– Я про него ничего не знала!
– Верю. Иначе зачем было его так сложно внедрять? Очевидно, ему отводилась роль наблюдателя за твоим отцом. О тебе он, кстати, возможно, тоже не знал. Знакомство в истинных лицах должно было случиться позже. Вряд ли ты сочла бы иностранного шпиона хорошей партией для своей дочери. – Львов вздохнул и замолчал. Мария Николаевна тоже долго молчала, потом спросила:
– Почему меня не арестовали вместе с Бояном?
– А за что тебя арестовывать? То, что ты о себе только что услышала, рассказал тебе всего лишь я, Евгений Львов, приятель частного детектива. Сам я, кстати, частным детективом не являюсь и никогда не был, – так, на всякий случай. Хотя, Леня не раз приглашал к себе на работу… И, насколько знаю, ты вовсе не была и не находишься в разработке у ФСБ. А твой таможенник слишком мало пробыл в ФСБ, чтобы что-то о тебе рассказать. А сейчас он находится в другом месте. Да и сам я вторгся в ваш особняк совсем не ради тебя, прости. Особенно – за наши короткие отношения. Короткие – во всех смыслах. Они в мои планы не входили. Прости, прости!.. Но, так вышло, что я узнал то, что узнал. Этого уже никак не изменить. От этого не отмахнешься, понимаешь? Эта информация не просто требует реализации, она вопиет! Мы поиграем, хорошо? – Львов взлохматил свои волосы. – Машенька, мне нужна будет полная информация по всем твоим протеже. Это понятно? Впоследствии сделаем вид, будто этот разговор состоялся по твоей инициативе.
Марина Караванова затащила-таки Львова на мелодраму. Закончился фильм хорошо. Потом они поехали к ней. И все бы славно, да только оба они были немного другие. Понятно, почему. Каждого волновал вопрос, как сложится дальше? И ответить на него не смог бы ни Евгений себе, ни Марина. Такая жизнь. Завтра «девушка с Сахалина» улетает восвояси, а подполковник Львов убывает в свой Лес, в Ясенево, в штаб – квартиру Службы внешней разведки, отчитываться по последней, простите, – крайней, своей операции. Насколько успешно он ее провел, начальству, конечно, виднее. На то оно и начальство. Аминь.
