И вот, примерно через полчаса из магазина вышел человек неопределенной внешности, в солнцезащитных очках, серой кепке и такого же цвета костюме. Через пару секунд он растворился в людском потоке, наводнившем вечерние улицы Риверсайда. После этого никакой любопытный взгляд уже не смог бы обнаружить его в разношерстной толпе местных жителей. Человек просто исчез. Стал частью привычного серого городского пейзажа. Инфильтрация прошла относительно успешно.

Глава 28

Я стоял неподалеку от Золотого пескаря, но внутрь заходить не торопился. Судя по тому, что мне удалось разглядеть сквозь грязные окна, народу внутри было не так уж и много. А значит на любого, кто входит внутрь, могут непроизвольно обратить внимание. А лишние внимание мне сейчас совсем ни к чему. Поэтому я остановился неподалеку, на углу какой-то грязной подворотни, и принялся ждать. Ждать подходящего момента, когда можно будет незаметно войти в бар.

Однако просто так стоять, как истукан, тоже было нельзя. В какой бы глубокой тени я не укрылся, но люди, проходящие рядом, все равно так или иначе станут обращать на меня внимание. Простые обыватели всегда с подозрением относятся к типам, одиноко стоящим без дела в общественных местах. Они хотят получить хотя бы примерное объяснение, какого черта ты тут делаешь. Суетливо вышагиваешь с букетом, постоянно поглядывая на часы, всем сразу становится понятно — ждешь подружку. Трындишь с кем-нибудь по телефону или просто залип в экране — занят привычными личными делами. В таком случае на тебя обычно не обращают внимания. Но стоит тебе остановиться без дела и уставиться в одну точку или просто опустить взгляд себе под ноги — сразу же вызовешь ненужные подозрения.

Поэтому я прикупил в одном из уличных ларьков газету и, прислонившись к стене, сделал вид что погружен в чтение.

Меня, кстати, очень удивило повсеместное распространение в Риверсайде печатной прессы. Вроде бы технический прогресс вполне позволял обмениваться новостями в электронном виде, но по какой-то причине люди продолжали узнавать свежие новости через холовизоры и газеты. И, к слову сказать, таких, как я, чтецов на улице было предостаточно. Особенно в расположенном по соседству сквере.

Нужного мне момента пришлось ждать относительно долго. Я около четверти часа втыкал в газету, пока, наконец, не заметил приближающуюся к Золотому пескарю веселую компанию из трех подвыпивших работяг.

Они-то мне и были нужны. Пристроившись в нескольких шагах позади, я вошел вслед за ними в бар. Все внимание находящихся внутри привлекли именно эти трое. Я же, оставшись незамеченным, проскользнул к дальнему концу стойки.

Казалось бы, не лучше ли было занять какой-нибудь дальний столик? Сделать заказ у официантки, не отсвечивая перед барменом, и спокойно продолжить наблюдение? Однако здесь было одно весомое «но». Когда бар заполнится народом и столики станут на вес золота, одинокий посетитель, занявший целиком один из них, может вызвать ненужное внимание. А последнее, что мне сейчас было нужно, чтобы на меня пялились местные выпивохи.

Поэтому, бросив на стойку трёшку, я, не глядя на бармена, поднял один палец вверх. Этот жест я подсмотрел в прошлый раз у одного местного подвыпившего забулдыги. В этот раз бармен отреагировал точно так же, как и тогда. Забрал деньги и без слов налил мне бокал светлого пива, а потом вновь занялся своими делами.

Я же, бросив на стойку газету и неспешно поцеживая вполне себе приличный напиток, принялся штудировать страничку, посвященную предстоящим осенью Мировым Гладиаторским играм. В баре это было обычное занятие, так что на меня никто не обратил особого внимания.

С интересом пробежавшись по первым абзацам я выяснил, что в середине октября в Париже, столице Британской империи… Что, мать вашу? Представители туманного Альбиона каким-то образом пододвинули лягушатников с исконно французской территории и, по кой-то хрен, объявили их бывшую столицу своей? А что тогда с Лондоном?

Я принялся читать дальше, но, как и водится, ответов на свои вопросы в тексте не нашел. Зато узнал, что в обозначенные выше сроки состоятся запланированные игрища, которые проводились раз в три года. И закончатся они грандиозной Смертельной битвой, после которой аутсайдерам придется взращивать новых гладиаторов.

Так, а вот это уже интересно. Получается, что в финальном шоу участники будут биться насмерть? И, видимо, здесь не обойдется без применения оружия из фиолетовой энергостали. Может, и Санька как-то связан с предстоящим мероприятием? Если так, то надо быстрее разобраться с текущими делами и уже переходить к операции по его спасению. И в первую очередь следует навести справки про упомянутое бойцами Кровавого дозора Орлиное гнездо.

У Матвеича я про это не спрашивал, чтобы не ставить сталкера в известность о моих стратегических планах. Чем меньше людей про них знает, тем лучше. Информацию лучше добывать непринужденно, исподволь. Чтобы собеседник сам мне ее слил, при этом даже не догадываясь, что она представляет для меня хоть какой-то интерес.

Митяя с товарищем пока не было видно, так что оставалось только тянуть время и терпеливо ждать, надеясь, что у них не поменялись планы на сегодняшний вечер.

И вот, наконец, когда первый бокал пива уже подходил к концу, а бармен начал с подозрением посматривать в мою сторону, в бар ввалилась шумная компания во главе с Митяем, на поясе которого красовался револьвер Матвеича, а на голове — ковбойская шляпа.

Они проследовали к свободному столику, по пути шумно зазывая официантку.

— Анька, двигай-ка сюда свою ленивую задницу! Прими заказ, да побыстрее, — орал на весь бар Митяй, попутно приветствуя бармена. — Нам, как обычно, и еще столько же. Сегодня гуляем! — Ответом ему был довольный гомон подвыпившей компании.

Всего их было пятеро. Они кое-как, уселись за довольно прижимистый столик и продолжили голосить. Митяй то и дело вскакивал, извлекал из кобуры револьвер Матвеича и демонстрировал его всем собравшимся. Особенно многозначительно он при этом смотрел на светловолосую официантку, недвусмысленно намекая на то, что он не прочь продемонстрировать ей наедине не только револьвер, но и кое-что другое.

Бедная девчонка не знала, куда себя деть. Похоже, она совсем недавно здесь работала.

Вот ведь дуреха! Понимала же куда идет устраиваться. Неужели нормальной работы не нашла? Я вдруг вспомнил ужасные условия, в которых жили обитатели