Она выбралась из кресла и подошла ближе, окидывая взглядом гостя с головы до ног.

— Ты проходи, не стесняйся. Что вы топчетесь здесь у порога.

— И то верно, — торопливо добавил Кевин. — Располагайся. Это ничего, если на «ты»?

Фрэд милостиво кивнул. А вот Джин его позволения почему-то не спрашивала. Правда, ничего против он не имел.

Кевин повел рукой куда-то влево, и Фрэд, повернувшись, неожиданно для себя обнаружил в глубине помещения довольно симпатичный уголок с невысоким столиком, миниатюрным диванчиком и парой мягких кресел. На столике красовалась большая ваза с печеньем в окружении нескольких чашек. Мнение об отсутствии уюта на базе резко пошатнулось.

— У меня тут почта для вас, — сказал он, протягивая Кевину осточертевший пакет. — Куда ее?

— А, — отмахнулся тот. — Брось на диван. Потом разберем.

Очевидно, на лице Фрэда настолько явно отразилось недоумение, что Джин вдруг засмеялась и сказала:

— Не удивляйся. У нас достаточно регулярная связь с Землей, поэтому ничего особенно интересного мы не ждем. Хочешь кофе?

— Да, пожалуй, — ответил Фрэд, усаживаясь в одно из кресел, лицом к окну. Другое немедленно занял Кевин Янг.

— Сейчас организуем.

Она отошла в глубь помещения, где неожиданно обнаружилась глубокая ниша с кухонным столом, украшенным комбайном и кофемашиной. Чуть правее негромко урчал большой, выше человеческого роста, холодильник.

«Основательно они тут разместились, — подумал он. — Впрочем, все верно. Большая часть жизни проходит именно здесь, на рабочем месте. Не бегать же за каждой чашкой кофе на другой этаж.»

Зашумела кофемолка, и вокруг тут же разлился будоражащий чувства запах молотых кофейных зерен.

«Если меня каждый раз будут встречать с печеньем и свежезаваренным кофе, то работа простого водилы может показаться не такой уж плохой.»

Джин быстро вернулась с подносом, на котором исходили ароматным паром три чашки, наполненные густой черной жидкостью. Взяв одну из них, она сказала с виноватой миной на лице:

— Прошу извинить, но меня ждут дела, — она кивнула в сторону пульта. — Проклятый отчет, который хочешь не хочешь, а делать надо. Угораздило же их именно сейчас...

— Ты включила в него тот объем, который Фрэд заберет сегодня? — неожиданно спросил Кевин.

— Нет, — немного удивленно ответила Джин. — А разве надо?

— Не надо. Все правильно. Пусть перейдет на следующий месяц, а то неизвестно, что готовит нам грядущее. Иди, работай.

Джин взглянула на Фрэда, улыбнулась извиняющейся улыбкой и пошла к пульту. Вернувшись в кресло, она мгновенно нацепила наушники и включила экран, полностью отгородившись от внешнего мира.

— Обычно у нас гораздо спокойней, — сказал Кевин, прихлебывая из чашки и поглядывая ей в спину. — Но сегодня просто день чудес какой-то... Надо признать, мне сильно повезло с Джин. Она нисколько не погрешила против истины, когда сказала, что одна на все руки. Так и есть. Не знаю, что бы я делал без нее.

Фрэд поставил чашку на столик и сказал, пытаясь прояснить не слишком понятную ситуацию с количеством персонала буровой Р-4500:

— По-моему, я познакомился уже со всеми сотрудниками. Вы с Джин, а еще Курт и Альвин в ангаре. Четверо, я не ошибся?

— Так и есть, — ответил Янг. — В основном...

Он покрутил ладонью в воздухе и, заметив недоуменный взгляд Фрэда, продолжил:

— Есть еще одна... м-м-м... Зовут Алина Фокина. Ареолог или, как она сама себя называет, марсолог... хм...

Впечатление было такое, будто слово «марсолог» вызвало у Кевина самые неприятные чувства. Что-то сродни зубной боли.

— Строго говоря, Алина не является моей подчиненной и работает по собственной программе, никак с нами не пересекающейся. Даже отчитывается не передо мной, а непосредственно перед начальством в Лоуэлл-сити. Вот так... Молодая, только-только со студенческой скамьи, а уж амбиций... на нас всех вместе взятых хватит. Ты не подумай, мы с ней не то чтобы не ладим, вовсе нет. Но поддерживаем определенную дистанцию, ко всеобщему удовольствию, надо сказать. В общем, когда она нас покинет, никто особо сокрушаться не станет.

— И где же столь замечательная особа пребывает сейчас? — осведомился Фрэд. — Не прощу себе, если не удастся с ней познакомиться.

— Не расстраивайся, — заверил Кевин. — Будет время, еще познакомишься. Правда, не уверен, что получишь какое-то особенное удовольствие. Хотя кто знает, красотой-то ее природа не обидела. Но только внешне... Хм... В общем, по всем повадкам она, как говорится, натуральная блондинка, хотя и с пышными рыжими волосами. Привыкшая ко всеобщему вниманию и даже обожанию. А у нас на буровой чего нет, того нет. Хочешь работать — работай, а няньчиться здесь с тобой некогда... да и некому. И обожать тоже. Вот и ходит обиженная на весь белый свет.

— Ты меня совсем заинтриговал, — сказал Фрэд. — Неужели все настолько серьезно?

— Не то слово, — Кевин с досадой махнул рукой.

— И все же, как бы мне на нее взглянуть? Она где-то здесь, на базе?

— Нет. Там, — Кевин махнул рукой в сторону окна. — В поле.

— Где?

— Взяла утром квадроцикл и отправилась на геологоразведку, — он скептически хмыкнул и снова махнул рукой. — Куда-то на север... Вот не понимаю я, что она рассчитывает там найти. Восточная Амазония вся хожена-перехожена, одних скважин пробурили штук двадцать... а до Аркадии ей ни за что не добраться. Правда, утверждать не возьмусь, она может. Так что встретитесь вы, скорее всего, не в этот раз. По-моему, это только к лучшему. Поверь, ты ничего не потеряешь, разве что нервы целее будут.

«Что ты знаешь о моих нервах, — криво усмехнулся Фрэд. — Это раньше из них можно было канаты вить, а после отставки... Лучше не вспоминать.»

— Не боитесь, что с ней что-нибудь случится? — спросил он. — Нельзя отправлять человека на разведку в одиночку. Тем более на чужой планете.

— Так для кого она чужая, а для кого и дом родной, — парировал Кевин. — Однако ты, безусловно, прав. Нельзя. Но сам видишь, лишних людей здесь взять неоткуда. Да и что с ней может случиться? Не в первый раз уже...Если что, позовет на помощь. Ну, а на самый крайний случай предусмотрен радиомаячок на квадроцикле. Отыщем...

Фрэд поставил на столик пустую чашку, встал и подошел к окну.

Гладкая, усеянная щебнем равнина уходила к самому горизонту. Справа и слева ее окаймляли невысокие каменные валы, полузасыпанные бурым марсианским песком. Немного оживляли унылый пейзаж многочисленные валуны самых разнообразных форм и размеров, во множестве разбросанные по ровной поверхности. Отсюда, с высоты, равнина поразительно напоминала борозду или желоб с широким плоским дном.

— Ярданг, — прокомментировал из-за спины неслышно подошедший Кевин. — Старожилы называют эти борозды именно так. Там, восточнее, ближе к Олимпу, их еще несколько штук.