– Ну что вы, – обходительно сказала Филлида. – Никаких церемоний, пожалуйста. И пива мне не нужно, спасибо! – Не удивительно, что Гиневра уже знает о том, что произошло в Маллоуэн-холле, ведь уже прошла ночь, для сплетен целая вечность. – Я хотела бы задать вам два вопроса, во-первых, о том, где можно нанять новую кухарку, а во-вторых, о личности одного из ваших постояльцев. Скорее всего, он приехал сюда вчера.

Гиневра прекратила тереть прилавок и уперла кулаки в боки.

– Это что же, теперь я должна помнить всех, кто тут болтается? Вчера весь день скакала, не присев ни разу, пришлось даже помощь звать – все столы позанимали! Столько народу было, на улицу сыпались! – Она сердито нахмурилась. – Это все ваши убийства виноваты, только кокнут кого-то – и все бегом ко мне. Немудрено, что ваша дама Кристи строчит книжки про убийства и всякие там яды – ей и карты в руки.

– Конечно, – Филлида улыбнулась как можно приветливее. – Понимаю, что вы были страшно заняты вчера, да еще репортеры, наверное, тоже зашли выпить пива да поесть, правда?

– Даже молитву с утра прочитать не успела, – сдвигая темные брови, заявила Гиневра. – С ног валилась от усталости. Сегодня придется две прочесть, и то если время найдется. По нужде не сходить было, пока Кимми не прибежала помочь пиво разнести да нарезать хлеб. Вернон и Тедди на кухне вертелись как белки в колесе, пришлось две новые бочки из погреба выкатить вчера. Вот так-то.

Филлида не знала, сочувствовать ей или поздравлять женщину с таким небывалым притоком посетителей. Подумавши, она благоразумно решила вообще ничего не говорить, хотя наплыв гостей обычно означает успех любого бизнеса. Вместо этого она продолжала гнуть свою линию.

– Мне нужен кто-то вроде Кимми в помощь на кухне миссис Паффли. Хотя бы на время, пока я не найду новую кухарку…

– Руки прочь от Кимми! – рыкнула Гиневра. – Вы что думаете, заявитесь сюда и сразу помощницу мою перехватите? – Она схватила тряпку и стала яростно тереть прилавок.

– Конечно, нет! – терпеливо повторила Филлида. – Я и не думала об этом. Но…

– Никто здесь работы не ищет! – заявила Гиневра. – У всех все в порядке, ясно? Ну разве дочка миссис Баркли, она вот только ушла от лорда Таттеринга… Не знаю, как она справится на кухне, такая тощая да мелкая, я и сюда ее не беру. Она бочку эля с места не сдвинет! Но можете спросить, беды не будет. Еще есть сестра мисс Панкхерст, она за лежачей теткой ходила, недавно вернулась. Ей палец в рот не клади, но, я думаю, миссис Паффли и не такую обломает, верно?

– Спасибо за ваши…

– Ах да. Еще Опал Стамм. Девчонке трина-дцать стукнуло, а мамаша ее уже готова из дома вытурить, чтобы не болталась под ногами, да и чтоб не кормить. Говорит, давно пора ей работу искать. Не знаю, как она с ножом управится, но, может, на что другое сгодится? Семейство Стамм знаете? Они живут в доме с голубыми ставнями, сразу за мясной лавкой… Да вы их издалека услышите, такой галдеж над крышей стоит – у ней же своих восемь сопляков, и старшая тоже только-только родила!

– Благодарю, – сказала Филлида, – все три кандидатуры весьма многообещающие, – она помедлила, опасаясь очередного взрыва эмоций со стороны Гиневры, но затем все-таки продолжила: – Здесь остановился один мужчина. Блондин, около тридцати лет, с бородой, носит зеленую фетровую шляпу. Я бы хотела с ним переговорить. Понимаю, как вы заняты, но вдруг вы видели его…

Гиневра вдруг с такой силой хлопнула ладонью по прилавку, что Филлида подпрыгнула от неожиданности.

– А вы-то зачем якшаетесь с такими, как он? Мужлан, чурбан неотесанный! Да если бы он не платил мне за две комнаты, я бы его вышвырнула прямо завтра. Вылетел бы у меня на улицу да приземлился на свой тощий зад! – она ткнула пальцем в сторону двери.

– Мне только нужно задать ему один вопрос, – «или два», не уточнила Филлида. – Как его зовут? Где он сейчас?

– Называет себя Юджин Мустард. Наверняка кликуха, – мрачно заявила Гиневра. – Мустард, что за фамилия такая? Я такой не слыхала, а вы?

– Я тоже, – мирно сказала Филлида, не желая ссориться с воинственной женщиной. – А где он сейчас, еще спит?

– А я что, по-вашему, хожу по комнатам и одеяло своим постояльцам подтыкаю? Откуда я знаю, где он сейчас? – Гиневра даже кудрями затрясла от гнева.

– Что вы, как можно, – обходительно проговорила Филлида. – Что ж, мне, наверное, пора. Я буду вам очень признательна, если вы не расскажете мистеру Мустарду о нашем разговоре. И вообще никому не рассказывайте, будьте добры.

Женщина смерила ее с ног до головы скептическим взглядом.

– Ах, вот, значит, как? Вижу, тут и свои секреты имеются… Что же, меня это ничуть не удивляет, с такими-то волосами. И такой-то фигурой… да уж, у вас самой немало тайн за пазухой, дамочка, правду я говорю? – Она перегнулась через прилавок. – Повидала я на своем веку таких, как вы. Уж будьте уверены.

– Я зайду попозже узнать, не вернулся ли мистер Мустард, – пробормотала Филлида, быстро ретируясь из паба, пока Гиневра не начала задавать ей неловкие вопросы. К тому же ей не хотелось спугнуть Юджина Мустарда до того, как она переговорит с ним, а ей почему-то казалось, что большой охоты беседовать у него не возникнет. И не хватает еще, чтобы Гиневра начала анализировать ее собственное прошлое!

Несмотря на низкие облака, после душного, прокуренного паба на улице дышалось удивительно легко. Филлида сняла с плеч свитер и перебросила через руку. Повернув по улице, она направилась к дому Стаммов. Из всех перечисленных Гиневрой вариантов Опал Стамм подходила ей лучше других. Девочку тринадцати лет легко обучить ремеслу, а если она справится со своими обязанностями, впоследствии ее можно будет взять в штат на постоянной основе. А уж как Бенита запрыгает от восторга, получив повышение, – ведь Опал займет ее место судомойки.

Полчаса спустя Филлида завершила переговоры с Опал и ее матерью к удовлетворению обеих сторон. Надо признаться, ее поразило, что миссис Стамм без малейших колебаний отдала дочь в услужение в поместье, где в один день произошли два убийства, а хозяйка дома считалась выдающейся специалисткой по использованию ядов. Филлида попросила собрать вещи девочки к десяти часам утра и привести к пабу, чтобы они с Брэдфордом могли забрать ее с собой.

Как и надеялась Филлида, у нее