— Так-то оно так, но всё-таки мы не дома. Да и говнюк этот сынок местного президента. Понятное дело, что ничего серьёзного нам не предъявят, но проблем не оберешься. А так по-тихому свалим, как будто тут нас и не было, и рванем к нашим. А там уже этот, как его… Эдгар разберётся.

— Ты знаешь, наверное, так и нужно сделать. Только давай узнаем, что в тех ящиках.

А дальше произошло странное, этот вопрос испугал американца буквально до потери сознания, и он категорически отказался отвечать на это. Делать нечего, пришлось потратить чуть ли не последние силы на то чтобы приказать ему открыть ящики. И, к моему удивлению, этот урод послушался не сразу. Сначала я почувствовал его сопротивление. Что ж, значит там действительно что-то важное. Пришлось напрячься, хотя меня уже основательно вело. Но всё получилось, и, когда Лера его развязала, американец деревянной куклой подошел к ящикам и открыл всё-таки открыл их.

Мы подошли ближе и тут же в ужасе отпрянули. Там пересыпанные гранулами сухого льда лежали расчленённые человеческие тела. В первом женские, а во втором мужские. В третий мы даже не стали заглядывать опасаясь увидеть его содержимое.

Видимо, Леру замутило, и она, дыша открытым ртом, выскочила в первую комнату, туда где её держали связанной. Через мгновение оттуда послышались характерные звуки.

— Нет, просто свалить не получится, тут явно произошло что-то ужасное, — сказал я, когда Котова вернулась, — нам нужно сообщить о случившемся.

— Наверное, звони своей Алексе, — ответила Лера.

— С чего это она моя? И зачем мне ей звонить?

— С того что у неё есть контакт Эдгара, да и других сотрудников спецслужб наверняка тоже, — ответила она на второй вопрос проигнорировав первый.

В принципе это было логично, и я набрал Алексу.

На наше счастье она ответила буквально через несколько секунд, выслушала и сказала, что перезвонит.

Еще через минуту раздался звонок, номер был неизвестен, но буквально сразу же на экране телефона отобразилось кто это. Эдгар Росомаха, прочитал я и с облегчением ответил.

Ну а еще через двадцать невероятно долгих минут в этом чёртовом подземелье было уже не протолкнуться от местных полицейских, правительственных агентов КША и наших дипломатов, коих приехало аж пятеро.

В итоге нас даже не задержали и не предъявили никаких обвинений, просто допросили в ближайшем полицейском участке и вручили подписки о невыезде.

Ни о каком моём участии во второй половине американской части суперсерии речи уже не шло, и мы с Лерой следующие две недели безвылазно провели на территории консульства Империи в Новом Орлеане. По договорам между Империей и КША консульство являлось экстерриториальным, так что здесь нам ничего не угрожало.

Эти две недели, проведённые наедине с Лерой, здорово нас сблизили, ну и плюс то, что я фактически спас её от изнасилования и смерти.

Само собой, консул выделил для нас уютный одноэтажный домик с двумя спальнями на территории консульства, и, если первую ночь мы провели порознь, то дальше уже не расставались.

Несколько раз нас допрашивали, не вызывали куда-то, нет. Агенты сами приезжали в консульство и предельно вежливо и корректно уточняли кое-какие детали. А потом всё закончилось, и мы смогли покинуть страну на одном из правительственных бортов империи.

Как оказалось, Фред Томас Ли, несколько лет промышлял похищениями, изнасилованиями и убийствами. В тех ящиках как раз и хранились тела его жертв. Сына президента КША арестовали, предъявив обвинение по серьёзной статье. А затем и сам президент Ли угодил на скамью подсудимых. Очень быстро выяснилось, что он был в курсе всех дел своего отпрыска и даже покрывал его с помощью секретной службы. В том бункере я убил троих агентов этой службы.

В результате КША погрузились в глубокий политический кризис, ну а нам были принесены официальные извинения, а меня даже наградили какой-то подходящей к этому случаю висюлькой конфедератов.

А Американскую часть суперсерии наши выиграли и без меня. Организаторы пошли навстречу нашей команде, и на два оставшихся гоночных вечера меня заменил срочно вызванный из России Цаплин. Это ничего не изменило и перед началом нашей части Имперская сборная вела 4:0

А по прилету нас с Лерой настигла настоящая слава, куда там гонщикам горячего льда. История о неудачном похищении двух молодых аристократов очень быстро обросла такими подробностями, что, когда мы появились в зале прилёта аэропорта Орлов-1, на нас с Котовой набросились несколько десятков журналистов. Пришлось практически час от них отбиваться и только вмешательство одного из администраторов сборной спасло от дальнейших расспросов.

В итоге в МИМА мы попали только к десяти вечера. Завтра должен был состояться первый гоночный вечер в России, а пока мы сразу по приезду упали в кровать, и я даже не достал из кармана куртки телефон, на котором набежала почти сотня сообщений от Мисы.

Если бы я не был столь невнимателен в тот момент, возможно, трагедии которая произошла на следующий день удалось бы избежать.

Том 2. Глава 5.

— Доброе утро, — услышал я голос Леры, и тут же мои губы обжег жаркий поцелуй.

Я сгреб девушку в свои объятия, и мы занялись страстным сексом. То что нужно для начала отличного утра.

Как оказалось, она проснулась раньше меня и успела заказать завтрак, так что когда мы оторвались друг от друга меня уже ждал кофе, блины с грибами и фаршем и турецкий йогурт. Хороший выбор, я не возражаю. Правда, завтракать в постели это не самый лучший вариант, если только ты не любишь крошки в кровати, но ладно, сделаю уступку. Романтика как-никак, да и с летающей посудой это достаточно удобно.

— Что там с гонками? — спросила меня Лера, прикончив свой завтрак — сегодня вроде первый день нашей части суперсерии.

— Пока не знаю, — ответил я, — Алекса сказала, что Цаплин был временным решением пока мы сидели под арестом в Новом Орлеане, и я должен сегодня гоняться. Если ничего не изменилось, то я в игре.

Сказав это я взял смартфон чтобы проверить сообщения от Алексы. Пока ничего, хотя нет, пришло лаконичное сообщение от нашего капитана.

“Ты в деле”, — прочитал я, — в четыре