И показал. Артур в сопровождении патлатого, девицы с дредами и лысого, так и не проронившего ни слова, вернулся к терминалу вызова кабинки канатной дороги. Снова широко улыбаясь, патлатый шлепнул ладонью по панели:

– Эй, дядя! Дай попить, а то так есть хочется, что помыться и переночевать негде!

– Здравствуйте, мой друг! – прозвучал в ответ голос Хийси. – Я вас не понял.

– Я хочу в сауну, дядя!

– Мой друг, сейчас все коридоры заполнены людьми. Они прогонят вас, если заметят. Мне потребуется около четырнадцати минут, чтобы обеспечить проход.

– Не-не, дядя, отбой! Я передумал!

Патлатый загоготал, а потом обернулся к Артуру:

– Понял, да? А еще он может прислать коробки с едой. В общем, что-то вы там перемудрили с настройками. Ладно, бывай, дядя. Когда закончишь психовать, приходи водку пить.

Патлатый удалился, уводя за собой остальных. А Артур остался стоять, морщась от боли в колене и ощущая, как далекая неясная мысль, порхавшая на грани сознания, стремительно обретает массу и кристаллизуется.

Схватив телефон, он включил воспроизведение, перескакивая с одного файла на другой, сквозь рокот водопада внимательно вслушиваясь в разговоры.

«Мам, дай карточку! Хийси, ты расскажешь сказку? Ну, тогда я тебе расскажу!»

«Мне нравится, что ты стал меня слушаться, рыцарь Хийси! Пусть так будет всегда!»

«Нет, Хийси. Если ты рыцарь, то включи рыцарский голос!»

«…а потом он убил всех врагов. И с тех пор в замке воцарился мир и покой».

«Спрашивать у злодеев документы? Ты глупый, Хийси! Документов в сказке не бывает. Сейчас, дай-ка подумать! Тогда… тогда рыцарь должен сначала спросить у злодея имя. Да, точно! А потом уже убить!»

«Мам, а когда мы поиграем? Мам, а ты расскажешь сказку? Тогда дай карточку!»

«Какой ты глупый, рыцарь Хийси! Друг – это когда улыбается. Если я ему улыбаюсь – тоже друг. И когда мама. А если дерется и ругается – это враг. Понятно?»

«Хватит упрямиться, глупый Хийси! Все должно быть так, как я сказала! Все! Это приказ!»

Мысль сформировалась. С точки зрения Управляющего, Тинка – никто, пустое место. Не гость и не персонал. Хийси не должен воспринимать ее как объект для общения, он мог разве что адресовать ей дежурную рекламную фразу.

И поэтому скучающая девочка брала мамину карточку, чтобы общаться с Хийси по-настоящему. Карточку администратора.

Артур взглянул на датировку файлов. График дежурства Лейлы – сутки через двое. Получается, за год было более ста смен, когда Управляющий находился в режиме самообучения. И все это время Тинка с детской настырностью меняла настройки его поведения. И требовала слушаться ее.

И сейчас там, наверху, в спятившем отеле находятся почти три сотни человек, чьи жизни зависят от того, в какую новую игру вздумает поиграть пятилетняя девочка.

«Ах ты, мелкая дрянь! Попадись мне только!» – сквозь зубы прохрипел Артур.

Кулаки сжались до хруста. На глаза медленно начала наползать красная пелена. Закусив губу до крови, неимоверным усилием воли Артур сдержал волну гнева. Сдержал! Сумел!

Он вызвал кабинку. Пока ждал, подрагивающими пальцами выделил расшифрованные файлы. Подготовил к отправке в контору. Как только появится связь…

Звякнул колокольчик. Артур распахнул дверцу, запрыгнул внутрь, вдавил кнопку подъема.

* * *

Из уголка рта стекает смешанная со слюной струйка крови. Кулаки сжимаются и разжимаются. Колено горит огнем.

Слегка покачиваясь, кабинка движется наверх. Неожиданно она начинает замедляться, а затем и вовсе останавливается – прямо над бушующей среди острых скал рекой.

Артур в недоумении озирается. Сквозь рев водопада он слышит, как один за другим отщелкиваются зажимы, удерживающие кабинку на тросе.

А совсем рядом, почти в ушах, раздается доброжелательный баритон:

– Вас зовут Артур Баронас и вам тридцать шесть лет?

Александр Прокопович

Арахнофобия, или Всё по регламенту

От четырехзвездочного отеля на побережье Юкатана к развалинам Кумрана шел желтый автобус затертого года производства. Стас так и не смог определить марку. Возможно, этот экипаж собрали в те годы, когда еще не было марок. Треть автобуса была забита шинами. Наверное, водитель еще и приторговывал покрышками.

Рядом с их транспортным средством возвышались туристические новенькие двухэтажные. С туалетом-баром-альпийской водой – все включено.

Станислав Подольский пробрался на пустовавший задний ряд сидений с новым ощущением. Внезапно он почувствовал себя со своим ростом в метр семьдесят высоким – пришлось пригибаться. Шляпа сработала не защитой от солнца, а защитой от потолка.

Угнездившись на когда-то мягком сидении, Стас приготовился к экскурсии. Что-то было не так. Подольский пытался вычленить это «не так». Ну, старый автобус. Ну, очень старый. И – вот эта девушка – милые девушки обычно находят себе место не рядом с ним, а рядом с кем-то. Да и много ли вообще милых отправляются в экскурсию не с кем-то, а в одиночестве?

– Меня Света зовут, а вас?

Что его выдало? Чтобы даже без попыток английского/французского, а сразу на родном? В чем подвох? Стас – логист одной из самых странных компаний – смотрел на мир с этим вопросом всегда: в чем подвох? Для работы это было неплохо.

– Стас. – Он представился и даже не попытался поддержать беседу. Потому как наконец понял, что не так с этим транспортным средством. Зажмурился, открыл глаза – нет, не показалось. У этого автобуса не было стекол в окнах. Гольфкар с древним двигателем внутреннего сгорания. Он осмыслил укутанность водителя при плюс тридцати за бортом. В теории у него еще должны быть старинные очки мотоциклиста на пол-лица. Нет. Прогресс неумолим – двигатель заревел, и водитель надел шлем.

Они просто ехали, никакого гида, да и не смог тот бы пробиться сквозь грохот двигателя и отвлечь от попыток не выпасть с занятого за не такие уж малые деньги места. Асфальт кончился почти сразу. Дальше был камень. И его вкопали в землю не для того, чтобы соорудить дорогу, а ради того, чтобы ни одно колесо не выжило.

Станислав сообразил, что стекла в окнах – это защита. От насекомых, пыли, камней, ветра… он уже никогда не сможет относиться к стеклу как раньше.

Светлана пыталась держаться за поручни и не соприкасаться с попутчиком. Ее мужества и мускулатуры хватило минут на пять. Оставшееся время она сосредоточилась лишь на том, чтобы не вылететь в проход. С тем, что время от времени инерция бросала ее на Стаса, Светлана смирилась. Стас не протестовал, а после очередного особо резкого контакта с девушкой обнял ее и уже не отпускал до конца маршрута…

Все-таки они доехали. Водитель удивленно рассматривал резину.