— Вызывали?

Он никак не прокомментировал нашей растерянности, взвинченности или тревожной атмосферы в комнате. Наверное, ничего не заметил.

— Будьте добры, принесите чаю, — не поднимая глаз, попросила Мирабель.

— И чего-нибудь покрепче, — угрюмо добавила тетя Шарлотта. — Мы испытали шок.

— Будет сделано, мадам.

— Ангел, — сказала тетя Шарлотта своим самым терпеливым голосом, — там в снегу, кажется, лежит труп. Вы, случайно, ничего об этом не знаете?

— Нет, мадам.

— А не вы ли упоминали, что пытались немного раньше дойти до дороги? — подняла глаза на дворецкого Бриджет.

— И что, мадам?

— Разве вы не видели тела? — в отчаянии воскликнула тетя Шарлотта.

— Нет, мадам.

Она подняла брови.

— Может, вы все-таки предпримете что-нибудь?

— Да, мадам.

— Да что же это такое!

Мама наклонилась и положила руку на колено тети Шарлотты. Пристально глядя той в глаза, она сказала Ангелу:

— Мадам хотела спросить, не предложите ли вы какое-то решение, учитывая обстоятельства?

Они будто вели некий тайный разговор, совершенно не совпадающий со словами. Мама продолжала обращаться к дворецкому, при этом многозначительно глядя на сестру:

— Насколько я понимаю, мы отрезаны от внешнего мира и не можем позвонить в полицию или получить какую-либо помощь. Права ли я в своем предположении, Ангел?

— Да, мадам. Боюсь, придется подождать улучшения погоды.

Он вновь направился к двери, старательно избегая смотреть нам в глаза.

— Ангел, — окликнула его Гадость, — а вы не хотите спросить, кто это?

Дворецкий приостановился.

— Как вы сказали, мадам?

— Гадалка ваша чертова! — крикнула тетя Шарлотта, оттолкнув мамину руку. — Странно, что она этого не предсказала, да?

Сухожилия по обе стороны шеи Ангела натянулись, придавая ему сходство с марионеткой, которую водят на веревочках.

— Если у вас все, мадам, то я займусь чаем.

Тетя Шарлотта театрально покачала головой.

— Да, спасибо, Ангел, — сдержанно сказала мама.

— И не забудьте про перекус для Мистера Трезвона! — крикнула Бриджет из кресла у камина.

Я внимательно наблюдала за ней. Она выглядела чересчур самодовольной для женщины, только что узнавшей о жестоком убийстве.

* * *

Потом мы сидели у камина, прихлебывая горячий, исходящий паром чай и вглядываясь в раскаленные угли, словно огонь мог исцелить наши глаза и выжечь то, что они увидели. Мы рассматривали янтарное пламя, и никто из нас не мог собраться с мыслями.

Страх — великий уравнитель. Мы чувствуем, когда он заползает в душу. У него очень явственный запах. Его не перепутать ни с какой другой эмоцией. Не то что любовь — за ней могут стоять забота, страсть, влечение, потребность быть рядом. Любовь представляет собой смесь всех или некоторых из этих чувств в разных пропорциях. Страх стоит особняком. Он чист, и ошибка исключена. Я не сомневалась, что все мы попали в его плен.

Правило номер десять

Учитывайте все, что известно.

Не подтасовывайте факты, чтобы подтвердить свою теорию.

Что мы знаем

— Мы знаем только, что она жила у Пандоры, потом вдруг оказалась гадалкой, а теперь мертва, — подытожила Мирабель.

— Нет, — возразила я.

— Лучше бы мы занялись обсуждением книги.

— Успокойся, Бриджет, Мирабель совершенно права, — раздраженно произнесла мама.

— Любой человек может поменять род занятий и место жительства, — с важным видом, как бы подчеркивая собственную недалекость, сказала Гадость. — Кто мы такие, чтобы утверждать, что гадалка — неподходящая профессия? Вот я с моим даром вполне могла бы рассмотреть такой вариант. Мой гуру-наставник постоянно говорит, что я не должна зарывать свой талант в землю.

— Ага, еще бы, — буркнула тетя Шарлотта.

— Послушайте, — продолжала я, не давая сбить себя с пути, — мы знаем гораздо больше.

— Правда?

Тетя Шарлотта всем своим видом изобразила внимание.

— Наверное, она имела в виду не тебя, Шарлотта, — вздохнула Мирабель.

— Для начала, она не умерла.

— Ах, Урсула, разумеется, она скончалась, — возразила мама, которая всегда больше любила говорить, чем слушать. — Мы ее видели. Ни за что не поверю, что она встала и пошла бродить по лесу.

Гадость испуганно пискнула, а Мистер Трезвон тявкнул в унисон. Удивительно, как похожи их голоса.

— Я хочу сказать, что она не просто скончалась. Ее убили, — уточнила я.

Атмосфера в комнате внезапно изменилась.

— Она не умерла и не покончила с собой, — продолжала я. — Кто-то лишил эту несчастную жизни, причем жестоко и осознанно. Ее убили не случайно. Значит, нам известны еще два факта, кроме того, что она мертва.

Присутствующие наконец начали соображать.

— Что еще мы знаем? — Я крепко сцепила пальцы, чтобы никто не увидел, как они дрожат. — Ее имя? Под вопросом. Около десяти лет назад эта женщина представилась нам как Дорин Делламер, а теперь она мадам Зизи — имя явно вымышленное, вот только откуда нам знать, что первое было настоящим? Впрочем, дело не в этом.

Мама прерывисто вздохнула. Она не умеет сосредотачиваться.

— Может, оставим расследование полиции? — поинтересовалась Бриджет.

Я начала терять терпение.

— И как именно ты предлагаешь это сделать? Мы здесь в ловушке, если ты еще не…

— Если мы успокоимся и обсудим книгу, это отвлечет нас от неприятностей.

Повисла тревожная тишина. Нервы сдавали.

— Важно, что Дорин Делламер сочла необходимым скрыть от нас свою личность — не только с помощью имени, но и изменив внешность. Она закуталась в шарфы и накидки не для того, чтобы быть похожей на гадалку. Все эти тряпки создавали комический эффект. Парик, с помощью которого она изменила цвет волос, тоже служил исключительно для маскировки.

Джой вздохнула.

— Она не просто нарядилась гадалкой, — продолжала я. — Она не хотела, чтобы мы ее узнали.

Я замолчала и оглядела присутствующих.

— Что дальше? Мы бы вообще не подозревали о ее существовании, если бы она не появилась здесь. Как сказал Ангел, люди приезжают в Амбровые Башни, чтобы отдохнуть от суеты. Никто из жителей деревни сюда не приходит, а гости не появляются в деревне. Им нечего там делать. Дорин Делламер не нужно было маскироваться: мы бы никогда ее не увидели, не приди она сюда. А чтобы прийти, она должна была иметь конкретную цель.

Все озадаченно переглянулись.

— Итак, теперь мы знаем еще два факта. Жертве очень нужно было прийти сюда, чтобы увидеть кого-то из нас, оставшись неузнанной. Ее целью был определенный человек или определенные люди.

— Ты все усложняешь, дорогая Урсула, — сказала тетя Шарлотта, как будто разговаривая с ребенком. — Она могла просто зарабатывать всей этой гадательной чепухой…

— Это не чепуха! — воскликнула Гадость.

— А мы случайно оказались гостями, которых заинтересовали ее услуги, — закончила Шарлотта.

— Лучше бы книгу обсудили, — вздохнула Бриджет.