Сергей включил фонарик, посветил в лист, исписанный крупным размашистым почерком.

— Расписка. Я, такой-то, вот мой паспорт, сверяй данные, взял у такого-то, ты ж Павел Романович Мартынов, правильно? Дата рождения верно записана? Адрес?

— Все верно.

— Взял вот такую сумму. Обязуюсь доставить до пятницы, 08. 04. 1994 г., черепицу количеством… этого ведь хватит? Полная машина получится. Если будет много, учительнице твоей отдадим. Ну и все. Вот дата, моя подпись.

Он расписался при мне, отдал расписку. Как все-таки мне с ним повезло! Проще белке в глаз из лука попасть, чем найти нормального строителя — не пьющего, ответственного, с головой и руками.

— Завтра у парней выходной, — сказал Сергей. — Тут только вечером есть смысл появляться при разгрузке.

— Спасибо вам огромное! Завтра заеду, посмотрю, а сейчас надо к родителям!

— Я тут заночую. В контейнере тепло, а то ехать два с половиной часа — лень! — сказал Сергей.

Мы пожали друг другу руки, и я рванул к алтанбаевцам, чтобы успеть их застать в клубе. Суммы зарплат получились солидными. Как бы не понесло парней снова по кривой дорожке: пиво, водка, телочки, клей…

Потому я, рассчитываясь с ними, подкрепил внушение.

Вот теперь, сбросив денежный балласт, можно и к родителям. Точнее, к отчиму. После вчерашнего наезда на Наташку вообще видеть его не хотелось — спасибо бы сказал, что мы освободили ему квартиру, а он еще и быкует.

Хорошо, хоть успокоился, когда сестрица рассказала ему, что она ни в чем не виновата, не стал пилить на тему беспорядочных половых связей.

Только я повернул в наш двор и увидел позолоченную светом из окна «Волгу», как вышли наряженные отчим и мама. Мама заметила меня, потянула Василия за куртку. Тот насторожился, кивнул мне, завел машину, чтобы прогревалась.

— Вы далеко? — спросил я.

— В милицию вызвали, — сказала мама, — тех двоих взяли, мне надо опознать их.

— Как дела в нашей больнице? — спросил я.

— Еще один человек пришел после той бабки, к кардиологу. То есть мы заработали себе на зарплату и окупили каждодневные затраты, аренду помещения — не окупили.

— Нестрашно. Главное, люди пошли…

— Пустая затея, — буркнул отчим. — Оля, сидела бы ты лучше дома, вот оно тебе надо?

— Надо, — отрезала она. — Мне это интересно, и я ничего не вкладываю!

— Василий Алексеевич, я, вообще-то, к вам, — Я посмотрел на отчима. — Есть деловое предложение.

Он сделал стойку, я не стал его томить:

— Мне нужно провести электричество на участок, где дедов дом, и туда, где будет автомастерская. Вы говорили, что у вас есть знакомые…

— Есть, — кивнул он без энтузиазма.

Что ж, с самого начала было ясно, что бесплатно Квазипуп мне помогать не нанялся. Ездить, время тратить, пороги обивать… С чего бы ему напрягаться ради чужого паренька, когда можно провести это время с пользой? Придется его замотивировать.

— Давайте так. Если вы всё мне узнаете, ответ будет положительным, а выдвинутые условия — подъемными, с меня ремонт вашей машины на пятьдесят тысяч, с заменой запчастей.

О, теперь он аж усами шевельнул, будто что-то ел. Я продолжил его мотивировать, зная, что за сладкое он душу продаст:

— А если информация поступит в течение трех дней: вторник, среда, четверг — с меня торт, такой, как был на свадьбе.

— Торт был вкусный, — улыбнулся отчим, и его глаза заблестели, мы пожали друг другу руки.

Глава 8

Посчитано по-братски!

На тренировку я попал только в среду и лишь размявшись, ощущая приятную легкость истосковавшегося по нагрузкам тела, поехал на участок посмотреть на черепицу, которую привез Сергей. Она была двухцветной. Та часть, что на улице — коричневая, поросшая мхом и лишайником, та, что накрывалась вверху лежащей плиткой — первозданно-красной.

Сергей сказал, что пескоструй все приведет в первозданный вид, одна проблема: электричество. Генератор жрет пять литров в час. Это впору цистерну покупать с соляркой, потому что при непрерывной работе выходит сорок литров в сутки — двадцать тысяч рублей. Конечно, генератор редко работает непрерывно, но даже если он сжирает десятку в день, это слишком много. Только на топливо, получается, я трачу триста тысяч рублей, и надо срочно что-то решать.

В восемь я рванул к маме, но отчима, который обещал узнать про подключение к электросетям, дома не оказалось. Мама, как обычно, была не в курсе, узнавал ли он насчет моего электричества. Когда вернется, она тоже не знала. Еще этим же вопросом озаботился Каналья, он поступил мудро: хотел сперва провести электричество на участок и лишь потом начинать стройку.

Зато мама успела пожаловаться, что в клинике мало людей, во вторник они заработали восемь пятьсот, а сегодня так вообще шесть девятьсот. Звонят ли? Звонят, но каждому второму нужен узкий специалист: кому — эндокринолог, кому — невропатолог, кому — ревматолог.

Домой я возвращался полный нерадостных дум. Первая задача: электричество на наши участки, вторая: раскрутка клиники.

Что касается электричества, тут от меня мало что зависит, оставалось только ждать вестей. Вторая… а тут есть пространство для маневра. Узким специалистам можно выделить, например, субботу, и записывать всех на этот день. Либо же по договоренности, но повысисть стоимость приема в два раза, чтобы врач приезжал, как на вызов, скажем, за 2 500, и был материально заинтересован. Если разобраться, это дневная зарплата. Клиент будет платить 4000.

Ну и отсюда вытекает еще проблемка: специалисты. Думаю, Гайде найдет выход, если предложить ей такой вариант и 500 рублей к зарплате с каждого приема узкого специалиста. Клинике останется тысяча, что тоже неплохо и даже хорошо. Пять приемов в день — пять тысяч, так даже на развитие останется.

Ну а кондитерка радовала. Лика звонила каждый день и, захлебываясь от восторга, делилась впечатлениями. Стали пользоваться популярностью торты! А ведь самый дешевый бисквит — пять тысяч. Фирменный «Нежность» — все двадцать! Он большой, но его берут, причем по две штуки в день! В итоге только с тортов получается в среднем пятьдесят тысяч, столько же магазин зарабатывает на чае и кофе. Основной доход, конечно, с пирожных. Ежедневный общий доход — в среднем сто пятьдесят тысяч каждому. Четыре миллиона в месяц! Две штуки баксов с хвостиком, даст ист фантастиш!

Вернувшись из школы в четверг, я уселся на диван, обдумывая маркетинговые ходы по привлечению клиентов в больницу. Мой козырь — знания взрослого. То, что в будущем исчерпало себя и мало кому интересно, здесь не заезженно и ново. Например,