— Да, вам никто не будет мешать его брать.

— Конечно, его должны взять именно мы! — резко произнес Воронин, ударив по панели перед собой. — Никому не позволю этого сделать! Потому что это наш сукин сын! — Под смех Одина Док торопливо добавил: — А! Кстати! Мы еще крысу тут выявили!

— Ого! — оживился Александров. — И кто такой?

— Протеже Сазонова. Денисов, если такого помнишь. Правда, он сейчас в трипольской больнице отдыхает, челюсть поправляет, зубы на клей сажает.

— Почему-то я ни капли не удивлен! — произнес Георгий.

— Наверное, потому, что мы оба понимаем, о ком мы говорим!

— Возможно, но ситуация с Фениксом очень неоднозначная. Просто так профессионалы в такие категории не попадают.

— Естественно! — Взгляд Дока устремился на водителя. — Да и в Триполи он вел себя очень странно. Говорил о какой-то великой цели, что ради нее нужно отказаться от всего. А после… пистолет у виска… — Голос помрачнел. — Неприятное ощущение, но Диман был готов стрелять…

Александров вздохнул, заворачивая на одну из улиц города:

— А что поделать? В нашей работе либо ты сдохнешь, либо кукухой поедешь! Как вы там с Фениксом говорите?

— Выпьем за пенсию, которой никогда не будет! — ответил Воронин.

— Во!

— Только это не наша фраза. В одном фильме было…

— Но зато как жизненно!

Юра вздохнул:

— Я не верю, что он предатель… уж слишком хорошо его знаю, сколько прошли… мы же с самого начала службы в Управлении вместе.

— Ну-у, — протянул Гоша, — у каждого есть свои секреты. Видимо, Феникс не исключение… Кстати, о нем!

Разговор прервал звонок телефона, Один быстро снял гаджет из специального крепления и, мимолетно взглянув на номер абонента, принял вызов. Нежно зазвучала итальянская речь:

— Да, дорогая! Да, едем из аэропорта, все хорошо. Ага, сначала туда. А ты уже все, сдала смену? А кто остался? Клоун? Понял. Хорошо, давай там и встретимся. Хорошо. Целую!

И, завершив разговор, вернул телефон с навигатором в крепление.

— Благоверная? — Док улыбнулся.

— Да. Еще скажи, что по голосу понял!

Майор засмеялся:

— Когда человек говорит с любимым, то голос звучит по-другому на любом языке мира! Как она?

Александров притормозил на светофоре.

— Да так… С одной стороны, бухтит, что только одна работа в жизни! Но, с другой стороны, рада, что смогла в последнем рейде выбраться в Италию…

Воронин непонимающе повернул голову:

— Вы увольняетесь?!

— В отпуск! — Александров тронулся на зеленый свет и свернул на узкую улочку.

— А! Тоже правильно. Детишек, так сказать, делать, да?

— Я смотрю, тебя только это интересует. Ну а если по-честному, то да. В этом году уже три года как женаты — но не слышно