— Хорошо. Я попрошу по своим каналам ускорить и проконтролировать.

— Да, спасибо, Виктор Степанович. Продолжай Тома.

Лапина кивнула и продолжила:

— Но самый затык у нас с радистами. Один на вахту нужен как дежурный. То есть уже трое минимум. И главное, если мы хотим сопровождать наши самолёты, нужен ещё один радист на каждый полк. Опять же, минимум один. Вспомните на учениях сколько операторов работало с Корпусом. И этих радистов, если они вдруг появятся, где-то надо разместить и обеспечить техническими средствами.

Сейчас, имея возможность отслеживать одновременно десятки целей, на связи с авиацией округа у нас сидит один человек. В целом всё. Ах, да!

Коза вытянулась по стойке смирно и приложив к совершенно бесячей рыжей шевелюре ладонь отчеканила: «Лейтенант Лапина доклад окончила».

— Тома, с непокрытой головой честь не отдают. А по существу доклада молодец. Думаю, чем сможет Мехлис нам поможет. Я свяжусь с Москвой с Кремлём. Но это время. А пока будем выкручиваться своими силами.

Аркадий Михайлович, вот вам ещё одна забота. Прошерстить дивизион и найти людей на все эти должности. Тома права без персонала удовлетворительной эффективности мы не добьёмся.

Дальше какое-то время Аркадий помнит урывками. Целый калейдоскоп разрозненных картинок, как он носится словно наскипидаренный по аэродрому, пытаясь одновременно выполнить все дела сразу.

Капитан Фомин сидел в одной из комнат штаба авиаполка и пытался начертить схему перемещений личного состава. С этими должностями операторов был сплошной геморрой и ни черта не выходило. Да ещё огрызок карандаша нуждался в заточке, а ножа, как на грех, ни в планшете, ни в карманах не оказалось.

А потом хоп: «Товарищ капитан! Товарищ капитан!» — и снова появился звук и словно вместо диафильма кино пошло.

— Чего тебе, оглашенный? — резонно задал вопрос Фомин заглянувшему в комнату красноармейцу.

— Товарищ капитан, товарищ майор просит вас, если не заняты, к ним подойти.

— Хорошо. Пойдём, боец. Показывай дорогу.

Аркадий практически не удивился. Нет, удивился конечно, но так, как-то вяло, наверно подсознательно чего-то такого от майора Самойлов и ожидал. Герой Советского Союза, орденоносец, да ещё в придачу депутат Верховного Совета. А вот интересно, депутат главнее генерала или нет? Сколько у нас депутатов Верховного Совета? Если судить по кадрам кинохроники из Кремля, то под тысячу человек точно будет. А сколько генералов? Пожалуй, по грубым прикидкам примерно столько же[83]. Да и депутат депутату рознь. Одно дело шахтёр там какой или доярка-стахановка. А вот товарищ майор, по глазам видно, сожрёт вместе с костями и не подавится.

Выходит Самойлов генерал-майор плюс просто майор? И что у нас получается? А получается у нас, что статус его примерно равен генерал-лейтенанту. Вот начальник Главного управления ВВС товарищ Смушкевич тоже генерал-лейтенант авиации. И тогда становится понятны и многие его поступки и почему, например, командиры авиадивизий округа к нему так относятся.

Но поводов удивляться у капитана Фомина было несколько больше, чем один иконостас его теперешнего начальника. Второй повод — расставленные кольцом парты, так что получался, своего рода, один большой круглый стол, за которым сидели восемь человек и два места пустовало.

Среди сидящих был сам майор Самойлов, капитан Ивлев в гражданском костюме и шесть человек явно лётчиков. Одно место предназначалось, судя по всему, для него. А вот второе. Да уж. Можно было бы догадаться, что без третьей причины никуда.

Коза, вернее лейтенант Лапина, в платье стилизованном под форму лётчика. Довольно строгое, но надо признать, мастерски пошитое и подчёркивающее все достоинства девушки. Даже, можно сказать, буржуазное какое-то платье, уместно на какой-нибудь заграничной кинозвезде, а не на советской девушке комсомолке.

И вот эта Коза. Да блин! Лапина в шикарном платье и с указкой в правой руке стояла у школьной доски и, судя по всему, что-то объясняла внимательно слушающим её лётчикам. Вообще переодеть спецов сильный ход. Кого комдивы будут слушать внимательнее — лейтенанта или красивую девушку учёную из самой Москвы? Риторический вопрос.

— А вот товарищи и командир дивизиона. Капитан Фомин Аркадий Михайлович, — не вставая, представил вошедшего майор Самойлов лётчикам, — садись Аркадий Михайлович и включайся в работу. Кто есть кто прочитаешь на табличках.

Только сейчас Аркадий обратил внимание на то, что на столах перед каждым из присутствующих стоит табличка. Что ж посмотрим кто у нас есть кто. «Виктор Иванович Ивлев» и «Тамара Константиновна Лапина» без званий и должностей, в общем-то логично. «Начальник Информационного центра Самойлов Виктор Степанович» для посвященных всё понятно, а заглянет кто посторонний так ему и не надо. Вот ещё вчера и он — Аркадий был таким непосвящённым. Далее комдивы. «Командир 9-й САД Савицкий Евгений Яковлевич». «Командир 10-й САД Белов Николай Георгиевич». «Командир 11-й САД Ганичев Пётр Иванович». «Командир 43-й ИАД Захаров Георгий Нефёдович». «Командир 12-й БАД Аладинский Владимир Иванович». «Командир 13-й БАД Полынин, Фёдор Петрович».

Так, а кто у нас Аркадий? «Командир фронтовой радиолокационной системы Фомин Аркадий Михайлович». Так же без звания. Посыл, думаю, всем ясен. Хоть и петлицы, и генеральские лампасы друг друга мы прекрасно видим, но все за этим «круглым столом» как бы равны. И генерал-майор Герой Советского Союза Полынин и вчерашний старлей Фомин.

Что ж такое ты собираешься с нами обсуждать, товарищ майор?

— Согласен с Евгением Яковлевичем, изумительная эффективность, — подождав пока капитан Фомин сядет, заговорил комдив 43-й генерал Захаров — но согласитесь, Виктор Степанович, за пару дней вот эта девушка вскрыла дислокацию всей авиационной группировки округа, полигоны, маршруты перелётов. Так просто не бывает.

Аркадий посмотрел на старающуюся не смущаться Лапину и его взгляд зацепился за схему, начерченную на доске. Пары секунд хватило, чтобы осознать, что он видит и треснуть мысленно себя по лбу. Надо первым делом не таблички читать и не петлицы рассматривать, а на доску смотреть. Вот жеж о чём они говорят.

В середине доски карта округа с окрестностями. Отмечена граница, отмечены города. По краям карты Вильнюс, Варшава, Минск. Снизу маленький Ковель. Ближе к центру Белосток, Барановичи. Два круга, один с центром на границе, похоже, как раз там, где они сейчас находятся. Второй, если прикинуть масштаб, имеет центр в точке километров на пятьдесят восточнее Белостока.

И круги эти, Аркадий уверен, имеют радиус 200 километров и показывают как раз дальность действия РЛС. Города тут значит для того, чтобы эту дальность и показать. Понятно почему лётчики так реагируют. Видеть, что в небе у немцев чуть ли не до Варшавы. Весь Белостокский выступ почти до Минска, да