Дела на Сицилии последние пару-тройку лет шли не очень — кризис, безработица, безденежье, продолжающиеся несколько лет подряд неурожаи, почти уничтожившие платежеспособный спрос… всё это привело к тому, что людей охватила безысходность. Всё больше и больше народу выбирало эмиграцию. Как в Неаполь, Рим и соседние регионы так и за границу. Причём, в последнее время кроме уже привычных САСШ часть народа начала выбирать для переселения восточное направление. А именно — Российскую империю. Ехать туда было гораздо ближе, к тому же корабли до южных русских городов ходили напрямую из Палермо и Катании. Плюс цена на билет была очень и очень щадящей… Потому что эти корабли в первую очередь были предназначены для поставок в Королевство продукции южных русских металлургических и механических заводов, принадлежащих князю Николаеву-Уэлсли, о котором по всей Европе ходило множество слухов один другого причудливей. А переселенцев они забирали скорее по пути, дабы не идти домой недозагруженными, нежели собираясь как-то на них зарабатывать… Но это направление, при всех выигрышах, было пока не особенно популярным. Потому что, по рассказам уже переселившихся — русские, в отличие от американцев, которым было, по большому счёту, наплевать на прибывающих иммигрантов, кроме как нещадно их эксплуатируя, сразу же выставляли переселившимся жёсткие требования по поводу непременного и возможно более быстрого освоения прибывшими русского языка и обучения детей в русских школах. Что нравилось далеко не всем. Сицилийцы в основной своей массе считали, что семья — это между родственниками и богом, и государству в неё лезть совсем не следует… Но, как бы там ни было, оставаться дома сидючи сложа руки — тоже был не вариант. На остров реально накатывался голод…
— Джузеппе!- столяр обернулся. К нему бегом подбежал Антонио Белломо, сосед-пекарь, держащий хлебную лавку. Его дела пока шли чуть лучше, чем у Ризо — есть люди хотят каждый день, в отличие от потребности в мебели и утвари, но не сильно. Так что они частенько по вечерам собирались и, попивая лёгкое дешевое винцо, ругали короля-француза и правительство, не способные ничего сделать для облегчения ситуации. Ну и, конечно, проклятых австрийцев, прочно подмявших под себя север италийского полуострова и Папскую область. Эх, если бы выгнать всех иностранцев…- Давай бегом на соседнюю улицу. Народ захватил арсенал и там сейчас раздают оружие.
— Кто?
— Из наших там Марио и Сальваторе!
— Марио Фазио или Аккарди?- уточнил Джузеппе. С последним у него были не очень хорошие отношения, поскольку тот, по глубокому убеждению столяра, являлся гнусным шулером. Потому что уже не раз выигрывал у Джузеппе весьма чувствительны суммы. Нет, Ризо так же у него выигрывал, но куда меньше, чем тот у него. Что было невозможно если не мухлевать. Потому что Джузеппе, по его собственному мнению, играл куда лучше Марио Аккарди…
— Фазио, Фазио,- расхохотался Антонио.- Беги давай! А то по «русскому телеграфу» пришло сообщение, что король отправляет в Палермо корабли с солдатами. Так что мы собираемся устроить хорошую взбучку неаполитанским ублюдкам!
Они двое даже не догадывались, что сегодня, двенадцатого января тысяча восемьсот сорок восьмого года, здесь, в Палермо, вспыхнула заря «Европейской весны», которая охватит практически весь континент с юга до севера. Да так что запылает не только Сицилия и Италия в целом, но и Франция, Австрия, Венгрия, Пруссия, а, кроме них, она зацепит краем ещё не одну страну континента. А может и не только его одного. История повторялась… но и изменилась. Особенно в одной стране на востоке континента. И никто не мог точно сказать, насколько велики будут эти изменения…
