– Ана хочет! – выкрикнул Тио с подчеркнуто равнодушным видом.

Мисс Рэндалл посмотрела на меня:

– Правда, Ана? Было бы здорово!

Я отрицательно помотала головой:

– Нет, я не поднимала руку, просто…

– Еще как поднимала! – возразил Тио.

– Нет!

– Я видел! – настаивал он.

– Тио! – оборвала его мисс Рэндалл не допускающим возражений тоном. – Не важно, что ты видел, сейчас я спрашиваю Ану, и как она скажет, так и будет. – Учительница посмотрела на меня: – Вообще-то, тебе не обязательно отвечать сию минуту. Обдумай свое решение, Ана. И всем остальным советую поразмыслить хорошенько.

– А я знаю, что прав! – прошептал Тио.

Я даже не взглянула в его сторону, полностью сосредоточившись на желтом свитере мисс Рэндалл. Честно говоря, когда она объявила о возможности спеть часть песни на концерте соло или с друзьями, то внутри меня что-то вспыхнуло – очень захотелось попробовать.

Но стоило Тио обратить внимание на мою вытянутую руку, в голове прозвучал скрипучий голос: «Только сунься – опозоришься! Не получится, даже и не пытайся. Молчи в тряпочку, и никто не узнает, что ты не умеешь петь».

До конца уроков мне удалось больше не пересекаться с Тио, но сейчас я застряла в классе и не могла уйти, потому что «мой друг» торчал в коридоре. Послышалось шарканье подошв. В надежде, что Тио и его дружок ушли достаточно далеко, я сделала шажок к двери.

– А ты видел, как Ана подняла руку и вызвалась петь соло? – вдруг спросил Тио.

Внутри меня все скукожилось. Он словно забрался мне в голову! «Тио понятия не имеет, что я здесь», – пронеслось в мыслях, но на всякий случай я все равно съежилась на стуле.

– Из нее певица как из драной кошки, которая вечно ошивается на парковке! – заявил Тио.

Его дружок промолчал.

– Ну я же Ана! Уверена, что лучше всех! Мне все по плечу! – орал Тио как заведенный.

Второй мальчишка присоединился дурашливым тонким голоском:

– Я, Ана, пою лучше всех!

Так это же голос Чиди!

– Я Ана. Буду петь соло!

– Ана. Вот она я! Полюбуйтесь!

– Меня зовут Ана. Я всегда в центре внимания!

– Ана! Да, я Ана, я Ана!

Они все никак не могли остановиться. Надо как-то выбраться из класса, но, даже если я выскользну за дверь, придется пройти мимо мальчишек. Спрятаться некуда, хоть и хочется. В то же время я едва сдерживала желание выскочить из своего укрытия и увидеть, как настолько чудовищные слова вылетают у них изо рта. Это как будто расковырять болячку – неприятно, но удержаться невозможно.

Потихоньку я приблизилась к дверям и выглянула настолько, насколько осмелилась. В узкую щелочку разглядела очертания Тио и Чиди – мальчишки топали туда-сюда по коридору и орали во всю глотку. Тио поднял с пола шарф, замотал один конец вокруг шеи, бросив другой тащиться позади. Иногда он останавливался и подкидывал свободный конец вверх, словно бил хвостом по сторонам.

И тут послышался голос Мисс Рэндалл:

– А что это вы тут так поздно делаете?

– Ничего, – отозвался Чиди.

– Просто вернулся за свитером, – крикнул Тио.

Дождавшись, пока шаги в коридоре стихли, я двинулась к выходу. Дрожа от страха, тихонько спустилась по лестнице в холл, где меня ждала Лейла.

Вторник

10:53

Ну и вот. Теперь я стояла на сцене – и Тио снова оказался прямо напротив меня. Бежать некуда – как и вчера в классе. Тио держался за бока, словно они разболелись от смеха.

– Ничего ужаснее в жизни не слышал!

Каждое слово впечаталось в мое сознание, как удар.

– Я… я… – Я вдруг потеряла дар речи, хотя в голове проносились десятки вариантов ответа: «Думала, меня никто не слышит; я уж точно не хотела, чтобы меня услышал ты; сама знаю, что пою плохо; зря я вчера вообще тянула руку; лучше бы я никогда не выходила на сцену, чтобы проверить, получится ли у меня, потому что у меня не получается; я не буду петь, у меня никогда не получится».

– Неужели ты и впрямь собралась выступать на концерте? Перед всеми?

Я так и не сдвинулась с места, не в состоянии вымолвить ни слова.

Вдруг дверь открылась, и в зал протиснулся наш новый учитель мистер Бёртон, спотыкаясь под тяжестью огромного мешка с разноцветными мячами. В школе он уже успел заслужить репутацию сурового преподавателя, который всех ругает.

– Гм, тебе не следовало туда залезать, – пробормотал он, заметив меня на сцене.

– Ее зовут Ана, – сообщил Тио. – Она из шестого класса.

– По-моему, и тебе тоже здесь быть не следует, – неуверенно произнес мистер Бёртон.

– Но, мистер Би, я просто проходил мимо с запиской для мисс Скэнлан и заметил Ану на сцене – а это противозаконно! И велел ей слезть оттуда.

– Ну, не то чтобы противозаконно, просто не разрешается. – Мистер Бёртон напрягся, стараясь удержать огромный мешок.

– Все равно вы должны рассказать мисс Рэндалл, сэр. Это ее классный руководитель, – продолжал Тио. – Не знаю даже, как долго она там стоит – причем противозаконно!

Слова впивались в меня, как колючки.

– Гм, возможно, потом я поговорю с мисс Рэндалл… а пока мне нужно положить эти…

Он слегка повернул руку, мешок свалился в сторону, а мячи по одному вываливались и разлетались по залу.

Мистер Бёртон недовольно ахнул, и еще больше мячей посыпались из мешка и запрыгали прочь.

– Ана вам поможет, – предложил Тио. – В качестве извинения за то, что залезла на сцену без спроса.

Мистер Бёртон был слишком занят попытками удержать несколько оставшихся в мешке мячей и вряд ли его услышал, но посмотрел на меня.

– Давай же, Ана! – настаивал Тио. – Помогай, или огребешь по полной.

Спустившись по ступенькам, я присела, подобрала подкатившийся ко мне мячик. И вдруг Тио изо всех сил пнул по другому мячу, он просвистел мимо, едва меня не задев, и стукнулся о стену. Тио зашагал прочь, нагло похрюкивая и прыская смехом, хоть ему было вовсе не смешно.

Я глаз не сводила с Тио, пока тот не вышел за дверь. Мы столько лет знакомы, выросли вместе, но в тот момент он казался мне чужаком.

В голове снова всплыли вопросы, которые не отпускали меня с тех пор, как Тио переменился по отношению ко мне: почему мы так отдалились друг от друга? Что я такого сделала, что он стал так себя вести?

Вторник

12:32

– Что случилось? – спросила