Вдруг раздался треск пулеметных очередей, звуки выстрелов из револьверов. Музыка оборвалась, раздались истошные женский крики.

Из распахнутого окна второго этажа раздался недовольный сиплый мужской голос:

— Опять эти скоты нажрались и пальбу устроили! Хоть бы перебили один раз друг друга до смерти! Второй год уже житья нет. И управы никакой на них нет! Куда только полиция смотрит!

— В карман она их смотрит, — раздался рядом с ним женский голос, — уж сколько раз я городовому нашему жаловалась, а он только руками разводит, ничего не могу, говорит сделать, есть указание от участкового пристава их не трогать!

Глава 11. Конец банды Горелого.

Дверь черного хода распахнулась и оттуда вывались двое испуганных здоровых мужиков.

— Точно тебе говорю, их послал Красавчик! У него с Горелым давно были терки! Теперь он решил всех наших положить и отжать нашу землю! — возбуждено сказал один из них.

— Ноги делать нужно! Пока нас тут не кончили! А потом разберемся что к чему! — испуганно ответил второй. Стало ясно, что это сбежавшие бандиты, которые сумели улизнуть от бойни в главном зале трактира.

Решение пришло мгновенно. Сергей-Петя поднял револьвер и, как учил его Лось, выстрелил каждому из бандитов в голову. Они, так и не успев ничего понять, молча рухнули на землю. Женщина в окне второго этажа истошно закричала, — Убилиии!

Мужчина, стоявший рядом с ней, рявкнул, — Заткнись, дура! , — затащил ее в комнату и захлопнул окно со словами, — Мы ничего не видели!

Из-за угла выскочили две фигуры в капюшонах и с платками на лице. Увидев два тела Лось одобрительно сказал:

— Ну, с почином тебя! Дай бог, не последние!

— Вот ты, дурак! — вздохнул полковник, — нашел, что желать! Душегубец! Все, уходим дворами!

И они побежали переулками и проходами между домами к припаркованной на соседней улице машине. По пути, они сняли плащи и платки и перешли с бега на быстрый шаг.

— А где пулемет? — спросил Петр не видя в руках мужчин смертоносной машины.

— Бросили там! — ответил Лось, — на нем теперь столько трупов, что мы лучше себе новый купим.

— А по нему нас не найдут? — удивился юноша.

— Нет! Я его у китайских контрабандистов отобрал, а номера на нем сбиты, — успокоил его бывший майор.

— Как это отобрал? — усмехнулся Ланской.

— Известно, как. Они опий через границу перли! Людей наших травить. И мимо моей заимки! Ну я их в болоте вместе с этой дрянью и упокоил! Надеюсь тамошние лягушки не стали наркоманами! — и Лось громко засмеялся, — а пулемётик я себе оставил. Нужная в хозяйстве вещь! Видишь, как пригодилась!

— Одно слово, головорез! — улыбнулся полковник.

— Ну головорез, не головорез, — самодовольно усмехнулся Лось, — но с тех пор на моем участке эти хунхузы больше не промышляли.

Они сели в машину и поехали домой. Загнав машину во двор друзья увидели свет горящий в их флигеле.

— Не понял! — произнес Лось, — это кто там? Неужели нас так быстро просчитали? Если это фараоны, валим всех, забираем золото и уходим!

— Брось паниковать! — хмуро ответил полковник, — полицейских убить — это тебе не бандитов валить. За это спросят совсем по другому. Идем, разберемся! Приготовьте револьверы, вдруг это бандиты решили нас раньше навести?

Он осторожно толкнул дверь. Она оказалась незапертой. Войдя в гостиную с револьверами в руках, они увидели сидящую на стуле Глафиру Анатольевну.

— Тьфу! Глашенька! Ты чего тут делаешь? — облегчено выдохнул Ланской.

— Тебя, Христофорушка жду! Как увидела, что вы идете куда-то с ручным пулеметом, так сильно распереживалась! А где он? — бросилась к нему на шею женщина. Потом принюхавшись спросила,

— От тебя порохом пахнет, мой друг! Но это хорошо!

— Почему хорошо? И откуда ты знаешь про пулемет? Он же был завернут в мешковину! — растерялся полковник.

— Хорошо, потому что от тебя не пахнет женскими духами! — улыбнулась дама его сердца, — я была женой, а сейчас подруга военного! Ты думаешь, я не узнаю ручной пулемет с диском, даже если его завернуть в мешковину? Тем более, что часть приклада пулемета торчала наружу! Вы ходили на стрельбище? Так взяли бы меня с собой! Я умею из револьвера хорошо стрелять!

— Ты настоящая боевая подруга, душа моя! — поцеловал ее Ланской, — да мы были на стрельбище! Стреляли по живым мишеням!

— Как? Вы убивали кошек и собак? — нахмурилась хозяйка дома, — не могу в это поверить!

— Нет, Глафира Анатольевна! — усмехнулся Лось, — мы стреляли по крысам! Двуногим!

— Глашенька, — начал ее ухажер, — мы были в трактире Горелого, бандита, который приходил с вымогательствами к тебе. Предложили ему оставить тебя в покое. Он стал нам хамить, потребовал, чтобы ты платила ему не пятьсот, а тысячу рублей в месяц, и грозился сжечь твой дом. И еще Варе угрожал! Ну этого я выдержать уже не мог! Больше они никому не угрожать и не сделать ничего плохого не смогут!

— Вы их убили? — прямо спросила женщина.

— Так получилось, душа моя! Иного выхода не было! — повинился полковник.

— Милый мой! — обняла его вдова, — как это приятно, что ты и твои друзья защитили двух бедных беззащитных женщин! Многие люди в этом городе сегодня вздохнут с облегчением. Спасибо! У меня гора с плеч упала. Теперь так! Надеюсь, Вы стреляли в перчатках?

— Да! — кивнул Лось, — а что?

— Перчатки нужно сжечь! — решительно произнесла подруга Ланского, — на них могут быть следы пороха от выстрелов. И одежду в которой вы били там тоже! Приготовьте все и завалите в тюк. У нас есть печь в подвале. Дорогой, ты поможешь мне просмотреть счета? — лукаво посмотрев на полковника, спросила женщина.

— Конечно, сейчас приму ванну и помогу! — заулыбался тот.

— Примешь ванну у нас! — ответила Глафира Анатольевна, — вам всем нужно побыстрее смыть с себя все следы. А так будет