— Давай вещай про то, как ты всех убьёшь и всех во всём превосходишь! Пока я буду тебе горло пилить. — Произнёс я, шагая к Тиму.

— Скилл, икс 10, плюс-плюс, Кунг-фу, реф Ип Ман! — проговорил бегло он.

И его глаза снова замерцали радужками.

Но надо было это заканчивать, и я шагнул к нему, чтобы прирезать как собаку, но его левая рука перехватила мою руку в ударе, а сам он уже находился в странной стойке — не с кулаками, а с открытыми ладонями. И вторая открытая ладонь как раз вонзилась мне пальцами в горло.

Было больно, очень больно, но я умею работать сквозь боль. И долю секунды позже я уже бил его левой рукой в голову. Однако его бьющая ладонь с лёгкостью отвела мой кулак, притом при всём он всё ещё держал мою ударную руку с ножом в захвате.

— Я умнее тебя, я продвинутей тебя, и мне на моём уровне доступно всё информационное поле Земли, а после твоей гибели я получу данные об антигравитационных технологиях древних цивилизаций. Ты представляешь, что я смогу сделать из нашей любимой земли?

— Зря ты в Тае наркоту употреблял! Она тебе мозг окончательно съела! — прорычал я.

И даванул на него с силой, которая способна прижать бойца ММА к клетке, с одной-единственной целью — чтобы пропороть ему брюхо ножом. Но Тим сдвинулся вбок, и я уткнулся керамикой в настенный кафель.

— Ну, как знаешь! — усмехнулся он и ударил мне коленом в пах.

И я подался вперёд, терпя боль, всё ещё находясь с ним в захвате, и он воспользовавшись моим замешательством пробил мне головой в лицо.

Тим демонстрировал непревзойдённую ловкость, непостижимую для человека без подготовки. И на секунду я даже потерялся, но второй удар коленом летел уже мне в живот.

И если я не мог по нему ударить, словно против меня и правда дрался мастер кунг-фу Ип Ман из стареньких фильмов про вин-чунь, то кистью я своей мог крутить как вздумается, и нож встретил его бедро остриём, глубоко проникая чуть выше колена вдоль бедра.

Тварь закричала! Он заблажил мне прямо в ухо, отпуская мою вооружённую руку, и я крутанул нож в ране, беря захват свободной рукой противника за корпус. И, выдернув оружие из ноги, быстро-быстро принялся колоть Тима в пузо, так, словно я старался проделать как можно больше дыр.

Пальцы противника ударили мне в глаза, заставляя меня отпрянуть, но я уже выбрасывал в слепую нижний удар вооружённой рукой прямо под подбородок, в сторону шеи, и его вторая рука ловко заблокировала мою кисть.

И неизвестно, чем всё бы закончилось, если бы я не длинное лезвие керамического ножа. Рука Тима вовремя заблокировала мою руку, но керамика прошла его кисть насквозь, пригвоздив его ладонь к его подбородку, проходя через нёбо, вонзаясь в мозг.

— Информационное поле Земли не знает, что не надо драться на руках с вооружённым противником? Сходи в тот мир, передай всем, пусть обновят базу. — проговорил я.

С яростью вынув клинок из головы, чтобы ударить ещё раз, на этот раз в висок. Глаза Тима смотрели на меня, а радужки быстро мерцали, словно это был робот, который делал множественное фото. Но кровь хлестала настоящая, красная, горячая, липкая.

И, отпуская тяжёлое тело на пол, гравитация сняла его с его же ножа; получается, он практически познал антигравитационные технологии в какой-то мере, что бы это ни означало с его слов. И, подхватив его рюкзак, я накинул сумку на себя, а нож сбросил в сливную дыру унитаза, чтобы не осталось отпечатков.

Сделав шаг от тела, я обернулся, последний раз смотря на Шестого, самого дикого из проекта «Вернувшиеся», и теперь мёртвого. Словно бы он мог воскреснуть, словно бы многочисленные раны на его теле и голове могли зажить.

Да нет, так не бывает! Еще можно внушить себе, что ты мастер кунг-фу, и даже что-то изображать похожее, но нельзя убедить себя, что у тебя регенерация, как у супергероя. Первая же проверка данного тезиса тебя убедит в обратном.

Тим, ТиДи623, и он же Шестой, был мёртв, мёртв окончательно и бесповоротно.

Я шагал к выходу, слыша, как там очень уж быстро к двери кто-то бежит, и, встав правее от косяка, я приготовился к появлению кого-то, кто отвечает за безопасность.

И дверь отворилась. Первым в туалет зашёл ствол, зажатый в двух вытянутых руках, и я перехватил его левой рукой, а ребром правой руки, ударил вошедшего в горло, и, вывернув пистолет из кистей, я получил в свои руки оружие.

А у моих ног оседал страж порядка. Однако за ним бежало ещё двое, и я выстрелил — раз, два, три, целя в правые плечи копов, и, видя, что попал, и они тоже повалились на пол, крича и жалея свои новые дырки.

Я перепрыгнул через копа, побежав к выходу из аэропорта.

Орущая сирена откуда-то снаружи впивалась в моё сознание, разрывая звенящую в ушах пелену, что наступила после последнего выстрела. А мужской голос из динамиков по всему аэропорту вещал на английском; его понять я сумел: «Внимание! Опасность! Террористическая угроза! Всем покинуть аэропорт!», а потом всё то же самое, но на тайском. И в этот момент вокруг начался бардак, в котором бегущий я вовсе не был чем-то примечательным.

Рупора повторяли эту запись снова и снова, а аэропорт Сураттхани тонул в нарастающем гуле. Крики, плач, топот сотен ног. И вот я уже бежал с толпой людей, спрятав пистолет за пояс сзади. Рюкзак Тима на моём плече тянул вниз — там было что-то тяжёлое. Зачем я его взял? Думаю, его содержимое будет полезно нашим умельцам.

А пока хаотическая толпа несла меня к выходу, я думал, что тактика у всех ментов мира примерно одинаковая: эвакуировать людей, разобраться с угрозой, но сперва понять, что кому угрожает. А для этого надо поднять записи с камер, посмотреть на моё лицо на них, опросить полицейских, которые вряд ли меня запомнили, а уже потом блокировать выходы, отсечь внутренний периметр, сжать кольцо и расширять по спирали круги поиска подозреваемого. Сирена и текст об угрозе выли непрерывно, чередуясь. Где-то сзади, у туалетов, уже орали новые голоса, командные и резкие. А толпа людей вынесла меня на себе.

И вот я выбежал вместе со всеми через парадную дверь и вскоре, а шум