— А не брешешь? — прищурилась тётка недоверчиво. — Двадцать тысяч — за один день?

— Ну а ты думаешь — сколько актрисы зарабатывают? — польстил я тётке, и она даже зарделась. Улыбнулась, сверкнув металлическим зубом. — Давай телефон. Только если Алексей про шум поезда спросит, говори, что в электричке едешь.

Глава 29

Хобби

Лёха тётку утвердил, и ехать стало скучно, к тому же — крайне неудобно. Полка скафандру не подходила. Хотя Тома где-то выдрала доску и положила между сиденьями подальше стола, чтобы я хотя бы так помещался, и заботливо настелила матрасов. Но эта конструкция горбилась, поезд — трясло, а от тряски ускорилась работа Людочкиного метаболизма. И судно стало требоваться чаще.

После третьего вызова Томы я бросил потреблять жидкости, потому как уже совсем обнаглел, как мне показалось. Да и Тома была на грани.

Телека в камере, ой, в берлоге этой, не имелось, телефон у Людочки, напомню, кнопочный, за окном показывали ёлки, да и то хрен так вывернешь шею, чтобы их смотреть.

А мне, вообще-то, ещё потом четыре года лечить тело. Иллюзий я не питал: пусть операция, но потом понадобится восстановление. И чёрта с два я куда смогу вскоре бегать на своих двоих, чтобы развлекаться обустройством Людочкиной жизни — вот это она офигеет, когда вернётся на место! Минимум год, а то и все два так и так уйдут на реабилитацию, больно хлипкие у людей оболочки. А значит, мне будет смертельно скучно.

Надо бы найти себе хобби.

Но хобби на остаток пути мне случайно нашла проводница Тамара. Ещё и выгодное.

Глава 30

Идеи для локального бизнеса

— Люда? — постучала внезапно она, отвлекая от ёлок на самом интересном месте: кажется, в пейзаже начали мелькать берёзы и осины. — Ты не будешь сильно возражать, если Миша, коллега мой из седьмого вагона, заглянет на пять минуток? Это он нам твою подругу Анастасию подсказал, — заговорщики подмигнула она.

О, точно. Имя-то я и позабыл спросить.

— Миша очень хотел бы взглянуть на твои ноги, если это… ну, не сильно заденет, — начала мяться Тамара. — Надо же как-то человека отблагодарить, сама понимаешь — неудобно получается.

Понимать в этот момент я начал другое, даже приподнялся на радостях (и измученную ёлками шею свело судорогой).

— Тома! Мишу этого, ага, зови по бартеру. А потом вообще разведай: кто не прочь Кунсткамеру на колёсах посетить за разумное вознаграждение. Я и шаровары снять могу, если что, там — морда коня, натурально, — хлопнул я лапой по ляжке, повыше нужного (до морды рука не доставала). — Выручку пополам, — решив, что промоутеру нужен стимул, присовокупил я.

Глава 31

Первопрестольная

За остаток пути, мы, на минуточку, собрали по тридцать шесть косарей на рыло! И, вообще-то, образовалась очередь по записи — но Ярославский вокзал положил конец этому предприятию. Много кто из списка схалтурил, столпившись на перроне для неоплаченного просмотра. Но от жопошников я завесил реквизит шароварами.

Лёха и кудрявая Настя встречали с помпой — двумя камерами: тут съёмку согласовать успели, и пресс-служба не затерялась.

В последний час от бизнес-проекта сильно отвлекал Лёха, который звонил восемнадцать раз. И угрожал поездкой по больничкам. Потому я очень удивился, когда красивая карета скорой помощи, сверкающая белизной (не чета пермской газели с носилками) подвезла меня к гостиничному комплексу.

— Возникли некоторые трудности, — пояснил Лёха, прикуривая, пока вашего покорного выгружали. — Вы не поместитесь в аппарат для МРТ, — почесал затылок он. — Хорошо, что Зара додумалась спросить. Мы это, ищем что погабаритнее. А вы пока поспите. Отдохнуть надо. Обследования придётся снять до мотора, а начало записи в два. Ну и там ещё готовиться. Короче, вставать рано.

Глава 32

Обувные сложности

Я, вот честно, поспать пытался. Умял жратву с доставкой, которую Лёха заказал, а служащая отеля (странной дыры — от Москвы я ожидал большего, тут даже кондей не работал) принесла прямо в номер, и уже начал кемарить под ор в попавшемся по телеку выпуске «Это запредельно» (я — существо ответственное и не преминул набраться опыта), но тут в жизни Людочки появился новый продюсер Серёжа.

Он выглядел так, словно не спал около трёх недель, постоянно отвлекался на звонки телефона — то умоляя вырваться на мотор завтра в два, то бракуя полосатые кофточки звёзд эстрады, — и иногда успокаивал нервный тик на правом глазу пальцем.

А ещё Серёжа привёз угги сорок третьего размера, в которые я, конечно же, влез только пальцами стопы.

— Вот попадос, — испустил коленопреклонённый предо мной Серёжа горестный стон, и все же попытался впихнуть ножищу Людочки в тапок, как тот сказочный принц со старшей сестрой Золушки.

Разумеется, безрезультатно.

С того момента Серёжа начал приезжать примерно каждые полтора-два часа вплоть до трёх ночи.

Он привозил сандалии, банные резиновые тапки, потом — резанные банные тапки, которые пытался замотать скотчем прямо на ноге.

Проблема была в том, что обуви у Людочки не было. Дома она не ходила, в больничке — тоже. На вертолёте летала босая.

А вот появляться босой в студии запретил выпускающий режиссёр.

— Пук-пук-пук, — прокомментировал Серёжа что-то типа чехла на лыжный ботинок, который приволок в половину третьего ночи. Затем он придавил заплясавшее веко средним пальцем левой руки. — А ещё надо две морды в студию.

— Ещё⁈ — испугался я. — Что-то с подругой⁈

— А? — заморгал красными глазами Серёжа. — Нет-нет, Людмила, это эксперты. Нужна морда бабы и морда мужика, лучше заслуженного.

— А как заслужить морду мужика? — поинтересовался я для общего развития.

— Артиста заслуженного. Или народного. Но бесплатно. Короче, это — запредельно. У меня один согласен был за тридцатку, но у нас деньги кончились. Может, к утру чуть накинут, ну или шушеру какую утвердят всё-таки. Что же делать-то с вашими ногами?

— Слушай, а вот люди в гипсе — они куда-нибудь же ходят иногда? Ну там, зимой? — пришёл на помощь я. — Никакие штуки для таких не выпускают?

Серёжа замер, расширил глаза, потом застрочил в телефоне пулемётную очередь.

— Люда! Да вы гений! Только надо же найти в первую половину дня… А, да. И МРТ у нас на четыре ночи, уже пора выдвигаться.

Глава 33

Предрассветные катания

Вот где Москва