Пятница.

Я все могу, но от всего отказываюсь в угоду таинственной гордыне, в результате — я не могу ничего. Ночью лихое убийственное бесслезное переживание своей совершенной потерянности: кренится окаянное ложе в сторону головы, раскручивается, нет никакой возможности жить. Меняя местами ноги и голову, — где голова, где ноги? Как сделать, чтобы жить?

Ах-ах: по ночам я решаю загадку моей жизни, точно умственную головоломку. Брезжит какое-то счастливое решение. Мечта визионерши и двоечницы. Перепутанный узел распадается на незавязанную веревочку, которая приведет меня в мой праздный рай незаходяшей ясности и неподкупной беспечности.

Какие-то болезненные вопли из леса, слышные сердцу. Воззвание ко мне из влажной весенней ночи. Предчувствия меня наполняют, как кровь. Страшно догадываться об их значении. Страшно жертве.

Субботта.

Слухи о жарком знойном лете, без грибов и ягод. Земля безнадежно промерзла. Гряди, возмездие. Путь мой прост и неизвилист, будто мною выстрелила упрямая слепая пушка.

В небе луна кобенится,Как строка из Аверинцева.

Примечания

1

Возможно, парез — паралич лицевого нерва (Д. Т.)