Глядя, как светятся от счастья глаза Жюли, когда она входит в гостиную, как она смотрит на обои с бамбуковым рисунком, на старую мебель, на потертое кресло, я начинаю подозревать, что она ищет всевозможные оправдания для того, чтобы приезжать в родительский дом. Впрочем, она подтверждает мою правоту, подойдя к окну.

— Вижу, вы установили в саду укрытия.

— Да. Пока холода не пришли.

— Должна признаться, я часто думала о вас… Представляла себе, что вы сейчас делаете в мамином саду.

Я придвигаю ей стул, чтобы она сбросила на него пальто, и рассказываю новости сада: цветник к весне. Тюльпаны, гиацинты, крокусы и нарциссы. Мои озимые овощи. Глаза у нее сверкают. Она снимает пальто и шапку, улыбается еще шире.

— Скажите… Вы пригласите меня весной… когда все расцветет?

— Да. Конечно.

— Чудесно. А кот? Покажете мне его?

Мой серый кот прячется под серым креслом.

— Тощенький этот ваш подопечный.

— Он был очень хилый. Думаю, килограмм он уже набрал.

Она присвистнула, полулежа на полу и продолжая его разглядывать.

— Если бы вы его не подобрали, он не пережил бы зиму.

Я предлагаю ей кофе, она радостно соглашается. И тут мне на глаза попадается загадочная коробка, оставленная у двери гостиной.

— Что вы мне принесли?

— О-о!

Ее глаза весело блестят.

— Безумная история.

Она усаживается за стол, а я иду к кофеварке, наполняю фильтр, добавляю воду, достаю сахарницу.

— Может, перейдем на «ты»?

Я киваю, мне немного стыдно от того, что я не предложила этого раньше.

— Да… Конечно.

— В этой коробке пакетики с воском.

— С воском?

— С пчелиным воском.

Пока я мало что поняла, но вежливо киваю.

— На меня это нашло прошлой зимой, во время рождественских каникул. Делать ароматизированные свечи. «Ну… почему бы и нет», — скажешь ты.

Я улыбаюсь, показывая тем самым, что слушаю.

— Кажется, как раз тогда у нас с Тристаном все стало разлаживаться, думаю, потому я с такой страстью и взялась за эти свечи. Поначалу я их делала, просто чтобы занять себя чем-то, пока я дома, чтобы дарить их подругам или свекру и свекрови, а потом…

Она бессильно пожимает плечами.

— А потом это мало-помалу перешло в помешательство. Десять, пятнадцать, двадцать свечей в банках от варенья, в стаканчиках от горчицы, баночках от йогурта, огнеупорных формочках. Я не могла остановиться. За четыре дня до Рождества у меня их набралось больше сорока. Тристан злился, нам уже некуда было их ставить. Я выстроила свечи вдоль коридора, ведущего в спальню. И все равно продолжала делать новые… Перестала только после Рождества, когда Тристан спустил все мои запасы воска в подвал.

Она смотрит на меня жалобно и вместе с тем весело, а я стараюсь изобразить улыбку, но оставаться нейтральной.

— И ты…

— Да, вот именно, — подтверждает Жюли. — Я хочу в этом году избежать повторения, это был настоящий рождественский припадок. Я себя знаю, если суну нос в эту коробку…

Она начинает смеяться, я тоже.

— Сама увидишь, это наркотик. Постарайся развлекаться, не доходя до невроза.

Толком не знаю, что сказать, тем более что у меня уже проявлялось навязчивое поведение с моими недавними заготовками яблочного пюре, и просто киваю, а поскольку пауза затягивается, в конце концов говорю:

— Ну, спасибо, я постараюсь быть осторожной.

Кофеварка у меня за спиной заканчивает лить кофе, я наполняю две чашки, ставлю на стол. Роюсь в шкафу в поисках пачки печенья, но удается найти только сетку с мандаринами. Все лучше, чем ничего.

— А как ты их делаешь, твои свечи? — спрашиваю я, усаживаясь напротив Жюли. — Никогда не пробовала…

— Это очень просто. Показать тебе?

И вот, пока мой сад спит, засыпанный снегом, пока мой серый кот прячется под креслом, а остальной мир вокруг нас продолжает вращаться, должно быть, охваченный лихорадкой рождественских покупок, у нас с Жюли начинается мастер-класс по изготовлению свечей, как будто сейчас это самое естественное занятие на свете.

Я внимательно прислушиваюсь к каждому совету. Выбрать стеклянную банку. Сделать фитиль из хлопчатобумажной тряпки или носового платка, от которого мы отрезаем кусок и плотно скручиваем. Закрепить получившийся фитиль в металлической подставке, которую мы ставим на дно.

— Для подставки можно взять крышку от алюминиевой банки или металлическую деталь какой-нибудь упаковки от еды. Я использовала довольно толстую фольгу, вырезала из нее кружки.

Глядя, как она роется в шкафах, вытаскивает фольгу, добывает пару ножниц и кастрюлю для воска, я думаю, что эта маленькая хитрость достойна записных книжек мадам Юг и что, если