Книги онлайн » Книги » Документальные книги » Публицистика » Газета День Литературы - Газета День Литературы # 162 (2010 2)

Газета День Литературы - Газета День Литературы # 162 (2010 2)

В нашей электронной библиотеке можно онлайн читать бесплатно книгу Газета День Литературы - Газета День Литературы # 162 (2010 2), Газета День Литературы.
Газета День Литературы - Газета День Литературы # 162 (2010 2)
Название: Газета День Литературы # 162 (2010 2)
ISBN: нет данных
Год: неизвестен
Дата добавления: 23 февраль 2019
Количество просмотров: 156
Возрастные ограничения: Внимание (18+) книга может содержать контент только для совершеннолетних
Читать онлайн

Читать Газета День Литературы # 162 (2010 2) онлайн бесплатно

Газета День Литературы # 162 (2010 2) - читать полностью бесплатно онлайн , автор Газета День Литературы
Перейти на страницу:

Юрий Павлов ИСКИ РУССКОЙ КЛАССИКЕ

В последние два десятилетия стало распространённым явлением походя и не походя "пинать" отечественную классику, обвиняя её в самых разных "грехах": и в несправедливой критике целых сословий, и в разрушении нравственности, и в том, что "за бортом" произведений остались подлинные герои и события, определившие державный ход русской жизни, и во многом другом.

Конечно, эти беспочвенные упрёки не новы: нечто подобное в адрес отдельных писателей и литературы ХIХ века в целом говорили в разное время Н.Полевой, Н.Огарёв, К.Леонтьев, В.Розанов, Н.Бердяев, И.Солоневич, В.Шаламов… И если сегодня критика классики "левыми" воспринимается как понятная неизбежность, то критика "правыми" – как опасная тенденция. Думаю, что "иски" к классике "справа" и "слева" требуют ответной реакции, соответствующих комментариев. Остановимся на характерных публикациях преимущественно 2009 года.

Сергей Семанов в содержательной и интересной статье "Быть русским достойно есть" ( pravaja.ru//content/817/ ) об отечественной истории ХХ века кратко характеризует и литературу ХIХ-ХХ веков. Семановскую проверку на служение русскому народу выдерживают лишь Пушкин, Гоголь, Шолохов. Общий же вывод Сергея Николаевича таков: "…Великая русская литературная классика явно недостаточно укрепляла национальное самосознание своего народа".

Вызывает удивление, что в "чёрный список" автора статьи попали Тургенев, Островский, Достоевский, Толстой. О последнем, например, говорится следующее: "Лев Толстой в "Войне и мире" боевого капитана Тушина вывел каким-то слабаком, боящимся всякого начальства, а Кутузов, победитель Наполеона, совсем не похож на себя "подлинного"".

Как известно, в "Войне и мире" около 500 персонажей, и уже поэтому непродуктивно делать вывод о романе на основании сверхповерхностных и в высшей степени сомнительных характеристик двух образов. К тому же человеческие качества, которые Семанов особо ценит в героях Пушкина и Гоголя ("они были не только русскими и православными, но и подлинно героическими, исполненными высшего, им предназначенного свыше долга"), в не меньшей степени присущи многим действующим лицам "Войны и мира". Вот только некоторые из них – Марья Болконская (один из самых восхитительных и женственных образов всей русской литературы), Наташа Ростова, Андрей Болконский, Петя Ростов, старый князь Болконский, Тимохин, Багратион, Тушин, Кутузов и, конечно, русский народ – победитель Наполеона и его разноплемённого интернационального войска.

Сергею же Семанову, утверждающему, что Кутузов, герой романа, не похож на Кутузова реального, могу сказать следующее. Кутузов из "Войны и мира", несомненно, похож на своего прототипа в главном, что точно определил ещё Николай Страхов. Он в статье ""Война и мир". Сочинение графа Л.Н. Толстого" писал: "Полководцы бывают сильны тогда, когда они управляют не одними передвижениями и действиями солдат, а умеют управлять их духом. Для этого полководцам самим необходимо стоять духом выше всего своего войска, выше всяких случайностей и несчастий – словом, иметь силу нести на себе всю судьбу армии и, если нужно, всю судьбу государства. Таков, например, дряхлый Кутузов во время Бородинского сражения. Его вера в силу русского войска и русского народа, очевидно, выше и твёрже веры каждого воина; Кутузов как бы сосредоточивает в одном себе всё их воодушевление"; "Кутузов является нам как будто связанным какими-то невидимыми нитями с сердцем каждого солдата".

Сказанное и во много раз больше несказанное не позволяет согласиться с Сергеем Семановым. Конечно же, "Война и мир" с её высочайшей концентрацией народного духа (воинского и семейного прежде всего) укрепляет национальное сознание и делает человека личностью духовной как немногие произведения отечественной литературы.

Показательно, что и Вадим Кожинов, о котором Семанов отзывается высоко в названной статье, в работе "Трижды великая. К столетию "Войны и мира"" ( Кожинов В. Размышления о русской литературе. – М., 1991) справедливо утверждал, что именно Лев Толстой в своём романе "глубже, чем кто-либо" раскрывает секрет "русского чуда", определившего победу в отечественных войнах ХIХ и ХХ веков.

Не менее уязвим Семанов в своих характеристиках творчества Тургенева, Островского, Достоевского, которые я комментировать не буду из-за дефицита печатных площадей. Самое же ужасное, по утверждению Сергея Николаевича, началось с Горького и Маяковского…

Общее направление семановской мысли видится верным, возражений не вызывает, хотя аргументация автора статьи оставляет желать лучшего. Да и фактическая ошибка при цитировании стихотворения Маяковского "России" недопустима: у Семанова – "ненавижу тебя, снеговая уродина", у поэта – "Я не твой, снеговая уродина". И ещё – уверен, следовало уточнить тот факт, что в творчестве Горького и Маяковского разная степень нелюбви к русскому, разная степень разрыва с традициями отечественной литературы. Потому Владимир Маяковский – один из первых русскоязычных писателей, Максим Горький, до конца не утративший национальное "я", – амбивалентно русский художник слова. Итак, в который раз повторю: в разговоре об отечественной словесности ХХ века без использования дефиниций – русский, русскоязычный, амбивалентно русский – мы будем по-прежнему топтаться на месте и писателей, не имеющих никакого отношения к классической традиции и православным ценностям, будем характеризовать как представителей русской литературы со всеми вытекающими отсюда разными, многими и всегда негативными последствиями.

Более серьёзная "ревизия" отечественной литературы ХIХ века проводится в статье Сергея Сергеева "Ещё раз о русской классике" ( "Москва", 2009, № 7 ). Уже во втором предложении содержится посыл, выражающий главный пафос данной работы: "Любое суждение того или иного "мэтра" почитается как истина в последней инстанции". То, что сие не так, легко убедиться, обратившись к разным источникам – от школьных и вузовских учебников по русской литературе ХIХ века до публикаций в "Вопросах литературы", "Новом мире", "Новом литературном обозрении", "Русской жизни" и многих других. О них речь впереди.

Не менее уязвим Сергеев тогда, когда утверждает, что у современных интерпретаторов жизненная реальность в произведениях русской классики обрела "статус бытийного эталона, воплощённой гармонии в межличностных и общественных отношениях". Не знаю, кого имеет в виду автор статьи, но подобное могут утверждать только безумцы, фантазёры, люди, абсолютно не знающие и не понимающие отечественную литературу ХIХ века. Более чем очевидно, что мир "Мёртвых душ", "Обломова", "Евгения Онегина", "Преступления и наказания", "Грозы", "Анны Карениной" и т.д. – очень далёк от воплощённой гармонии, бытийного эталона. Высказывания же Ивана Есаулова и Ирины Гречаник, приводимые Сергеевым в качестве подтверждения его тезиса, явно вырваны из контекста и ничего не доказывают, ибо в них говорится совсем о другом.

Автор заметок довольно часто использует удобный приём, который можно назвать "бой с тенью". То есть ведётся полемика с воображаемым оппонентом, изрекающим глупость за глупостью, как, например, в случае выявления сущности мира, изображаемого классикой. К тому же нередко логика и аргументация Сергея Сергеева вызывает вопросы и возражения.

Приведу характерное высказывание: "А Гоголь? Мы его в последнее время настолько "воцерковили", что вроде бы неловко вспоминать леонтьевско-розановское отрицание "ужасного хохла", после которого "стало не страшно ломать". Но, как ни крути, Николаю Васильевичу художественно не удалось воскресить сотворённые им "мёртвые души", для этого ему пришлось перейти к прямой проповеди и пафосным лирическим отступлениям".

Во-первых, воцерковлённость Гоголя – реальная, а не мифическая – неоднократно и убедительно доказана разными серьёзными исследователями от Игоря Золотусского до Владимира Воропаева. Воцерковлённость эту не в состоянии перечеркнуть известные негативные "антигоголевские" высказывания Константина Леонтьева и Василия Розанова, ибо они голословны и легко опровергаемы. К тому же нет никакой обязательной зависимости между "воцерковлённостью" жизни автора и "религиозностью" его творчества. Здесь возможны самые разные варианты. Тот же воцерковлённый К.Леонтьев в своих "главных" работах "О всемирной любви", "Анализ, стиль и веяние" – во многих отношениях не православный человек и мыслитель.

Во-вторых, художественно не воскресшие души в поэме Гоголя ничего не доказывают, ибо их возрождение, по замыслу автора, должно было произойти позже, в последующих, ненаписанных, главах "Мёртвых душ".

Перейти на страницу:
В нашей электронной библиотеке 📖 можно онлайн читать бесплатно книгу Газета День Литературы - Газета День Литературы # 162 (2010 2). Жанр: Публицистика. Электронная библиотека онлайн дает возможность читать всю книгу целиком без регистрации и СМС на нашем литературном сайте kniga-online.com. Так же в разделе жанры Вы найдете для себя любимую 👍 книгу, которую сможете читать бесплатно с телефона📱 или ПК💻 онлайн. Все книги представлены в полном размере. Каждый день в нашей электронной библиотеке Кniga-online.com появляются новые книги в полном объеме без сокращений. На данный момент на сайте доступно более 100000 книг, которые Вы сможете читать онлайн и без регистрации.
Комментариев (0)