Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 104
ненавидел себя (и не только себя).
Голос отца за стеной вдруг стал на тон громче.
— За кого ты меня принимаешь?! Д-д… Дура ебаная!
— Ебаная, да не тобой! — взревела мама, словно специально ждавшая подходящего момента. — У тебя, Сереженька, от шмурдяка давно хер стоять перестал, если ты забыл!
Крюгер спокойно подумал: интересно, много ли усилий понадобится, чтобы проткнуть себе острием ручки барабанные перепонки?
— Да заткнешься ты или нет?! Что я тебе сделал-то такого?!
Папа Сережа был по жизни человеком мягким и, честно говоря, жалким.
— Да проще сказать, чего ты не сделал! — по тону было понятно, что мама театрально загибает пальцы. — На нормальную работу так и не устроился — а действительно, зачем, и так же у нас всё отлично! Даже, я бы сказала, охуенно! Тепло, светло и мухи не кусают! Бухать не бросил, хотя сто раз клялся и божился. Почки свои ебаные лечить не стал — ну это ладно, хоть недолго с тобой мучиться буду!
— Не смей при Витюше!..
— Ну вот Витюшу заделал, это да, — имя сына мама произнесла с издевательским посвистом. — Хотя и не факт, что это был ты…
Внутри Крюгера что-то оборвалось.
Ровно то же самое, судя по всему, оборвалось внутри отца — из кухни донесся грохот падающей табуретки, а мама прервала свой монолог на полуслове и вскрикнула.
Витя отшвырнул истерзанную тетрадь и бегом ринулся из комнаты — уже зная, чтó он сейчас увидит. Отец никогда не поднимал руку ни на него, ни на мать — и гордился тем, что никогда не переступал определенной черты. В моменты, когда Светлана попадала в особенно уязвимые места (никто так не умеет попадать в особенно уязвимые места, как некогда любящие люди), он дергался, сжимал вялые кулаки, шипел ругательства, но никогда не переводил конфликт, как это называла школьная завуч, в физическую плоскость.
Крюгер ворвался в кухню ровно в ту секунду, как отец неумело, но звонко ударил мать по лицу.
Время остановилось.
За доли секунды Витя испытал спектр хаотичных эмоций — в диапазоне от ярости до тоски, после чего остановился на облегчении. Ад, в котором он жил, после такого точно прекратится — после того, что сделал отец, обратного пути в ненормальную нормальность последних месяцев уже не было. Что придет ему на смену, было непонятно, но хуже явно не будет. Точнее, наверняка будет еще хуже, но по-другому.
Светлана, держась за щеку, посмотрела на мужа вдруг потеплевшими глазами и сказала одну из самых диких фраз, слышанных Крюгером в жизни (а недавняя экскурсия в Танаис задала в смысле диких фраз новую высокую планку):
— А я думала, ты совсем уже не мужик…
— Пошла ты нахуй! — рявкнул отец и выбежал из квартиры, оставив входную дверь распахнутой.
Мать, так и не взглянув на замершего в дверях кухни Витю, после короткого замешательства устремилась следом.
44
На похороны Бурого Сися не пошел.
Причин на это было несколько. Во-первых, покойный давно уже бесил Славу своей болтливостью, трусостью и общей припиздью; Сися не знал афоризма Макиавелли, согласно которому мужчину нужно судить по людям, которыми он себя окружает, но о чем-то подобном давно уже начал интуитивно догадываться. Во-вторых, так получилось, что к своим шестнадцати годам Сися на похоронах ни разу не был — родни со стороны отца он не знал, а мамкина баба Зося была жива и для своих восьмидесяти шести лет даже довольно свирепа. Как любой первый раз, первые похороны запомнятся на всю жизнь, поэтому размениваться на Бурого в этом смысле казалось как-то тупо и неуместно — мало ли таких каждый день ложится в землю по собственной дурости. В-третьих и в самых главных, Сися очень хорошо помнил, как именно погиб его прихлебатель. Он не знал, кто был обладателем паучьего голоса и что заставило Бурого раскрошить собственное лицо о металлический подголовник, но находиться в нескольких метрах от тела, в котором… которое… короче, таких дураков не было. Бояться Сисе было непривычно — страх был уделом хорей, лохов, шестерок и прочих недоделков; даже Шварца он не то что бы боялся — скорее, понимал, что силы неравны и закусываться с отморозком пока бессмысленно. А хотя, напоминал он себе, теперь-то коматозный Шварц лежит бревном и ссыт в трубочку — при желании можно навестить его в стационаре БСМП, улучить момент и что-нибудь отрезать на память о том окурке, который он имел глупость швырнуть Сисе в лицо.
Была и четвертая причина, по которой на похороны идти было не вариант: когда мусора выковырнули его из раскуроченной «Нивы», началась суета, в процессе которой селюки-милиционеры даже забыли его допросить. Сам Сися тогда пребывал в шоке, ничего не соображал и всё время ощупывал свои руки, не в силах поверить, что не только остался жив, но и, как шутили во дворе старшаки, «обделался легким испугом». Лопоухого лейтенанта рвало при виде того, во что превратился Бурый. Колхозного вида усач в ментовской форме гавкал в рацию, вызывая скорую для Шварца. Единственным, кто обратил на Сисю внимание, был посторонний хер в несвежем спортивном костюме — этот вася сверлил Славу глазами и всё порывался что-то сказать. Допустить этого было нельзя, поэтому Сися, так толком и не придя в себя, развернулся и пошел по пыльной дороге обратно в сторону Недвиговки. Хер в костюме что-то вякнул вслед, но на погоню не решился — еще бы ты решился, гха-гха, ретроспективно думал Сися. Как он словил попутку до Ростова, что говорил ее водителю и почему его костяшки потом оказались окровавленными, осталось за кадром, но это было и неважно — главное, что его не задерживали, не допрашивали и вообще, кажется, особо не заметили. Дважды за несколько минут, короче, повезло так, как немногим везет суммарно в жизни!
Вернувшись домой, Слава стал думать, что делать дальше; ничего не придумал — и решил, что будет просто жить как жил: днем тормозить лоходромов у арки Немецкого дома, а вечером и ночью двигаться со старшаками. На бурсу (которая официально называлась «Колледж операторов станков с числовым программным управлением») он давно положил хуй; путей оттуда всё равно было только два — в тюрьму или в беспросветную жизнь заводского кузьмича на «Ростсельмаше» или «Роствертоле». Ни один из этих вариантов Сисю не прельщал, поэтому он еще давно отловил на районе пару лоховатых однокурсников,
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 104
