Нельга смотрела на него испытывающе — и он не знал, как понравиться ей, не знал, как растопить лёд этого взора. Чувствовал отчаяние.

И то же самое отчаяние, кажется, чувствовали и уцелевшие разбойники. Безнадёжное.

Нельга протянула руку для поцелуя — и Хэтрик потянулся, как умирающий от жажды тянется к источнику.

— Нет, — сказала принцесса. — Ты простолюдин. На колени.

Гордость Хэтрика боролась с жаждой недолго.

Зато поцелуй был полон благодати. На целый миг атаману показалось, что он в раю.

Принцесса вздохнула.

— Не удержишь меня долго, — сказала она. — Слабоват. Жаль. Значит, нам надо сделать то, чего хотел от меня государь. Мы отправимся к герцогу Варлингу. Вставай.

— Ты хочешь, чтобы твой жених нас повесил? — спросил Хэтрик с тоской. — Для чего же ты исцелила меня и моих людей?

Спорить у него действительно не было сил.

Нельга чуть улыбнулась. Хэтрик впервые увидел её улыбку — и она подняла к небесам его душу. И в ответ принцессе осклабились разбойники, забывшие о петлях, маячивших у них над головами.

— Нет, — сказала принцесса. — Не хочу. Я скажу, что вы спасли меня и моих дам от других разбойников. Когда здесь будут люди герцога, они увидят тела несчастных солдат и несчастных дураков из твоей банды. И поверят. А ты будешь служить герцогу, и твои люди — тоже.

Хэтрик сжал кулаки.

— Служить твоему мужу?! — сказал он в горе и тоске.

— Мне, — сказала Нельга. — Ты будешь вознаграждён за службу, атаман.

И улыбнулась. И коснулась его щеки. Лишила остатков воли.

— Мой атаман, — сказала Нельга неожиданно ласково. — Всё складывается хорошо. Вели своим людям поставить сундуки назад, на подводы. Мы продолжаем путь.

Хэтрик велел.

— Поднимись в дормез, — сказала Нельга. Её улыбка сделалась весёлой, почти беззаботной. — Твоих людей хватит, чтобы править лошадьми.

Хэтрик поднялся. У ног принцессы, обнимая её колени и прижимаясь к ним всем телом, как перепуганные собаки, сидели её придворные дамы. Их лица уже выражали лишь усталость, блаженство и покой.

Хэтрик присел на подушку, чувствуя себя волкодавом среди королевских левреток. Нельга улыбнулась мечтательно и нежно.

— Ты молодец, атаман, — сказала она и пригладила его пыльные, слипшиеся от крови волосы, снова превратив мир вокруг в рай. — Ты всё сделал правильно и хорошо. Ты будешь моим в доме Варлинга. Ты ведь не воображаешь, что отец наградил этого подлого заговорщика мною?

— Господи… — потрясённо пробормотал Хэтрик.

— Ты начинаешь понимать, — кивнула Нельга. — Не огорчайся, атаман. Ты привыкнешь. Благодать — это тяжело, даже больно, но со временем ты привыкнешь. У тебя будет такое положение, о котором ты и не мечтал. Я ценю верных людей. А Варлинг, герцог Преблагодатный, должен стать преданным псом моего отца. Видимо, станет.

Принцесса улыбалась. А Хэтрик пытался как-то отделить в душе восхищение от ужаса.

— Неужели это королевское чудо? — рискнул спросить он. — Но мне случалось как-то драться под знаменем твоего старшего брата, и он…

— Он ведь не девица королевского рода! — рассмеялась Нельга. — Принцессы и благодать — тайное оружие короны. Но ведь ты понимаешь, что никто не должен знать, о чём мы здесь говорили?

— Конечно, — сказал Хэтрик, который уже не чувствовал себя Хромым Демоном.

Конечно, он умрёт под пытками, но никто не выбьет из него ни звука. Особенно если его лучезарная принцесса ещё раз даст ему поцеловать свою прекрасную руку.

В крови.