— Михаил Дмитриевич, — остановил я его, — война будет страшной. Против нас весь мир.

— Тем лучше, — сверкнул глазами Скобелев. — Чем больше врагов, тем славнее победа.

— Вы готовы?

— Всегда готов, ваше величество. Мои войска — лучшие. Танки, самолеты, вертолеты — все на месте. Дайте только приказ.

— Приказ будет, Михаил Дмитриевич. Но не сейчас. Сначала надо подготовиться.

— Жду, ваше величество. И молюсь за победу.

---

Часть 6. Мирная жизнь

Сцена 16. Петербург, декабрь 1915 года

Несмотря на приготовления к войне, жизнь продолжалась. В Петербурге открылись новые школы, больницы, университеты. По Невскому ездили автомобили, над городом кружили самолеты, по Неве ходили пароходы.

Я гулял с Дагмар по набережной. Мороз щипал щеки, снег скрипел под ногами, кругом смеялись дети.

— Хорошо, — сказала Дагмар. — Тихо, спокойно.

— Ненадолго, — вздохнул я. — Скоро начнется.

— Ты справишься, Никса. Ты всегда справлялся.

— Справлюсь, — согласился я. — Но цена будет высока.

— Это война. Всегда высока.

Мы шли молча. Где-то вдалеке играла музыка, пахло елками и мандаринами. Рождество приближалось.

Сцена 17. Семья

Вечером мы собрались в Аничковом дворце. Саша приехал, Ольга — из госпиталя, Ксения — с бала. Внук Коля бегал по комнатам и кричал:

— Дедушка! Дедушка! Смотри, что мне папа подарил!

Он показывал игрушечный танк.

— Хороший танк, — улыбнулся я. — Будешь генералом?

— Буду! — закричал Коля. — Как папа!

Все засмеялись.

За ужином говорили о разном. О войне, о мире, о будущем. Саша рассказывал о новых танках, Ольга — о новых методах лечения, Ксения — о новых платьях.

— Папа, — спросила Ксения, — а правда, что будет большая война?

— Правда, дочка.

— И мы победим?

— Обязательно победим.

— А ты будешь с нами?

— Всегда, — я обвел взглядом семью. — Всегда буду с вами.

Сцена 18. Ночной разговор

Ночью, когда все уснули, я сидел в кабинете и смотрел на карту. Коалиция сжималась вокруг России. Англия, Германия, Япония, Турция — четыре империи, четыре врага. Против них — мы и Франция. И наши новые технологии.

— Ваше величество, — вошел Пантелей, — чай принес.

— Спасибо. Садись.

Он сел. Мы молчали.

— Страшно? — спросил я.