— Да вон, полюбуйся, — ткнула допитой чашечкой в направлении дворовых зарослей, начавших буйно зеленеть.

— Ну Кристинка с пятого стоит, орёт чего-то, сопли по наштукатуренной мордахе размазывает… С чего, кстати?

— Да вот… собачку ворона унесла…

— Че-го-о?… — отвисла челюсть у малого. Сунула ему туда печеньку. Рот на автомате закрылся и зажевал.

— А того. Нефиг было эту ошибку эволюции с поводка отстёгивать. Так бы, может, хоть за поводок притянула… А теперь… в общем, поздно пить Боржоми, — включила смеситель, споласкивая чашку и заново оживляя кофе-машину. — Нет, она на своих каблучищах бежала. И даже руками махала. Грозно. Но вороне, сам понимаешь, было перпендикулярно.

— Офигеть… Ладно, Кристина и так анекдот ходячий… — Да, модная, что аж глаз режет. Ну и, естественно, чихуа купила по случаю. Крыса крысой, а не собака. Наш Потап, на мой взгляд, весит больше. — Но могло быть и хуже… Могли вообще Кристину унести. С её-то вечными диетами… Кстати, что на завтрак?

***

Петросяну я дозванивалась долго. Вот прям очень долго. Наконец, трубку взяли и запыхавшийся мужской голос произнёс долгожданное:

— Алло?

— Сергей Альбертович? Доброе утро. Это Рощина Василиса Владимировна, если помните.

— Помню-помню, — видимо, расплылся в улыбке азиат.

— Я вас вот по какому поводу беспокою: вчера случайно услышала, как мой Слава бормочет какую-то ахинею, сильно смахивающую на псевдоцерковную молитовку… Ну, знаете: мнимые святые, поддельная плащаница, выкатывание яйцом сглаза, кодирование мужа-алкаша и вот это вот всё.

— Ммм… русское знахарство. Снова модное в этом сезоне. Да, наслышан. Не знал, что докатилось уже и до нашей школы, — потускнел тон Петросяна. В каком месте оно русское, ты, ошибка генетики?…

— Да, можно и так назвать. Вы в состоянии эффективно разобраться с этой заразой и пресечь? Потому что серьёзная пронаучная школа и какое-то нашёптывание и лженародное колдунство как-то не соотносятся, не находите?

— Нахожу, — согласился, посерьёзнев, Петросян. Но не преминул воспользоваться случаем:

— А что мне за это будет? — Мужик, да ты оптимист! Тут уместнее было бы уточнить: что тебе будет, если не справишься с задачей… Фантазия у меня настолько больная, что даже тараканы от неё фанатеют и с удовольствием поаплодируют новым идеям.

— Конкретизируйте запрос, пожалуйста, — посоветовала с плохо скрытой усмешкой.

— Ну… К примеру, сходите со мной на кофе?

— Сначала разберитесь, — фыркнула я. — А там посмотрим.

— Хорошо, — покладисто согласился школьный учитель. — Сначала разберусь. У вас есть ещё пожелания, Василиса Владимировна?…

— Нет, пока нет, — усмехнулась я, подсыпая Потапу в лоханку свежего корма. Потап вытаращился на меня как на рептилоида. И, наверное, если б мог, покрутил бы лапой у виска.

— Тогда до скорой встречи, Василиса Прекрасная, — подкат на кривой козе обнаружен. Подкат не засчитан. Жёлтая карточка игроку.

— До связи, Сергей Альбертович! — думаю, однажды ты у меня достукаешься, гордый сын китайского народа. До "красной", с удалением с поля.

Так, ну и где ближайший офис страховой?… Ага, вот, буквально в двух шагах, на Первомайке. Сколько там, начало девятого? А открываются они в девять. Пойду-ка башкенцию отмою от мозгодёрного укладочного средства, которым меня вчера осчастливила Настька…

Собрав необходимые документы в папку, закинула рюкзачок на плечо и обула любимые осенне-весенние челси, порадовавшись отсутствию луж.

В соседнем дворе меня тормознул наш местный гопник Петя. Когда-то подававший надежды хорошист, затем ополоумевший фанат ЦСКА и вот теперь — начинающий философ:

— Вась, куда ты так торопишься опять? Присядь, посиди со школьным друганом! — Да ты припух, паря… Ты меня ещё с детского сада бесил неимоверно! И началось всё с обманом отобранного у меня пластикового значка с лисёнком… Когда я была маленькой и слабой. Но я всё помню, ты, несостоявшийся пахан!

— Работаю, работы много, — отмахнулась от придурка, сохраняя видимость приличий.

— Вась, ты как книга Толстого: всё время про секс, а в конце про бога. Только ты почему-то наоборот… — пыхнув в небо колечком вонючего дыма, с закосом под анахронизм произнёс Коновалов.

— Петь, чем ты утром, говоришь, похмелялся? — я задрала бровь. — Вот не пей это больше!

— Эх, Вася-Вася… — грустно возвёл очи горе Петенька. — Ну в кого ты такой чулок шерстяной, беспросветный?…

— Да-да, — кивнула. — Чулок. Синий-синий, васильковый. Всё, бывай! — и рванула наискосок через детскую площадку.

Чулок-чулок. Для тебя, заделавшего ещё на школьном выпускном трём пьяным девятиклассницам по ребёнку…

Нынешний многодетный папаша, раз пять минимум получивший уголовку за хроническую неуплату алиментов и периодически по полгода в принудительном порядке работающий в местном отделении ГБУ "Жилищник" — по приговору суда, остался лениво философствовать о смысле жизни с пролетавшими мимо воронами.

В страховой надо было оформить всё: и на агрегат, и на меня. Вот лично на меня менеджер оформлял ну прям с энтузиазмом. После того, как среди комплекта документов увидал свежее охотничье удостоверение. Ведь в авариях эти особи практически не убиваемы… Что-то мило мне вполголоса щебетал, организовал чашку чайку и конфетки… А вот на сам мотик уже вбивал данные с заметно покислевшей миной: если охотники практически не обращаются за возмещением медстраховки лично на себя и в итоге для СК это лёгкие баблосы, то вот их средства передвижения… Мягко говоря, выживают не всегда. И расценки по этому пункту оказались просто конские. Скрипя зубами, оплатила. Тем более в пакет документов входили и оплата лечения левым пострадавшим в результате ДТП. Меня вот совершенно не возбуждает платить впоследствии из собственного кармана. А случаи, как известно, бывают разные.

По возвращении домой забежала в пекарню, набрала хлеба и булок. И молока. Лифт, зараза, опять не работал… Вернее, за прошедшую неделю его ещё ни разу не включали.

— Василиса, здравствуйте! — бодренько окликнул частично справившийся с недугом заикания ботаник-академик Илья Чухлин. Оглянулась. Долговязый худощавый парень широким шагом догонял меня, срезая через уляпанный весенней грязью двор. Синий спортивный комплект с лампасами, стилизованные под СССР кроссовки… тоже в парке по утрам бегает? Так, пора дать мелкому авансовую шоколадку за то, что героически вытаскивает меня из кроватки с первыми петухами. Ещё этого болтуна, набивающегося в компанию, не хватало…

— Давайте я вам помогу! — тощеватый рыцарь без страха и упрёка, без доспехов и без перспектив, шустренько подхватил мою объёмистую поклажу и, не сбавляя шага, поволок наверх. — Я