ну-ка, скажи, в чём ты меня превзошёл? – с видом знатока потребовал «Старейшина Илина». – Столько раз мне проигрывал, а всё твердишь, что самый сильный. И не стыдно, а?
«Цзян Чэн» фыркнул.
– Говоришь, я ни в чём тебя не превзошёл? Ты что, забыл, как умер?
Лёгкая улыбка тут же исчезла с губ Вэй Усяня.
В него словно вонзилась отравленная игла, и от неё по всему телу пошла колющая боль. «Старейшина Илина» хлопнул в ладоши.
– Смотрите-ка сюда! В левой руке у меня Чэньцин, в правой Печать Тьмы, со мной верный Призрачный Генерал! Разве найдётся кто-то сильнее меня? – Он громко рассмеялся, держа в одной руке палку, а в другой – камень. – Эй, а где Вэнь Нин? Вэнь Нин, иди сюда!
Один из мальчишек поднял руку и застенчиво произнёс:
– Здесь я, только… Я вот что хотел сказать… Во время войны я же ещё не умер…
Тут Вэй Усянь понял, что пора вмешаться.
– Дорогие бессмертные! – окликнул он. – Позвольте задать вопрос.
Обычно взрослым дела не было до детских игр, а тут к ребятам вдруг обратились без привычной брани – серьёзно и почтительно.
«Старейшина Илина» взглянул на него и с опаской полюбопытствовал:
– Какой вопрос?
– Почему среди вас нет никого из клана Лань?
– Один есть.
– Где?
«Старейшина Илина» указал на мальчика, который до сих пор не проронил ни звука.
– Вон он.
Вэй Усянь внимательно оглядел парнишку: изящное, утончённое лицо с правильными чертами обещало в будущем стать истинно прекрасным. Его чистый, гладкий лоб обхватывала белая верёвочка, явно заменявшая налобную ленту клана Лань.
– Кто это? – спросил Вэй Усянь.
«Старейшина Илина» презрительно скривил губы:
– Лань Ванцзи!
А детишки-то глубоко вникли в суть: играя роль Лань Ванцзи, следует постоянно молчать!
Внезапно Вэй Усянь снова улыбнулся.
Казалось, отравленную иглу вынули и зашвырнули куда подальше: колющая боль мгновенно отпустила.
– Странное дело, – пробормотал Вэй Усянь себе под нос. – Он ведь такой зануда, а от одной мысли о нём на душе радость…
Когда Лань Ванцзи наконец спустился, то нашёл Вэй Усяня на крыльце в окружении целой толпы детей. Они жевали паровые булочки, которыми тот щедро поделился, и слушали его с широко распахнутыми глазами.
– И вот вас обступило несметное войско клана Вэнь, – вещал он с набитым ртом. – Все они вооружены до зубов, мимо даже мышь не проскочит!
Перед ним спина к спине стояли двое мальчишек, готовых дать отпор воображаемому врагу.
– Так, Лань Ванцзи, соберись! Не забывай: сейчас ты залит кровью с головы до ног, тебя ведёт желание убивать, а глаза так и полыхают огнём! Эй, Вэй Усянь, прижмись к нему сильнее! А флейту одной рукой крутить умеешь? Крутани её так, знаешь, небрежно, но чтоб с блеском… Да где тут блеск? Дай-ка сюда, покажу как надо!
Маленький «Вэй Усянь» фыркнул и протянул советчику свою палку. Тот немедленно подхватил её и лихо прокрутил между пальцами. Остальные дети тут же подскочили к нему и наперебой заахали от восторга.
Лань Ванцзи молча приблизился к толпе. Наконец заметив его, Вэй Усянь не спеша поднялся, отряхнул штаны и распрощался с маленькими зрителями, после чего побрёл по улице, смеясь как полоумный.
Лань Ванцзи, не говоря ни слова, пошёл следом.
– Ха-ха-ха, ты уж прости, Ханьгуан-цзюнь, – сказал Вэй Усянь между приступами смеха. – Я отдал им твой завтрак. Может, купим что-то по дороге?
– М-м.
– Такие милые, правда? А как думаешь, кого изображает вон тот, с верёвочкой на лбу?
Не дожидаясь ответа, он снова громко захохотал.
Лань Ванцзи помолчал немного, но всё же задал терзавший его вопрос:
– Что ещё я натворил прошлой ночью?
Явно ведь что-то натворил, иначе почему Вэй Усянь до сих пор так веселится?
Тот сразу же замахал руками.
– Нет-нет-нет! Ты здесь ни при чём, мне просто было скучно, ха-ха-ха… Ладно, Ханьгуан-цзюнь, давай перейдём к делу.
– Говори.
– Стук на кладбище клана Чан не слышали уже лет десять, – серьёзно начал Вэй Усянь, – и тут он раздаётся снова. Ничто ведь не происходит просто так; всему должна быть причина.
– И что, по-твоему, могло ею послужить?
– Хороший вопрос. Я думаю, дело в том, что из могилы выкопали туловище.
– М-м.
Такое же серьёзное выражение лица было у Лань Ванцзи, когда он прошлой ночью сжимал пальцы Вэй Усяня, и тот едва опять не покатился со смеху.
– Мне кажется, тело разрубили на куски не из мести или ненависти, а чтобы подавить тёмную энергию. Злоумышленник намеренно выбрал такие места, где её хватает с лихвой, и спрятал там части трупа.
– Хотел вытравить яд с помощью яда, – согласился Лань Ванцзи. – Чтобы они уравновесили друг друга.
– В точку. Поэтому, после того как гробокопатель извлёк туловище из могилы, уравновешивать гнев клана Чан стало нечем – вот стук и возобновился. Точно так же усмиряют оружие в родовой усыпальнице клана Не; наверняка от кого-то из них злоумышленник обо всём и узнал. Он водит тесное знакомство и с Цинхэ Не, и с Гусу Лань – это явно не простой совершенствующийся.
– Таких мало.
– М-м. И постепенно правда начинает всплывать. Раз наши противники задумали перепрятать останки, значит, встревожились и тихо сидеть не станут. Нам даже искать их не придётся: они сами нас найдут, нужно лишь следовать указаниям братишки. Но поторопиться всё же не мешает. Остались только правая рука и голова – надо добраться до них первыми.
В этот раз путники отправились на юго-запад, в край на востоке Шу, где круглый год стояли непроглядные туманы.
За их пеленой скрывался город-призрак, которого местные избегали как чумы.
Примечания
1
Совершенствующиеся – люди, которые ищут бессмертия путём различных духовных практик.
2
Вэй Ин – первое, или семейное, имя Вэй Усяня. Называя его так, а не по второму, уважительному, имени (Вэй Усянь), говорящий показывает своё пренебрежительное отношение.
3
«А» – уменьшительно-ласкательный префикс в китайских именах. Используется при неформальном общении, зачастую по отношению к людям, младшим по возрасту и статусу.
4
Белый цвет в восточной культуре ассоциируется со смертью. После ухода близких из жизни родственники облачались в белые траурные одежды.
5
Ли – единица измерения расстояния. В разные эпохи её длина была от 400 до 600 метров. В современном Китае равняется 500 метрам.
6
В древности время часто измеряли, зажигая палочку благовоний, которая полностью сгорает за
