Птица коротко пискнула, взмахнула крыльями и взмыла в небо. Несколько белых пёрышек медленно закружились в воздухе, а затем и сама вестница исчезла в вечерних сумерках, взяв курс в сторону далёкой, ледяной стены.

Глава 23

Благодаря неистовым усилиям тётушки Равии и верных наставников, которые сумели на время обуздать и стабилизировать бушующую внутри неё силу, Мелисса восстановилась с поразительной, почти пугающей скоростью. Энергия возвращалась к ней стремительным, горячим потоком, наполняя каждую клетку тела, заживляя раны и разгоняя оцепенение. Хаос бурлил в её крови, вызывая лёгкое, почти приятное покалывание под кожей и откликаясь на каждый звук, на каждый её шаг. Он дрожал в древних стенах крепости, в приглушённых голосах воинов за дверью, в настойчивом, неугомонном дыхании ветра за окном. Теперь она могла чувствовать его отголоски в других людях — слабую искру у одних, тлеющий уголёк у других. Это одновременно пугало и завораживало. Но она знала: Грань всё ещё оставалась опасно тонкой, и, если не успеть напитать её в ближайшее время, будет поздно. Ей необходимо было вернуться туда, где всё началось. Она сделает это сегодня, но не сейчас. Её душа тихо, но настойчиво просила другого.

Мелисса медленно спустила ноги с высокой кровати и босые ступни коснулись прохладного, каменного пола. Она провела ладонями по лицу, стирая остатки тяжёлого сна, глубоко выдохнула и, только когда сила вернулась к ней, поднялась. На спинке дубового стула аккуратно висела её простая белая рубаха из мягкой льняной ткани. Она натянула её через голову, запахнула на мелкие пуговицы, надела свободные штаны, которые заметно обвисли на похудевших бёдрах. Девушка повертела головой в поисках ремня. Найдя его на сундуке, она туго затянула кожаную полосу, откинула назад отросшие пряди волос и наконец подняла глаза на своё отражение в тусклом зеркале. Долгий, пристальный взгляд встретил в ответ незнакомку. Она не узнавала это исхудавшее лицо с резкими скулами и впалыми щеками и эти тёмные глаза. На неё смотрела королева, наследница древней силы, а не та беззаботная девушка, которой она была когда-то. Она сглотнула ком в горле, провела пальцами по волосам, ощущая их шелковистую тяжесть, и собрала их в высокий, небрежный узел. Белоснежные пряди скользнули между пальцами, и она намеренно оставила две спереди, обрамляя исхудавшее лицо. Сейчас она была как никогда похожа на мать. Ещё мгновение она всматривалась в своё отражение, пытаясь найти в нём себя, а затем решительно отвернулась и вышла из покоев.

Коридор встретил её звенящей, неестественной тишиной. Не было слышно ни тяжёлых шагов стражи, ни привычного лязга оружия, ни приглушённого дыхания воинов под дверью. Мелисса остановилась на пороге, прижавшись ладонью к шершавой стене. Она замерла, прислушиваясь. Весь мир вокруг словно затаил дыхание, но при этом был живым, пульсирующим. С каждой секундой она всё яснее ощущала, как