плаща, сплошь покрытого пришитыми к нему ремешками с прикрепленными к ним погремушками и колокольчиками, ремешки изображали змей с глазами из бисера. На спине выделялись две большие змеи, названные «златоглавыми змеями Амырга». На плечах и на вороте плаща нашиты пучки совиных перьев. Утагана стала лицом к протянутому справа от входа в юрту шнуру с лоскутами и лентами, и спиной к очагу, в котором тлел можжевельник, распространяя своеобразный запах. Девушка начала бить в бубен, раскачиваясь всем телом и извиваясь. Движения и удары бубна становились быстрее. Иногда утагана кружилась на месте, и тогда плащ развеивался вокруг нее широким конусом. Затем пляска прервалась, девушка пошла вокруг очага, напевая нежным голосом. Но пение было заунывным, иногда переходя в плач. Затем шаманка остановилась перед шнуром с лентами, продолжая напевать, дергаясь и постанывая. Успокоилась она, когда у нее взяли бубен, сняли плащ и шапку. Девушка имела вид проснувшегося человека. Окончательно она пришла в себя после глубокой понюшки табака и чашки чая.

В один из дней подошли к русской фактории, основанной в середине XIX века русским купцом Николаем Федоровичем Веселковым, недалеко от нынешней тувинской столицы Кызыл, расположенной в месте слияния рек. К русской фактории Потанин вел свой отряд целеустремленно. Николай Федорович Веселков представлял собой пример русского человека с неистребимой жаждой и страстью к движению и перемене мест, к новым знаниям и впечатлениям. Русские купцы доставляли урянхайцам русские товары из Минусинского края через Саяны, а вывозили шерсть, кожи, соль, меха, шкуры дзеренов (монгольский дзерен, или зобастая антилопа, до метра высотой, Ныне в Красной книге России). Со временем купцы занялись скотоводством, выделкой кожи, производством соли, заготовкой леса, добычей россыпного золота.

По совету Веселкова за проводником обратились к урянхайскому князю, у ставки которого разбили лагерь в долине Хакемы. После получения в подарок: ружья, карманных часов и другой мелочи, – князь сам приехал с визитом в лагерь экспедиции, с ним были судья и писарь. Князь предупредил, что на выбранном маршруте торной дороги нет. На следующий день князь прислал с двумя сыновьями ответные подарки – два куска шелка, кусок далембы (бумажной материи), блюдо овечьего сыра и блюдо очищенных кедровых орехов. А главное проводника. И по просьбе Потанина молодого урянхайца, знавшего много сказок.

Продвигались медленно. По дороге выпал снег, реки покрылись ледяной коркой. Не выдерживали верблюды, груз с них перекладывали на лошадей, сами шли пешком. В связи со стремительно надвигающейся зимой, было принято решение прервать экспедицию. Оставив лошадей, верблюдов, и часть снаряжения, на зимовку в монастыре, под присмотром одного из переводчиков, Потанины вместе с отрядом направились в Иркутск через Тункинскую долину. Предполагалось весной 1880 года продолжить исследования древних Хангайских гор и центральной Монголии.

На первом этапе экспедиция прошла через города Улангом и Кобдо, обследовала большие озера северо-западной Монголии, горную группу Харкира, хребет Танну-ола, Урянхайский край, прошла верхним течением Енисея. Суммарно пройдено около 1800–2000 верст, собрано примерно 1000 экземпляров насекомых, 120 геологических образцов и 400 видов растений, а еще около двухсот шкурок мелких млекопитающих и птиц.

1880 год

Вторую монгольскую экспедицию пришлось окончательно прервать по политическим причинам, из-за возникших осложнений в отношениях России с Китаем. Поэтому весной 1880 года Потанин вернулся к дархатам, в монастырь, чтобы забрать снаряжение и продать экспедиционных лошадей и верблюдов.

После завершения экспедиции Потанины отправляются в Петербург, где три года последующие года путешественники будут заняты обработкой материалов, и подготовкой к изданию отчета об экспедиции.

Результаты двух экспедиций Потаниных по северо-западной Монголии были ощутимы для специалистов. Определены высоты и географические координаты ряда пунктов, составлены карты територий вдоль маршрутов. Пройдено суммарно около 5000 верст. Даны описания десятков собранных образцов флоры и фауны, горных пород. Представлены этнографические материалы – записи легенд, сказок, поверий, народных загадок монголов, урянхайцев и киргизов, описания каменных идолов, керексуров (баб и обо). В отчетах много рисунков Александры Потаниной.

По итогам двух монгольских экспедиций путешественников Потаниных, 1876–1877 и 1879–1880 гг., министерства иностранных дел и финансов расширят поддержку русских купцов в торговле с Китаем и увеличат бюджет на укрепление дипломатического присутствия во Внешней Монголии, в которой, как показали результаты экспедиции, желание монгольской независимости у местных жителей не исчезло, несмотря на двухвековую китайскую экспансию. Военные картографы внесут необходимые уточнения в свои секретные карты, которые будут востребованы уже спустя время в войне с Японией, в 1945 году.

1881 год

В издании ИРГО вышли первые два тома экспедиционного отчета «Очерки Северо-западной Монголии. Результаты путешествия, исполненного в 1876–1877 гг.». В первый том вошел отчет об экспедиции на основе дневниковых ежедневных записей и наблюдений, описания собранных коллекций и гербария; второй том составлен из этнографических материалов, легенд, сказаний, былин и сказок, поверий и загадок монгольских народов.

В Петербурге семья Потаниных жила скромно, но гостеприимно. Один из гостей потанинских посиделок, вспоминал потом об особом уюте, создаваемом Александрой Викторовной: «В скромной квартирке Потаниных охотно собирались их друзья. Здесь не было никаких угощений, кроме чая, не было модных и шумных разговоров, но каждый выносил душевную теплоту и какое то приятное, умиротворяющее ощущение».

Еще определеннее высказался об Александре Викторовне, попавший под ее природное обояние Владимир Васильевич Стасов, один из инициаторов движения художников-передвижников и сообщества музыкантов «Могучая кучка»: «Впечатление, произведенное на меня А.В., было совершенно особенное. Она не была красива, но в ней было что-то такое притягательное для меня… Это были какие-то исключительные черты, глубоко нарезанные на ее бледном, серьезном лице, и я не мог не смотреть на нее с особенным чувством, совершенно необъяснимым мне самому. У нее был взгляд такой, какой бывает у людей, много думающих, много читавших, много видевших… Иногда этот взгляд казался рассеянным и потерянным, но все таки необыкновенно сосредоточенным и углубленным… Я тотчас же постарался познакомиться с этой особенной женщиной, в которой я сразу чувствовал какую-то необыкновенную прочность душевную и надежность умственную».

1882 год

Потанины завершают работу над отчетом по второй монгольской экспедиции, и отдают ее в ИРГО для изучения и публикации. Со второй половины 1882 года Потанины начали подготовку к первой экспедиции в Китай.

1883 год

15 августа 1883 года из Кронштадта, на военном фрегате «Минин» стартовала третья семейная экспедиция Потаниных, в Китай, кяжество Ордос и Тибет. Экспедиция организована на средства ИРГО (12500 рублей) и частное пожертвование (17 тыс. рублей) сибирского мецената Владимира Платоновича Сукачева (1849–1919), иркутского городского головы (1885–1898), основателя иркутской картинной галереи и др.

Специальным императорским распоряжением