ни одного знакомого лица… Новая группа, что ли?

— Оказывается, они поторопились с выводами, — улыбнулся я, — Теперь утверждают, что я восстановился, и вполне могу ходить на занятия.

— И на чемпионат мира тоже можешь поехать? — оживился он, с надеждой глядя на меня.

— Вот с этим пока сложно сказать, — покачал я головой, — Для начала мне надо форму восстановить, и уже ближе к делу ещё раз обследоваться у врачей. После прошлого обследования мне сказали, что ограничений нет, но мало ли что?

— Тоже верно, — кивнул он мне, — Знаешь… — замялся он, — Я, когда ты мне сказал об уходе, сначала очень злился на тебя, но потом всё же понял, что здоровье и правда важнее, и не стоит его гробить из-за каких-то там соревнований. Единственное, я надеялся, что ты всё же не забудешь меня, и будешь хотя бы иногда сюда захаживать, а ты просто пропал.

— Извините, — смущённо поклонился я, — Виноват. Очень много забот навалилось… Времени ни на что не хватало. Ещё и приходилось уезжать к деду, помогать с его додзё. Но сейчас-то я тут, верно?

— Верно, — усмехнулся он, — Как там твой дед поживает? В прошлый раз мы хорошо так с ним набрались…

— Инфаркт был, поэтому и помогать ездил, — коротко пояснил я, не вдаваясь в подробности.

— Ох, ничего себе! И как он сейчас? Я надеюсь, в порядке? — забеспокоился он.

— Да, уже всё хорошо. Так что, я могу снова тренироваться у вас?

— Разумеется! — хлопнул он меня по плечу так, что я чуть не присел, — Сегодня у меня новички занимаются, как видишь, а вот завтра буду ждать тебя. К четырём часам сможешь подъехать?

— Да, — кивнул я.

— Вот и отлично! — довольно рыкнул он, — Тогда готовься, что я тебя сразу же в спарринг поставлю. Надо же проверить, насколько ты свою форму растерял. А то, может, и не стоит тебе уже ни на какой чемпионат ехать, чьё-то место занимать. Времени до него очень мало осталось.

— Проверим, — согласился я, чувствуя, как что-то внутри меня очень не хочет отдавать это место. А ещё я чувствовал, что поступил правильно, придя сюда. Да, у меня мало свободного времени, это так. Но мне нужно куда-то выплёскивать негативные эмоции, и это было лучшим вариантом. Я почувствовал, что уже от одного прихода сюда, мне вдруг стало легче. Как будто я снова научился дышать полной грудью…

* * *

— Сайто, ну ты где? — рыкнула на меня в телефоне Наоки, когда я сидел в такси, и ехал домой, — Ты же ещё вчера обещал приехать! Тут деду уже каждый день прохода не дают.

— Извини, совсем забыл тебя предупредить, что не приеду, — вздохнул я, думая, что что-то слишком много мне сегодня пришлось извиняться, — Но ты не переживай, этой проблемой уже занимаются. Всё будет в порядке, обещаю.

— Кто это занимается? И каким образом? — с подозрением спросила она.

— Дед там не рядом? Не нужно ему наш разговор слышать, — решил перестраховаться я. Деду об этом знать не надо, но вот его подопечной, думаю, лучше всё рассказать, чтобы она глупостей не наделала.

— Нет, его нету дома. Рассказывай! — рыкнула она. И я без утайки поведал ей про своего знакомого, к которому решил обратиться за помощью, и что он с друзьями уже там у них, и решит эту небольшую проблему.

— Я так и думала, что этому козлу кто-то из полиции помогает! — оживилась она, когда я закончил, — Слишком уж много полицейских у него занимается. Это явно неспроста! И молодец, что наёмников привлёк, и что не стал ничего деду говорить. Незачем ему волноваться. И если вдруг твоих приятелей поймают, он не при делах будет. А тебя не жалко, если что. Посадят — буду передачи тебе носить.

— Я несовершеннолетний, так что не посадят, — проворчал я недовольно, вовсе не обрадованный её готовностью носить передачи, — Да и не сдадут они меня. Но вот о том, что там занимаются полицейские, надо бы их предупредить, так что пока, буду им звонить. Как будут новости — позвоню.

— Отлично, я тоже буду тебя в курсе дел держать. Надеюсь, твои приятели не будут тянуть, а то за деда уже страшно как-то. Вот чую, что ещё немного, и он не выдержит, и сорвётся, глупость какую-нибудь сделает. Давай тогда, пока, и я ему позвоню, узнаю, где он там. Что-то тревожно мне… — и она не прощаясь отключилась.

Я же тут же стал набирать здоровяку, и мысленно себе отметил, что после разговора с ним надо деду позвонить. Надо уже закрыть тот вопрос с деньгами, и забыть про них.

* * *

— Спасибо за предупреждение, но мы это уже выяснили, — пробасил в телефон Дикий, — Так что пока лезть в додзё не стали, а просто под наблюдение взяли, и скорректировали первоначальный план. Мы собирались просто в его школу нагрянуть и поговорить с ним на глазах учеников, но теперь думаем, что лучше подкараулить момент, когда он один будет, и уже тогда поговорим с ним по душам.

— Это, наверное, правильно, — согласился я с ним, — Вот только как бы не вышло так, что пока вы ищите подходящий момент, он успеет довести моего деда до ещё одного инфаркта. Сильно не затягивайте с этим.

— Слушаюсь, босс, — с сарказмом ответил он, и тут же посерьёзнел, — Не переживай, за твоим дедом мы приглядываем тоже. Если этот придурок пойдёт к твоему деду, мы сразу же вмешаемся. Он, кстати, сегодня направлялся на машине в сторону дома твоего деда, но, когда уже подъезжал, вдруг передумал, и уехал домой. Кажется, ему кто-то позвонил, когда он за рулём был, из-за чего он и изменил планы. Думаю, завтра