Теплый, мягкий ветерок дунул из глубины склепа. Он взъерошил мои волосы. Вместе с ним я почувствовала сладчайший аромат. Яблоневый цвет?

— Клемени.

Мое сердце пропустило удар. Ох, черт возьми.

— Вон они, — прошептала Харпер.

«Фенрир» поднялся над обрывом и исчез в небе, а проклятые птицы последовали за ним. Мы с Харпер затаили дыхание, ожидая, пока дирижабль пролетит над нами.

— Клемени.

У меня возникло отчетливое, жуткое и совершенно неожиданное чувство, что кто-то стоит прямо за моей спиной. Харпер повернулась, чтобы выглянуть в щель между камнями, наблюдая, как дирижабль и птицы скрываются из виду.

— Они уходят вверх, — прошептала она. — На юг.

— Клемени.

Снова запах яблоневого цвета. Воздух стал мягким, как в парке сразу после весеннего дождя. Ветер был теплым и сладким.

— Всё, чисто. Они в облаках, птицы улетели, — сказала Харпер и начала выбираться наружу. — Ой, спина… тесновато там было. Клем, ты идешь?

— Я… да.

Не оглядывайся. Не оглядывайся. Не оглядывайся.

Осторожно двигаясь, я выбралась из-под камней, решительно не оборачиваясь. Даже когда кто-то приподнял длинную прядь моих волос и нежно погладил её, пока я уходила прочь.

Глава 14: «Менапии»

Мы с Харпер вернулись в крошечную деревушку на Норт-Роналдсей, где — после обещания щедрого вознаграждения — убедили ворчливого пилота подбросить нас до Терсо. Дребезжащий старый дирижабль, который, казалось, держался воедино скорее на честном слове капитана, чем на дереве и металле, прибыл в порт, испустив из горелки измученный выдох с запахом тухлой рыбы.

Теперь нам нужно было найти способ добраться до Эдинбурга.

— Смотри, — Харпер указала на щеголеватого капитана, беседующего с начальником станции Терсо. — Бельгийский флаг. Давай узнаем, не летит ли он домой.

Наши красные плащи развевались на ветру, пока мы спускались по трапу к капитану и смотрителю. Тот прервал фразу на полуслове и отвесил нам короткий поклон.

— Дамы, — удивленно произнес начальник станции. — Не ожидал вас здесь увидеть. Я думал, ваш корабль ушел еще вчера.

Я нахмурилась, раздраженная тем, что он приметил перемещения «Якобита» — и наши с Харпер. Впрочем, это было ожидаемо. В Лондоне легко затеряться в толпе. Здесь же мы с Харпер были как алые маки на заснеженном поле.

— Да, пришлось вернуться. Забыла свой ридикюль.

Смотритель хмыкнул. Бельгийский капитан улыбнулся. Улыбка была приятной, с ямочками на обеих щеках. Я ответила тем же, но взгляд капитана переметнулся на Харпер. И замер.

Ну конечно, пялься на девушку с двумя здоровыми глазами. Кто бы сомневался.

— Хотела спросить, сэр, куда вы держите путь? Нам нужно добраться до Эдинбурга, — обратилась к нему Харпер.

— Вам везет. Я лечу в Брюгге через Эдинбург и Лондон. Моя команда слышала толки о пиратстве в небе над Шотландией, и мы решили остановиться, разузнать обстановку. Я как раз собирался поднимать якорь.

— Пиратство? Пфе. Просто слухи, — проворчал седой смотритель.

— Слухи? Не слишком ли слабо сказано? — спросила я мужчину, на что тот лишь закатил глаза.

— Сообщения о нападениях реальны, сэр. Вам стоит держаться подальше от торговых путей, — предупредила Харпер капитана, чем заслужила раздраженный взгляд смотрителя.

— Что? — возмутилась она. — Корабль викингов патрулирует торговые линии.

— Корабль викингов! — расхохотался смотритель. — Ну и шутки у вас.

Я пристально посмотрела на него. Его пренебрежительный тон и явное нежелание слушать предупреждение Харпер не укрылись от моего внимания.

— Да что она смыслит? — бросил он капитану. — Она просто гражданская. Ветер будет попутным, если пойдете южным торговым путем.

Когда Харпер собралась снова возразить, я положила руку ей на предплечье и покачала головой.

— Дамы, буду рад видеть вас на борту, — сказал капитан Харпер и мне (хотя смотрел в основном на Харпер), затем повернулся к смотрителю: — Благодарю за совет, сэр.

Мы направились к дирижаблю, который, как я заметила, назывался «Менапии». За нашими спинами смотритель что-то проворчал и вернулся на свой пост.

Оказавшись на борту, я жестом позвала Харпер, и мы нашли место в стороне, но недалеко от штурвала. Порывшись в кармане, я достала фляжку капитана Мартина и встряхнула её. Осталось больше половины. Удивительно, но отвар действовал куда лучше засахаренного имбиря.

Команда отвязала канаты, и судно поднялось в воздух. Когда капитан вывел корабль на нужную высоту, мы подошли к нему.

— Держитесь подальше от торговых путей. Смотритель солгал, — сказала я. — Воздушный пират охотится именно на торговых маршрутах.

— Викинги, — поправила Харпер.

— Простите, воздушные викинги, — исправилась я.

— Вы уверены? — спросил капитан.

— Да. Начальник станции «в доле».

— Откуда ты это знаешь? — прошептала мне Харпер.

Мои ладони закололо. Я подошла к правому борту, выхватила пистолет, вгляделась в туманную дымку и вскинула оружие.

— Клемени? — окликнула Харпер.

Есть.

Я прицелилась и спустила курок. Раздалось сдавленное карканье, и мимо борта пролетело облачко черных перьев.

— Клем… Ты только что подстрелила птицу? — изумилась Харпер.

— Именно.

— Отличный выстрел, — заметил капитан. — Должно быть, вы охотница.

Я усмехнулась:

— Это еще мягко сказано.

— Но зачем стрелять в ворону? — недоумевал капитан.

— Это не просто ворона. Это ворон. И он следил за вами.

— Следил за мной?

Я посмотрела на Харпер, которая кивнула, до неё наконец дошло.

— Обученные птицы, капитан, — пояснила она. — Агент Лувель права. Смотритель, должно быть, послал его за вами. Хитро.

Я кивнула:

— Плохие парни всегда хитры.

Харпер разложила свою карту:

— Капитан, вам стоит идти этим маршрутом, — она указала пальцем.

— Агент Лувель? — капитан на этот раз взглянул на меня с гораздо большим интересом.

— Да. И агент Харпер.

Капитан медленно кивнул.

— Что ж, агенты, кажется, сегодня мне крупно повезло. Мы рады видеть вас на борту «Менапии».

— Благодарю, — ответила я.

— «Менапии»… Необычное название. Что оно означает? — спросила Харпер.

— Это название нашего древнего кельского племени. Мы ведь все когда-то были кельтами, верно? А кельты больше всего на свете любят сражаться с викингами. Но сегодня давайте всё же выберем тактику уклонения.

Он выкрикнул команду аэростатчику на фламандском. Баллон наполнился горячим воздухом, поднимая корабль выше. Капитан еще раз изучил карту Харпер, сверился с приборами и заложил правый вираж.

Оставив их, я прошла на нос корабля, чтобы подышать свежим воздухом и подождать, пока варево миссис Мартин утихомирит мой желудок. Держась за канат, я смотрела в небо, позволяя ветру ласкать щеку.

Я закрыла глаза, вспоминая тот мягкий голос, что звал меня по имени. Голос был нежным, женским, а воздух вокруг благоухал яблоневым цветом. Что же я слышала? Иной мир? Земли Благого Двора? Говорили, что Золотая Труппа использует стоячие камни и курганы, чтобы переходить из нашего мира в свой. И, что хуже, Неблагой Двор делал так же, хотя их не видели в королевстве с тех пор, как Виктория взошла на трон. Но я мало о них знала — фейри не входили в мою юрисдикцию. И, насколько мне было известно, Благой Двор почти никогда не появлялся в нашем мире.

Тогда кто или что звало меня?

И откуда они знали мое имя?

Глава 15: Подкрепление

Дирижабль «Менапии» прибыл в порт Эдинбурга ранним вечером. Вместо того чтобы возвращаться в гостиницу, мы с Харпер направились прямиком в «Теневой дозор». На этот раз мы вошли через главный вход. Мы ожидали, что нас сразу проводят вниз, но, к нашему удивлению, нас попросили подождать. Посыльный отправился в нижние ярусы, и почти сразу после этого появился агент Уолш.