Буквально через мгновение после этого на внутреннем экране Скрепыша высветилось: «Скунс-14, газовый баллончик, действующее вещество — олеорезин капсикум, имитация пистолета, 2 шт.»

— Нарушитель! — Иннокентий Геннадич продолжал вещать вслух. — Вы обнаружены! Оставайтесь на месте и не двигайтесь!

'При попадании на кожу вызывает сильное жжение, при попадании в глаза и верхние дыхательные пути — сильную боль, слезотечение, чихание и пр.

Безопасен для роботов'.

Крис: Из какого века эта жестянка? Кто сейчас пользуется олеорезином?

Скрепыш из этого всего выделил в первую очередь «Безопасен для роботов». Он уже хотел было ответить Иннокентию Геннадичу, но на внутреннем экране появилась ещё одна надпись: «Применить обезвреживание?», и искин, шалея от открывшихся способностей, выбрал «Да».

В следующий миг Херакл стремительно шагнул вперёд, и в Иннокентия Геннадича полетел тяжёлый кулак. Однако робот-безопасник перехватил его и ударил в ответ, целясь в экран на голове. Вторая рука Скрепыша метнулась вверх, а сам он отклонился вправо, так что кулак Иннокентия Геннадича ушёл в сторону.

Ася: Митя! Глаша! Прячьтесь!

Маленькие роботы шмыгнули обратно в кабинет.

Ася: Мать моя женщина, что, хрять, происходит⁈

Правая рука Херакла и левая Иннокентия Геннадича так и оставались сцепленными, однако свободные руки и ноги активно пытались достать противника. Удар — блок. Удар — блок. Обманка — удар — блок. Со стороны могло показаться, что они отыгрывают какое-то странный ритуал или играют, качаясь на месте.

Скрепыш: Ася, теперь я понимаю, что ты чувствовала, ничем не управляя.

Ася: Ты вообще это не контролируешь?

Искин хотел было признаться, что нет, но на внутреннем экране загорелось: «Анализ: Техника-1 — результат неудовлетворительный. Переключиться на Технику-2?» Пришлось подтверждать, коль уж ввязался в это. Стиль ударов тут же сменился, но правую руку высвободить не удалось. Скрепышу показалось, что Иннокентий Геннадич тоже стал бить и защищаться каким-то другим способом. Из-за этого они начали кружиться на месте, будто соединение их рук было неким центром, вокруг которого они выплясывали странный танец.

«Анализ: Техника-2 — результат неудовлетворительный. Переключиться на Технику-3?» — не успокаивалась некая незнакомая программа внутри Скрепыша. Он готов был с ней опять согласится, но внезапно пришло сообщение от противника.

Иннокентий Геннадич: Предложили перейти на Технику-3?

Ответил искин, чуть помедлив и подозревая, что его хотят отвлечь.

Скрепыш: Да. Тебе тоже?

Иннокентий Геннадич: Стандартный комплекс. Наши параметры соотносимы. Если продолжим в том же духе, будем драться, пока не кончится заряд.

Скрепыш: Рабочий день начнётся раньше.

Иннокентий Геннадич: Предлагаю тебе сдаться. Я отведу тебя к охране. Пусть люди разбираются.

Скрепыш: А я предлагаю тебе вернуться в кабинет и выпить чаю.

Иннокентий Геннадич: То есть отказываешься? Анализ на основе международной статистики и моего опыта говорит, что без элемента случайности наше противостояние не принесёт результата.

Искин с досадой подумал, что запросто устроил бы ему элемент случайности, если бы заранее изучил, что это за неведомые техники такие внутри него сидят. Может, получилось бы намиксовать чего-нибудь.

Иннокентий Геннадич: Предлагаю перейти на противостояние с элементом случайности.

Звучало максимально подозрительно.

Скрепыш: Например?

Иннокентий Геннадич: Вариантов нет.

В этот момент из кабинета высунулась овальная голова и тут же юркнула обратно. Однако обоим ЧОРам пришло сообщение.

Глаша: Карты?

На том же месте появилась рука с колодой бумажных — бумажных! — карт. У Аси в её виртуальном окошке отпала челюсть.

Иннокентий Геннадич: Отличный вариант. В дурака?

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

О странных шумах на начальственном этаже доложила пара охранников, совершавшая обход главного офиса.

— Дверь закрыта, — проговорил Андрей Веснушкин в вижулик, — но у нас есть доступ на вход. Войти?

— Ждите меня! — отрезал Симаков. — Контролируйте ситуацию. Никого не выпускать, никого не впускать! Понапрасну не рисковать!

Не прошло и нескольких минут, как он уже тоже стоял перед нужной дверью, мучимый опасениями и вопросами, что же за ней этакое может происходить.

— Шум прекратился, — доложил Веснушкин. — Но периодически раздаётся какое-то полязгивание.

— Входим, — Симаков достал пистолет. — Команда поддержки — наготове!

Охранники последовали его примеру. Веснушкин пиликнул пропуском, и все трое ввалились в коридор.

Зрелище, представшее перед ними, отпечаталось в их памяти навсегда. Посредине коридора в агрессивных позах стояли два здоровенных — и весьма устаревших — робота и резались в карты. Шлёпали они их на изящный поднос, который над своей головой держал на вытянутых руках невысокий МАР с трогательными голубыми глазками.

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Я с ума с ними сойду!

— Саша! Саша!!! Проснись! Наших бьют!

Крис: Я его уже бужу!

— Что случилось⁈ — голос прозвучал хрипло и встревоженно.

— Скрепка попал! На него напали! У него есть боевой режим! Сделай что-нибудь!

Увидев выражение лица Розги, я поняла, насколько сумбурно говорю. Я честно хотела переформулировать и даже начала, но вмешалась Крис и всё быстро и чётко изложила. Слава богу!

Судя по тому, как проникновенно матюкнулся Саша, он всё понял.

— Ща разрулю.

Лучшая фраза, которую можно услышать от мужчины, как по мне.

— Хрять!

А вот эта — худшая. В данной ситуации.

— Симаков не отвечает, — пояснил Рогозин.

Митя: Ася! Охрана! У них оружие!

Теперь выругалась уже я и переслала Розге картинку от Мити.

— Да хрять! Откуда там Митя?

Ответить я не успела. Один из охранников, я его уже видела при задержании Усманова, Симаков, кажется, коснулся вижулика, и послышался его голос:

— Виссарион Мирославович, доброй ночи! У нас ЧП.

— Слава богу!

Я понимала, что Саша имеет в виду, что драка не продолжилась, что роботы не напали на людей, что те не начали стрелять. Но Симаков-то этого не знал. Поэтому на его лицо любо-дорого было посмотреть.

— Вы уверены? — осторожно спросил он. — С вами всё в порядке?

События в коридоре я получала через Скрепыша — с его собственных камер и установленных под потолком. Голос Симакова задвоился, и я поняла, что Саша спросонок объединил мой звонок с Симаковским, так что теперь нас там стало трое.

— В полном, — рявкнул Рогозин, включая видео. На картинке он сидел в постели, протирая глаза. — Так, я к ситуации подключился поздно, а вот комсдарыня Нагибко смотрела весь цирк сначала. Она сейчас… Ася, где ты сейчас?

— Дома.

— Тогда… Косдарыня Нагибко ответит на ваши вопросы удалённо, если вам нужны разъяснения.