Главное, поменьше думать о том, как выжил Игнатьев, является ли он дедушкой Ани Кашиной и как уходила под воду уже расселённая Мазыйка. И что там теперь на дне водохранилища, как выглядят дома и улицы, по которым сам Новиков недавно ходил. Жутко было представлять город тёмным, холодным, заросшим водорослями и илом, пустым и разбитым. Отчего-то именно эти мысли отдавались самыми неприятными ощущениями — вплоть до сухого колкого комка под горлом и тянущей тошноты.

До конца рабочего дня так никто и не пришёл заявить на шумных соседей, коз, съевших капустные посадки или овинного, продавшего налево треть заготовленного сена. Вот и отлично. Можно бы и домой собираться.

Новиков выключил компьютер, закрыл сейф, собрал свои нехитрые вещички, что приносил на работу.

Солнце только поворачивало к закату, воздух становился свежее и наливался янтарными подступающими сумерками. Тени понемногу удлинялись, погружая посёлок в июльский тёплый вечер.

Новиков уже поднялся, чтобы выйти из кабинета, но тут у него зазвонил телефон.

Уже приготовившись сообщить звонившему, что рабочий день окончен, Новиков достал из кармана смартфон. Оказалось, его вызывал какой-то скрытый номер. Тогда и говорить не о чем. Новиков просто сбросил звонок.

Однако некто ну очень желал пообщаться с Покровским участковым. Новиков сбрасывал вызов пять раз, однако скрытый номер упорно продолжал названивать.

Наконец Новиков не выдержал. Нажал «ответить» и рявкнул в трубку:

— Майор новиков слушает! Кто это?!

Повисла небольшая пауза. Секунда, другая.

Провалы глазниц чернеют под полами шляпы. Василий Костяной растягивается в ехидной зубастой улыбке и манерно произносит:

— Ну, привет!

Дорогие мои читатели!

Спасибо, что прошли путь в пятидесятые и обратно вместе со мной и нашими героями.

Ваши отзывы и эмоции — самая ценная награда для меня. Пусть эта история останется для Вас тёплым воспоминанием, а впереди нас ждут новые герои и приключения в Черноречье.

До встречи в следующей книге!

С любовью, Алёна.