– Ну перестань, прошу тебя, Амелия, – успокоительным голосом сказала миссис Девайн. – Я уверена, что Пол совершенно не желал тебя огорчать! Мужчины – такие грубые, неотесанные создания, что с них взять? Налейте сюда, пожалуйста, еще немного, вот так. Он и сам показался чем-то очень сильно огорченным. На нем прямо лица не было. Тебе надо переговорить с ним и объясниться раз и навсегда.

– И зачем мы во-о-о-бще сюда приехали?.. – жалобно воскликнула миссис Хартфорд. – С-с-сначала убийства, а теперь это! И нам теперь даже не уехать!

Филлида, притворяясь невидимой, молча собирала разбросанные по полу осколки, надеясь, что ее не выставят из комнаты. Ей ведь нужно убрать мусор, верно? Что будет, если кто-то наступит босой ногой на острый край черепка! К тому же удобно прислушиваться к разговору и при этом выглядеть занятой, если у одной из леди возникнет желание осмотреться.

– Иногда я его просто ненавижу… – продолжала миссис Хартфорд, поднимая к подруге заплаканное лицо.

– Ну что ты такое говоришь? – миссис Девайн легонько гладила ее по спине, как будто стирая боль. – Вот твой чай, выпей, дорогая, тебе станет легче. Конечно же, ты так не думаешь. Вам просто надо выяснить отношения, не сейчас, конечно, а когда этот кошмар закончится. Вернетесь домой, поговорите, и все наладится, вот увидишь! Я надеюсь, инспектор позволит нам разъехаться уже сегодня.

Интересно, знает ли миссис Девайн правду о своем супруге и женщине, которую она сейчас утешает? Если так, она гораздо более терпима и великодушна, чем сама Филлида.

Если только… если только она не хочет спровадить Хартфордов отсюда как можно скорее, чтобы лишить мужа искушения позволять себе вольности с Амелией.

Поскольку разговор крутился вокруг одной темы, Филлиде становилось все сложнее ползать по полу, собирая осколки – к тому же она наткнулась на здоровенный кусок фарфора, величиной с ее руку, на котором явно виднелись следы крови. Еще немного, и ее лучшее платье будет погублено. Она встала, сжимая в руках осколки таза, и тихо произнесла:

– Что еще пожелаете? Миссис Девайн? Миссис Хартфорд?

– Ничего! – резко сказала первая.

Выйдя в коридор, Филлида с неприятным, щемящим чувством вспомнила, что мистер Слоуп до сих пор ждет ее в сосновой комнате. Что же делать? У нее нет ни времени, ни терпения обучать этого бабника хорошим манерам. Тут она заметила Фредди, подтиравшего лужу на полу, и немного приободрилась.

– Фредди, я должна отнести поднос в комнату мистера Слоупа. Засеки время и ровно через шесть минут постучи ему в дверь и скажи, что меня срочно вызывает к себе миссис Агата.

– Хорошо, миссис Брайт, – сказал он.

– Запомни, ровно через шесть минут. Только не опаздывай, прошу! Даже если никто не ответит, все равно войди в комнату, понял?

– Да, мэм, – по выражению его лица она поняла, что он прекрасно осведомлен об опасностях сосновой комнаты.

Как раз в эту минуту из серой комнаты вынырнула Бесс.

– Ой, миссис Брайт! Слава богу, вы здесь. Мне надо кое-что вам показать.

Что-то в комнате мистера Уоринга? Как интересно… С горящими глазами Филлида шагнула вперед, но резко остановилась. Проклятье! Ведь ей же нужно отнести кофе кобелю Слоупу… Почему она вообще переживает из-за этого отвратительного представителя людской фауны? Пусть жалуется миссис Агате или мистеру Максу, ему все равно ничего не светит, разве что его самого навеки исключат из списка гостей Маллоуэн-холла. Легкая улыбка заиграла на губах Филлиды.

– Фредди, могу я попросить тебя самого отнести кофе мистеру Слоупу? Если он спросит, скажи, что меня срочно вызвала миссис Агата и что я попросила тебя позаботиться о нем.

Осмотрев поднос, Филлида с затаенным злорадством добавила к чайным приборам здоровенную сахарницу.

– Итак, что ты хотела мне показать? – обратилась она к Бесс.

– Я не знаю, важно это или нет, миссис Брайт, но странно как-то выходит. Никто в серой комнате не живет после того, как мистера Уоринга… э-э-э… после того как он умер, а камин растопили.

Филлида вошла в комнату вслед за горничной и бросилась к камину. Ну конечно, за решеткой дымился небольшой костер, над кучкой золы поднимался легкий дымок.

Дым не от дров. От бумаги!

Здесь кто-то пытается сжечь улики!

Торопливо схватив кочергу, Филлида быстро разбросала полуобгоревшие обрывки в стороны. Некоторые из них не сильно пострадали.

Она протянула руку и выхватила из камина пару обрывков.

Фотографии.

– Что это, миссис Брайт? Ой, не может быть… ах… неужели это… – Бесс покраснела и с трудом перевела дыхание. – Боже мой! Это же неприлично! – Девушка сунула руку за воротник и вытащила маленький золотой крестик, висевший на ее груди. – Преподобный Себастьян, защити нас от дьявольских козней!

Филлида поднялась на ноги, рассматривая фотографии. Конечно, сама она не пришла в ужас от увиденного, хотя это ее и заинтриговало. Она столько в жизни повидала, что давно решила ни о чем не судить с точки зрения общепринятой морали.

На фотографии явно виднелись обнаженные ягодицы высокого, стройного мужчины и тень другого мужчины, стоявшего к нему лицом. Второй мужчина обнимал своего компаньона за мускулистый зад.

Филлида перевела взгляд на вторую фотографию. Она оказалась еще более откровенной, на ней двое мужчин (непонятно, персонажи первой фотографии или другие) стояли, обнявшись и слившись в поцелуе. Оба были обнажены, а их руки располагались так, чтобы у зрителя не оставалось сомнений в том, чем именно они занимались.

К сожалению, верхние части фотографий, где должны были находиться лица участников, сгорели в камине.

– Так… – пробормотала Филлида. – Их сфотографировали через окно… Или с верхушки дерева? Но кто смог подобраться так близко…

Она внимательно рассмотрела фотографии, уделяя особое внимание убранству комнаты. Что там стоит на каминной полке? Черт возьми, не разглядеть! Нужно взять лупу и хорошенько изучить детали, а лупа лежит в ее гостиной.

– Спасибо, Бесс, ты мне очень помогла, – механически произнесла Филлида, хватая со стола два листка чистой белой бумаги. Она сложила листы поперек и осторожно вложила внутрь каждого поврежденные фотографии. – Никому не говори об этом, хорошо?

– Конечно, нет, миссис Брайт. – Бесс все еще держалась за свой крестик, но ее глаза уже горели любопытством. Ужас от вида «неприличных» фотографий очень быстро сменился восторженным интересом.

Филлида выпрямилась, разглаживая в руках две импровизированные папки.

– Ты знаешь, кто заходил сюда? Кто разжег здесь камин?

– Нет, мэм, не знаю. Я не видела никого, да и сама зашла случайно. Просто подумала, что, раз мистер Уоринг