Да, у бесцветных волос есть плюсы – они отражают любой яркий цвет, с которым оказываются рядом.

– Могу посидеть на ветвях. – Хихиканье предательски вырвалось наружу.

– Главное, не бросайся в пруд. Я плохо плаваю.

– Ничего не могу обещать.

– Я тебя не отпущу. – Андрей встал напротив и взял меня за обе руки. Потом ещё приблизился и коснулся мягкими губами моих губ.

Это было ярче, чем самый смелый кувырок в гамаке. Пронзительнее, чем песни Green Apelsin.

– Волшебная Маргарита, – на одном выдохе сказал Андрей и ещё раз меня поцеловал.

Мы пошли дальше. Я всё смотрела, как моя ладонь белеет в его загорелой руке.

Полдня мы бродили по дендрарию, укрываясь то в арке из роз, то в изумруде туй, – и снова и снова целовались. Слова нам были больше не нужны.

Андрей попрощался со мной на выходе из дендрария:

– Давай никому не будем рассказывать о нас, – попросил он. – Не хмурься. – Андрей разгладил подушечками пальцев мой лоб. – Если сразу всем расскажем, вдруг нас сглазят? А мы же не хотим, чтобы всё закончилось так быстро. Хочешь, считай меня суеверным!

– Счастье любит тишину, – согласилась я.

И откуда только фразу такую вспомнила? Наверное, из историй в ВК.

Глава 13

Я не заметила, как дошла до дома. Хотелось сохранить в памяти каждое мгновение сегодняшней прогулки: как тонко и пряно пахла шея Андрея, как он прикрывал глаза, касаясь моих губ, как пробегался пальцами по моей руке, словно хотел обвести каждый палец. Я словно нанизывала одно впечатление за другим на общую нить, но бусы воспоминаний всё время рассыпались. В тот самый момент, когда Андрей говорил: «Давай не рассказывать о нас».

Я не знала, почему меня это так беспокоит. Ведь я сама не была уверена, что готова с кем-то поделиться случившимся. Может быть, среагировала на саму фразу – всё детство мама учила меня, что если кто-то такое мне предложит, то это повод не молчать, а наоборот рассказать ей. А потом я возвращалась к началу: серые глаза в россыпи голубых кристаллов всё ближе, и вот Андрей меня целует в первый раз.

А дома на кухне я обнаружила маму и Сашку в моём детском фартуке с Леди Баг.

– Ты где была? – Мама на секунду отвлеклась и поправила свой фартук с земляничками, а потом продолжила взбивать венчиком что-то в миске.

– На гамаки ходила, после с Алиёй посидели в кафе, – соврала я. – А вы тут чем занимаетесь?

– Саша учит меня делать оладушки из чечевицы. Я подумала, тебе должно понравиться!

– Возможно. Я люблю чечевицу.

Я и сама удивилась, как легко согласилась. Сашка вертелась на кухне в моём фартуке, с моей мамой, опять навязывала свои блюда, а меня это больше не раздражало.

Сашка попыталась предплечьем убрать выбившиеся прядки: руки у неё были в муке.

– Ритуля, поможешь? – спросила она.

Я убрала фиолетовую прядку за ухо Сашке. В детстве меня все называли Ритулей. Я даже так представлялась и, по-моему, вообще не знала своего полного имени. Но с тех пор, как Сашка вернулась, она так назвала меня впервые.

Нежно-оранжевые оладьи оказались действительно очень вкусными. Мы поливали их кленовым сиропом и запивали настоем шиповника.

– Завтрак на ужин, вот это я понимаю. – Мама выглядела очень довольной.

Перед сном мы с Сашкой смотрели на ноутбуке «Гравити Фолз» – сериал из нашего общего детства.

– Сашка! А почему всё-таки ты перестала со мной дружить? Ну тогда.

Под гомон сериала задать вопрос оказалось легко. Как будто Сашка могла его пропустить мимо ушей, если вдруг не захочет отвечать. Но она нажала на паузу и остановила видео. Сделала такой глубокий вдох, словно хотела превратить живот в воздушный шар и улететь от меня поскорее.

– Потому что хотела понравиться девчонкам в школе. А я была ни на кого из них не похожа. Была похожа на тебя. Тогда я решила, что это из-за тебя они меня не принимают.

– И что, приняли?

Сашка мотнула головой.

– Не знаю. Может быть, на самом деле это я не приняла их. Ведь из-за них пришлось потерять тебя.

– Какой-то замкнутый круг.

Сашка откинулась на подушку и принялась смотреть на потолок. Я испугалась, что она снова заплачет, но нет. Она проморгалась, а потом мы опять включили сериал.

Глава 14

Всю ночь мне снился Андрей. Салатовые пряди ив обвивали его со всех сторон и тащили на дно пруда. А на макушке самого большого дерева сидела Сашка и пела.

Проснувшись, я первым делом проверила телефон в надежде найти сообщение от Андрея в личке или предложение увидеться в общем чате. Но везде было тихо. Зато Сашка активно набирала сообщения на телефоне. С кем это она переписывается с утра пораньше?

Мама уже ушла на занятия в английский клуб. Она ходит туда каждое воскресенье. Раньше и меня с собой таскала, пока не смирилась с тем, что способностей к языкам у меня нет. Сошлись на том, что если в школе по английскому оценка будет не ниже четвёрки, то в клуб я могу не ходить.

– Чем сегодня займёмся? – спросила я у Сашки.

Та отвлеклась от телефона. Вид у неё стал сконфуженный.

– Может, вы с Дианой вдвоём что-нибудь придумаете? – предложила она.

Я расстроилась. Не нужно было вчера ворошить прошлое – теперь Сашка не хочет проводить со мной время. Опять.

– Ну, как знаешь. Может, и придумаем, – промямлила я, а потом вспомнила, что Диана на даче.

В дверь позвонил курьер с доставкой Сашкиного овсяного молока. Та сорвалась открывать с такой скоростью, будто только и мечтала от меня сбежать. Телефон Сашка бросила на кресле. Звякнуло сообщение, и моё любопытство пересилило воспитанность. Я посмотрела на всплывшее уведомление.

– Только ты и я. Вдвоём! Ну пожалуйста, – писал Andreas$. – Я наш ночной разговор не могу забыть.

Мне показалось, что я разучилась дышать. Всё горячее и горячее становилось в груди, кровь застучала в ушах, в глазах потемнело, и только тогда я всё-таки заставила себя сделать вдох.

Сашка заглянула в комнату:

– Ты не видела мой телефон?

– Ещё как видела! Я всё видела! – зашипела я. Сашка нахмурилась. – Какого лешего тебе пишет Андрей? И о чём это вы говорили всю ночь?

– Что за допрос? Я не должна перед тобой отчитываться! Лучше ответь, какого лешего ты читаешь мои переписки? – Сашка выхватила у меня из рук свой телефон. – О чём мы разговариваем, не твоё