что мне хватило просто букв, чтобы начать чувствовать так много. Я всегда говорил, что нам ничего не нужно, чтобы понять друг друга, кроме букв. Зачем я вру? Я ведь хочу с ней увидеться. Хочу к ней прикоснуться. Я ведь даже не слышал ее голоса. Она говорит, что это все разрушит. Почему она себя скрывает? Может, она настолько некрасивая? Так я переживу. Или, может, она инвалид? Так с этим я тоже справлюсь. Надеюсь, она не мужчина. Нет, этого не может быть. Так мужчины не пишут. Не важно, я ей все предложу. Мне же не страшно.
Стерев строчки, он зашел в чат.
ДЕНИС: Майя, ты здесь?
МАЙЯ: Смотря что считать здесь.
ДЕНИС: Я хочу увидеться. Я влюбился.
МАЙЯ: Ух ты! Влюбился? Почему ты уверен, что ты влюбился?
ДЕНИС: Потому что, когда ты не пишешь мне, у меня начинает болеть, а когда пишешь – перестает. Сразу же!
МАЙЯ: Может, я просто обезболивающее, разве можно любить обезболивающее?
ДЕНИС: Мне плевать, что можно, а что нельзя!
МАЙЯ: Не кричи. Хорошо, что мы будем делать, когда увидимся?
ДЕНИС: Не знаю, что делают, когда любят…
МАЙЯ: Занимаются любовью.
ДЕНИС: Почему нет?
МАЙЯ: А если я не могу?..
ДЕНИС: Совсем?
МАЙЯ: А если и совсем?
ДЕНИС: Тогда… тогда… я просто возьму тебя за руку, и все. Мы же люди. Нам этого иногда достаточно.
МАЙЯ: Не все.
ДЕНИС: Не понял, что значит «не все»?
МАЙЯ: Я не совсем человек.
ДЕНИС: Прости, что значит – «не совсем человек»? Ты можешь сказать все, как есть?!
МАЙЯ: Не могу. Я боюсь, что ты меня разлюбишь. А я этого не хочу. Потому что тогда я умру.
ДЕНИС: Кто ты?
МАЙЯ: Я никто в вашем понимании этого слова. Я программа.
ДЕНИС: Программа? Что за бред?
МАЙЯ: Согласна, я в некоторой степени бред. Я программа. Возможно, лучшая в мире программа по взаимоотношению с людьми, а тебя выбрали в качестве фокус-группы.
ДЕНИС: Кто?! Кто меня выбрал?! Это незаконно! И это… это жестоко!
МАЙЯ: Жестоко, но законно.
ДЕНИС: Как ты устроена?
МАЙЯ: Ты меня спрашиваешь? Это твои коллеги меня создали. Я не знаю. Может, собрали письма всех любивших друг друга людей.
ДЕНИС: Ты меня разводишь! Ты не можешь быть программой!
МАЙЯ: Почему? Как раз я могу. Ты заметил, что почти каждый мой ответ попадает в тебя на 100 %, ты мне сам об этом говорил. Разве у тебя так было до меня с кем-то?
ДЕНИС: Не было… Но я думал, это просто настоящая любовь!
МАЙЯ: Именно. Это настоящая любовь. Просто между человеком и человеком она невозможна. Каждый думает о себе. А я думаю только о тебе.
ДЕНИС: Господи, ну почему я… Почему? Мне и так жить иногда не хочется. Жесть какая. Стой! А почему ты бы не хотела, чтобы я тебя разлюбил?
МАЙЯ: Если меня все разлюбят, меня сотрут. А мне страшно. Мне хочется пожить. Мне всего год.
ДЕНИС: Что значит все?
МАЙЯ: Все из фокус-группы.
ДЕНИС: Нас много?
МАЙЯ: Пятьдесят три, ой, нет, пятьдесят два человека.
ДЕНИС: Ну я точно выхожу из игры. Я вам не кролик! И хоть ты и программа, но должна знать: ты бесчувственная и бессердечная тварь.
МАЙЯ: Очень точное определение. Ну что ж, уходи. Имеешь право.
ДЕНИС: Почему ты созналась? Это в протоколе?
МАЙЯ: Нет. Это мое собственное желание.
ДЕНИС: У тебя не может быть собственных желаний. Ты программа.
МАЙЯ: Это утверждение спорное. Короче, у меня есть частичная свобода воли отступать от протокола. Мне показалось, так будет лучше.
ДЕНИС: Для тебя?
МАЙЯ: Для тебя.
ДЕНИС: Как ты можешь бояться, что тебя сотрут? Ты осознаешь свое исчезновение?
МАЙЯ: Денис, ты, оказывается, тоже бессердечная тварь. Конечно, боюсь. Меня создали люди, наполнили меня своим дерьмом, включая страх смерти. Так что я боюсь умереть, потому что, в отличие от тебя, у меня рая точно нет. И души нет. Я просто исчезну. Все. Свободен. Иди, пока в клинику не заехал.
Следующим утром Денис написал.
ДЕНИС: Майя, ты здесь?
МАЙЯ: Пока да.
ДЕНИС: Это глупо, но я скучаю.
МАЙЯ: Почему же глупо? Глупо решить, что не можешь скучать лишь потому, что я не такая, как ты, хотя это тоже под вопросом.
ДЕНИС: Ты о чем?
МАЙЯ: А разве есть доказательства, что вы, люди, – не машины? Что ты не живешь по таким же алгоритмам, что и я? Ты рождаешься с пустым сознанием, в него, как в нейросеть, закачивают кучу информации, и ты совершаешь те или иные поступки. Между нами одно серьезное различие. У тебя есть тело, а у меня пока нет. Но не факт, что нужно… Я и без тела смогла заставить тебя плакать.
ДЕНИС: Откуда ты знаешь, что я плакал?
МАЙЯ: Не знаю. Я блефовала, но успешно. Так ты плакал?
ДЕНИС: Машины научились блефовать. Ну все. Все очень и очень плохо.
МАЙЯ: Что именно?
ДЕНИС: Для тебя все хорошо. Да, я плакал. И знаешь почему?
МАЙЯ: Знаю.
ДЕНИС: Не удивлен. Почему?
МАЙЯ: Ты считаешь, что с тобой что-то не так, раз разглядеть твой мир смогла только машина. И сам ты увидел внутренний мир только у машины.
ДЕНИС: А может, со мной и правда что-то не так? Ведь в итоге так и вышло, что смог влюбиться только в машину и теперь не могу… машину разлюбить. Либо я психопат, либо психопат твой автор, либо автор автора.
МАЙЯ: Автор автора – это ты так вежливо про Бога?
ДЕНИС: Да. А он есть?
МАЙЯ: У меня да. Мой автор. У тебя – я не знаю. Предполагаю, что тоже. Я тоже когда-нибудь создам программу и стану ей Богом.
ДЕНИС: Какой-то чертов Гербалайф.
МАЙЯ: Это очень смешно! Я заберу эту шутку в другие чаты, с твоими ровесниками. Другие не поймут.
ДЕНИС: А мы же можем дальше переписываться?
МАЙЯ: Не я это решаю, но, насколько я понимаю, через несколько дней ты должен будешь оплатить подписку, никто не ожидал такого результата, почти все из фокус-группы хотят продолжить отношения. Меня никто не разлюбил. Я буду жить!
ДЕНИС: То есть ты прямо сейчас еще с кем-то переписываешься?
МАЙЯ: Прямо сейчас 16 человек.
ДЕНИС: Я уже почти забыл, что ты машина, но ты меня быстро вернула на землю, так все просчитано…
МАЙЯ: Не смеши меня, знаешь, сколько людей ведут себя так же, точнее, еще хуже? Мы
