— Отчасти правда, — сказал Макрос. — Что должно быть очевидно, но, видимо, нет: вся магия дасати — форма некромантии. Вся их энергия добывается через убийства. Если ты помнишь, что творил Мурмандамус во время Великого Восстания — это лишь слабый намёк на то, что дасати совершают ежедневно.

— Тысячи детей погибают в ежегодных Очищениях, и эту энергию перехватывают Жрецы Смерти, заточая души. — Макрос сделал паузу. — Но Талной — не то, что ты думаешь. Талной на службе у ТеКараны и его принцев Каран — всего лишь отборные воины в фальшивых доспехах, сдерживающие боевые общества. Они появляются лишь по особым дням.

— А те, что в Мидкемии?

— Их спрятали там. Это настоящие Талной.

— Кто их спрятал?

— Это загадка. Если я и знал это в прошлом, то сейчас не помню. Возможно, воспоминание вернётся. Или, может быть, мы узнаем это в будущем. Но сейчас вот что ты должен знать об этих созданиях: Талной — не машины, работающие на энергии душ убитых дасати. Они — рабы, заключённые в оковы, которые длятся тысячелетиями. Ибо духи, что обитают в них — не дасати, а десять тысяч утраченных богов дасати.

Паг был потрясён до немоты:

— Богов?

— Как и боги Мидкемии, они не умирают легко. И даже будучи мёртвыми, они, кажется, не собираются оставаться в этом состоянии. У нас ещё будут часы для размышлений, но вот во что я верю: Тёмный Бог стремится попасть в Мидкемию с единственной целью — уничтожить их. И он не задумываясь стёр бы с лица земли целую планету ради этого.

Паг прошептал:

— И мы должны остановить его.

Макрос кивнул:

— Да.