— А вы наши новые целители? Нам уже всё рассказали, — просияла одна из женщин. — Очень рады вашему приезду!

Быстро же новости разлетаются! Хотя, мы такой шум подняли, что наверняка весь квартал слышал как мы заселялись.

Хорошо, что в этом мире не существовало запрета на консультации и приём целителя вне медицинских учреждений, иначе вся зарплата уходила бы только на оплату штрафов. С другой стороны, может, и плохо, потому как эти бабулечки от нас теперь точно не отстанут. Тут либо быть своим в доску и помогать в любое время дня и ночи, либо становиться в позу и учиться отказывать, но наживать недоброжелателей из числа соседей. У обоих вариантов были свои преимущества и недостатки, а полумеры были неуместны.

Впереди замаячили стены больницы, поэтому я отбросил в сторону мысли о квартире и сосредоточился на том месте, где мне предстоит отработать следующие четыре года. Надеюсь, хотя бы там нас ждёт хороший приём.

Глава 4

Младший целитель

Здание больницы произвело приятное впечатление: ослепительно белые стены, высокие потолки. Наполненные солнечным светом просторные коридоры создают ощущение уюта. Палаты я ещё не видел, но искренне надеюсь, что там ничуть не хуже. В таких условиях работать — одно удовольствие.

Основная часть больницы насчитывала два этажа, и только в главном корпусе имелся третий этаж, где располагалось руководство. Они словно свысока наблюдали за происходящим и зорко следили за порядком. Но нам до них не было никакого дела, потому как наше отделение занимало всю правую часть первого этажа. Туда-то мы и направились в первую очередь.

— Вот это я понимаю организация! Не то, что наши больницы! — с восхищением произнёс Мартынов, любуясь окружающим его великолепием.

— Подбери челюсть, — одёрнул я товарища. — Знаешь как говорится? Встречают по одёжке, а судят по заслугам.

— Никогда не слышал такой поговорки, — отозвался Толик и недовольно поморщился.

Долго торчать посреди коридора нам не дали.

— Господа, вы с какой целью здесь? — поинтересовалась у нас пробегающая мимо женщина в голубом халате. Судя по всему, из младшего медицинского персонала.

— Мы из Привольска, — первым сориентировался я. — По распределению.

— Ах, вот оно что! А мы вас разве не должны были встретить на вокзале? Странно, я точно помню, заведующий ещё вчера давал такое распоряжение. Но вы не держите зла, у нас тут такая суматоха, что ребята вполне могли забыть. Свободных рук сильно не хватает, сами понимаете. Проходите, вам сюда!

Женщина провела нас в отделение, а сама умчалась дальше по коридору.

— Митрофановна, принимай новеньких! Младшие целители из Привольска приехали!

— Чай не гости! — всплеснула руками женщина лет сорока пяти, сидевшая на сестринском посту. — Гляди, побежала тесто на каравай замешивать, а то ведь встречать не с чем.

Женщина бросила на нас недовольный взгляд, будто своим появлением мы отвлекли её от невероятно важного дела, поднялась и направилась в нашу сторону.

— Выходит, это вас из Привольска прислали, — покачала головой она. — Я — Тамара Митрофановна, отвечаю за порядок в этом отделении.

— Что-то не похоже, — оживился Толик, вырвавшись из накатившего на него оцепенения. — Как вы позволяете себе разговаривать со старшим медицинским персоналом? Потрясающая бестактность! О каком порядке вы вообще можете говорить?

— Ты смотри, какой умный выискался! — набычилась женщина, повернувшись к нам и напрочь позабыв о журнале, который до этого с таким усердием заполняла. — Ещё ни дня ни отработал, а меня строить собрался. Это ты где старший персонал-то увидел? Себя что ли?

— Не обращайте на него внимание, он у нас перфекционист, — попытался я разрядить обстановку. Не хватало нам в первый же день начать с конфликта. Разумеется, нельзя позволять медицинским сёстрам садиться на голову, но и настраивать против себя их тоже не стоит. Это я уже успел уяснить за время практики в больнице. К счастью, научился на чужих ошибках, когда молодых врачей изживали из отделения из-за банальных склок в коллективе.

— Префек… — попыталась повторить Митрофановна, но осеклась. — Тьфу! Юмористы… Ну, так не стойте на пороге, проходите в ординаторскую, там вас уже заждались.

Я не стал испытывать судьбу и ждать когда Толик снова ляпнет что-нибудь неуместное, а потому коротко поблагодарил сестру, схватил Мартынова под локоть и потащил в сторону ординаторской.

— Хвала Асклепию, дождались пополнения! — просиял мужчина с длинными седыми бакенбардами, когда мы вошли в кабинет и представились. — Теперь можно спокойно возвращаться в поликлинику, в родной кабинет и вести приём пациентов.

В кабинете находилось всего два человека. Помимо странного вида типа с бакенбардами за столом, окружённый кипой бумаг, сидел мужчина лет пятидесяти пяти. Услышав слова коллеги, он оторвался от писанины и смерил радостного целителя снисходительным взглядом.

— Тебе лишь бы усадить свой зад в мягкое кресло и никуда не ходить, — проворчал он, заставив нас смущённо заулыбаться.

— Давай тогда заменишь меня на время отпуска! — оживился целитель с бакенбардами. — Посмотрю, как ты осилишь четыре часа на приёме, выслушивая бесконечные жалобы и претензии, а потом двенадцать вызовов объедешь. А зимой, во время эпидемий, так и все двадцать.

— Ой, да ладно тебе прибедняться, — отмахнулся второй. — Мы можем на одной только операции часов шесть проторчать, не приседая. А знаешь сколько операций может быть за день? И неважно закончилась у тебя смена или нет — операцию нужно доводить до конца.

— Господа, за вами можно наблюдать вечно, — рассмеялся мужчина лет тридцати пяти на вид, стоявший у нас за спиной. Увлёкшись спором целителей, мы совершенно не заметили его появление.

— Егор Алексеич, рассудите сами! — оживился второй целитель.

— Нет-нет, даже не пытайтесь вовлекать меня в ваш спор, у меня нет на это ни времени, ни желания, — примирительно выставил перед собой руки мужчина. — Давайте лучше познакомимся с нашими новыми сотрудниками, а то они наслушаются ваших споров и сбегут куда подальше.

— Не сбегут, Егор Алексеич! Куда им бежать-то? У них на ближайшие четыре года все пути к отступлению перекрыты. И потом, зачем? Мы ведь умеем быть гостеприимными, — засуетился мужчина, и вытащил из шкафчика небольшой самовар.

— Ну, вы тут чаи гоняйте, а я в родные края, — поднялся мужчина с бакенбардами, с которым мы так