И что теперь делать? Так и стоять в позе «хочу обнимашек»? Устану же. Да уже устала, руки вон трясутся, будто я вагон разгружала.

Будем импровизировать! Мне почему-то представился дирижер. Я начала вращать кистями, затем плавно двигать ими, словно давала команду послушному оркестру.

Тарелочки ожили, весело затанцевали и выстроились над полом.

– Ох ты ж!

От испуга и напряжения пальцы мои дернулись, посуда тоже. Бац-бац, дзынь-дзынь — пропели тарелки. Штук пять точно разбились, я и выругаться не успела.

Плохая из меня повелительница чашек. Но я постаралась вернуть контроль над ситуацией, повела пальцами в сторону помывочной и с облегчением увидела, как посуда направилась куда надо. И аккуратно опустилась внутрь.

Завтра я вряд ли буду чувствовать свои руки, но доведу дело до конца!

Мне удалось запустить губку мыть плошки и кружки без моего прямого участия, а также вытаскивать и расставлять тарелки по полкам с помощью магии.

Не буду врать, десяток тарелок уже не вернуть…

Я вошла во вкус, а моя новая подружка — хвостатый комок рыжего меха — грызла сухарик, удобно устроившись на перевернутой вверх дном кастрюле. И внимательно меня рассматривала.

Из кухни я выползла глубоко за полночь. Но если бы традиционным способом все это делала, наверное, только утром бы и смогла уйти.

Белка улеглась спать на шкафу, и я решила с собой ее не звать. Накинула толстую накидку с капюшоном, которая тут заменяет зимнее пальто, лицо получше занавесила. Не хотелось сталкиваться в ночи с каким-нибудь дежурным и отвечать на вопросы, что студентка первого курса делает не у себя в постели. Проскользну как мышка. Для этого, правда, мышке придется пробежаться по улице до студенческого общежития.