Как известно, еще в предвоенное время по инициативе Сталина на востоке страны создавалась вторая промышленная база. Это было дальновидное решение, подлинное значение которого было оценено уже в первые месяцы Великой Отечественной войны, когда пришлось проводить почти одновременную массовую эвакуацию промышленных предприятий с Украины, из Белоруссии, Прибалтики, Молдавии, Крыма, Северо-западного, а позднее и Центрального промышленных районов. Наличие такой базы ускорило ввод в действие эвакуированных предприятий.
Перемещение промышленных предприятий из западных районов страны на восток, налаживание на них бесперебойной работы находилось под пристальным вниманием Сталина. Он часто звонил на заводы директорам, парторгам с просьбой увеличить производство самолетов, танков, моторов и др.
От рабочих не отставали и колхозники. Миллионы из них ушли на фронт и в промышленность. Для военных нужд село передало лучшие тракторы и автомобили, лошадей. В фонд Красной армии поставлялась значительная часть собранного урожая. На колхозные и личные средства покупались для армии самолеты и танки. Вся тяжесть земледельческого труда военных лет лежала в основном на женщинах, стариках и подростках.
Знаменитая женская тракторная бригада Героя Социалистического Труда Паши Ангелиной, эвакуированная в 1941 г. из Сталинской (Донецкой) области Украины в Казахстан, на новом месте уже в 1942 г. обработала 5401 га вместо положенных 2100 га и сэкономила 13,5 т горючего. Она собрала по 190 пудов зерна с каждого гектара, хотя до этого здесь собирали очень низкие урожаи. Бригада еще в войну впервые начала освоение казахстанской целины. Паша Ангелина оказывала помощь в подготовке женских кадров трактористов. По ее призыву «Сто тысяч подруг — на трактор!» свыше 200 тыс. девчат и женщин освоили эту сложную профессию. Женщины-трактористки позволили пополнить армию новыми силами, а страну обеспечить хлебом. Ангелину не раз принимал И. В. Сталин, беседовал с ней.
Из прифронтовой зоны в предельно сжатые сроки во второй половине 1941 г. на восток были перебазированы 2593 промышленных предприятия и более чем 10 млн чел. Одновременно в тыл перевозились запасы продовольствия, десятки тысяч тракторов и сельскохозяйственных машин, эвакуировались сотни научных институтов, лабораторий, библиотек, уникальные произведения искусства. Для перевозки были использованы около 1,5 млн железнодорожных вагонов[77].
Эвакуация потребовала огромного напряжения сил. Она стала народным подвигом. Люди работали самоотверженно, нередко под огнем противника, забывая об усталости и сне. Целая индустриальная держава была перемещена на тысячи километров на восток. Там, часто под открытым небом, машины и станки буквально с железнодорожных платформ пускались в дело. Значение этого народного подвига для развития военной экономики страны, для судьбы войны невозможно переоценить.
Маршал войск связи А. И. Белов по этому поводу пишет: «А вспомнить эвакуацию нашей промышленности на Восток. Эвакуацию и развертывание ее в кратчайшие сроки на новом месте. Беспримерная эпопея! И кто был душой ее? И. В. Сталин. Я знаю это тоже по рассказам многих участников и очевидцев. Понятно, не одного И. В. Сталина тут заслуга. Была огромная организаторская работа партии и правительства, всех органов государственной власти, сверхчеловеческий труд миллионов людей. Но это — большая заслуга и лично И. В. Сталина»[78].
Характерно признание немецкого генерала Курта фон Типпельскирха: «Сталин смог оснастить свои новые армии гораздо лучше, чем оснащались до того времени русские войска. Вновь созданная по ту сторону Урала или перебазированная туда военная промышленность работала теперь на полную мощность и позволяла обеспечить армию достаточным количеством артиллерии, танков и боеприпасов»[79].
Большое внимание Сталиным уделялось совершенствованию боевой техники, поступавшей на вооружение армии и флота. Г. К. Жуков об этой стороне деятельности Сталина писал так: «Уделяя постоянное внимание развитию вооружения и боевой техники, И. В. Сталин часто встречался с наркомами авиационной и танковой промышленности А. И. Шахуриным и В. А. Малышевым, наркомом вооружения Д. Ф. Устиновым, а также ведущими главными конструкторами авиационной техники Н. Н. Поликарповым, А. Н. Туполевым, С. В. Ильюшиным, А. С. Яковлевым, П. О. Сухим; артиллерийских систем — В. Г. Грабиным, танков — Ж. Я. Котиным, А. А. Морозовым, стрелкового оружия — В. А. Дегтяревым, Б. Г. Шпитальным, Г. С. Шпагиным»[80].
Гигантская работа в годы войны была проделана по производству военной техники — в решающей сфере экономического противоборства с Германией и ее союзниками. Противоборство, развернувшееся на этом направлении, происходило в крайне неблагоприятных условиях. Мощная военная экономика Третьего рейха с предельной интенсивностью использовала ресурсы завоеванных стран Европы. Советской военной экономике противостоял, по существу, экономический потенциал Европы. Примечательна в этом отношении запись в дневнике Геббельса от 18 марта 1941 г.: «Фюрер хвалит работу заводов Шкода (крупнейшие в Чехословакии предприятия военно-промышленного комплекса). В ходе этой войны они оказали нам величайшую услугу, поставляя оружие… Крупп, Рейн-металл и Шкода — это 3 наши крупные кузницы оружия и военной техники»[81].
Борьба в области производства вооружения и боевой техники между СССР и Германией развернулась еще в предвоенные годы и с огромным напряжением сил велась на протяжении всей войны. Поистине драматического напряжения она достигла в 1943 г., в год коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны. К этому времени уже обозначилось превосходство Советского Союза над Германией и ее союзниками не только на полях сражений, но и в военной экономике. Для Германии центральной проблемой, определявшей возможность успеха на востоке, стало изменение соотношения сил на советско-германском фронте в пользу вермахта. Правители Германии были уверены, что путем жесточайших мер по мобилизации колоссальных людских и материальных ресурсов порабощенной Европы и направления их против Красной армии они смогут восполнить потери, понесенные в войне с СССР, и подавить его растущую мощь превосходящими силами.
С февраля 1943 г. с лихорадочной поспешностью стала проводиться тотальная мобилизация экономических, людских и чисто военных ресурсов. Считалось, что Советский Союз будет не в состоянии противостоять огромному военному и экономическому потенциалу Европы. Геббельс 18 февраля 1943 г. заявил: «Опасность, нависшая над нами колоссальна… больше нельзя лишь наспех и поверхностно использовать богатый военный потенциал не только своей собственной страны, но и имеющихся в нашем распоряжении важных районов Европы. Необходимо использовать его полностью и настолько быстро и основательно, насколько это мыслимо в организационном и деловом отношении. Ложный стыд здесь абсолютно ни к чему. Будущее Европы зависит от нашей борьбы на Востоке!»[82]
Ресурсы, находившиеся в распоряжении Германии, были огромны. Меры по их мобилизации проводились со всей решительностью, жестокостью и поспешностью. В ходе тотальной мобилизации удалось достигнуть значительного роста военного производства и новые сотни тысяч солдат были брошены в котел войны. В 1943 г. танков и штурмовых орудий было выпущено больше, чем в 1942 г., почти на 73 %, самолетов — свыше чем на 71 %[83]. Вермахт получил новые танки, самолеты и другие образцы боевой техники. В приказе перед началом летнего наступления Гитлер писал: «Армии, предназначенные для наступления, оснащены всеми видами вооружения, которые оказались в состоянии создать дух немецкого изобретательства и немецкая техника»[84].
Красная армия, весь советский народ стояли перед новыми тягчайшими испытаниями. Им предстояло отразить готовящиеся удары огромной силы. Очень многое зависело от того, сумеет ли советский тыл мобилизовать новые силы для продолжения борьбы, дать своей армии материальные средства борьбы, и количественно, и качественно сопоставимые с теми, какие направляла на советско-германский фронт Германия, использовавшая ресурсы порабощенных стран Европы.
