И почему повара такие шумные, зачем вечно кричат, ругаются, жалуются! Наверное, потому, что сами все время живут в напряжении: вдруг жаркое не понравится, или суп не успеет вовремя свариться… они-то одни отвечают за все и…

Из-за яблоневого дерева прямо перед ее носом появилась тень – мужчина! Вскрикнув от удивления, Ребекка невольно отступила назад. Солнце било ей в глаза – она прищурилась и на секунду смогла разглядеть его лицо, а узнав, похолодела и в ужасе отшатнулась.

– Что… что вы тут…

Но вопрос остался неоконченным – от страшного удара в висок в глазах Ребекки потемнело, и она замертво рухнула на землю.

Глава 16

Когда Филлида спустилась на кухню, чтобы проверить, как идет подготовка к вечернему чаю – единственной процедуре, за которую она отвечала наравне с миссис Паффли и камердинерами, – на кухне царил совершеннейший хаос.

Конечно, миссис Паффли, женщина нрава свирепого и характера весьма сварливого, не упускала случая пошуметь, но в этот раз повариха чуть не плакала. Слезы застилали ей глаза и грозили в любую секунду ручьями потечь по румяным щекам.

– Все, ухожу я от вас, ухожу! – закричала она при виде Филлиды, при этом продолжая неистово месить тесто. Филлида невольно подалась вперед, опасаясь, что лужа слез, пролившись в миску, испортит густую массу. – Прямо сейчас все брошу и уберусь к чертям собачьим, подальше от вас, восвояси. Через вот эту проклятую дверь выйду и больше не вернусь! Никогдашеньки не вернусь! Как жить, миссис Брайт, как мне жить, скажите?

– Что на этот раз случилось? – спросила Филлида, оглядываясь по сторонам в поисках подсказки относительно того, что вызвало такую бурю эмоций.

– Это все лентяйка Ребекка! Где она, кто мне скажет? Болтается в саду уже больше часа, а я даже не могу послать за ней Бениту или Молли, потому как у нас и так рук не хватает! А эта чертова девка слоняется без дела и плевать на все хотела! Да еще убийство, и Стэнли без вести пропал, так что… больше не могу! Ухожу от вас, ко всем чертям!.. – Слезы уже струями текли по ее щекам, а скалка беспорядочно раскатывала нежное тесто, которое повариха в сердцах бросила на стол. – Хватит уже!!!

Филлида умела печь и прекрасно знала, что после такого обращения тесто вряд ли поднимется, поэтому бесстрашно подошла к поварихе и забрала из ее рук скалку.

– Я сама найду Ребекку, миссис Паффли, пожалуйста, не волнуйтесь так сильно. Умойтесь, приведите себя в порядок и прекратите, наконец, истерику. Вы сможете отругать Ребекку вечером. Я устрою ей хорошую взбучку, когда встречу, обещаю.

Разнервничавшись, Филлида положила скалку на стол подальше от разгневанной поварихи. Бросив строгий взгляд на красное лицо миссис Паффли, которая вытирала слезы рукавом, а затем – на застывшую с разинутым ртом Молли, она повернулась и вышла из кухни.

Паффли права. Маллоуэн-холл и впрямь стал ареной слишком многих неприятностей. Но куда могла подеваться Ребекка? Невозможно поверить, что девушка забылась настолько, что отправилась «слоняться без дела», хотя она и правда любит перемолвиться словечком-другим с садовником. Что же, юным девам свойственно забывать о времени, особенно в такой погожий денек. Но должна же она понимать, что слуги не имеют права позволять себе такие вольности, если хотят сохранить место.

Как и камердинеры.

Подумать только, двое слуг пропали в один день… Невозможно поверить в такое совпадение, и это беспокоило ее еще сильнее.

Даже не посмотрев в сторону гаража, Филлида сбежала по ступенькам крыльца, обогнула дом и осмотрелась. Мистер Макс и гости уже вернулись с экскурсии, и теперь все машины снова стояли в гараже. Противному Брэдфорду наверняка прибавилось работы.

Филлида направилась в сторону огорода, разбитого поодаль от парадных садов и террас, на которые выходило большинство окон особняка, но никого там не обнаружила.

Где еще может черт носить кухарку? Разве в туалете? Бывало, усталые слуги прятались вздремнуть часок в этом укромном уголке, хотя Филлида сама ни разу не ловила подчиненных за этим занятием. Уборные внутри дома предназначались для хозяев, их гостей и старшей прислуги вроде нее, мистера Доббла и камеристки миссис Агаты, всем остальным приходилось бегать по нужде на двор.

Обе двери туалета оказались приоткрытыми, что означало, что внутри никого не было. Филлида на всякий случай постучала, а затем и заглянула в обе кабинки. Никого. Пусто.

Сжимая руки от беспокойства, Филлида приказала себе не нервничать, а сначала переговорить с Амси. Она нашла садовника там, где и думала: как всегда по четвергам, он работал в восточной части поместья.

– Доброго денечка, миссис Брайт, – слегка поклонившись, с некоторым удивлением приветствовал ее садовник. В руках он держал огромный секатор.

Амси, мужчина лет сорока с мягким голосом и спокойным лицом, был одет в льняную рубаху и темные штаны до середины голени и обут в резиновые сапоги. Сапоги были английского производства, а одежда напоминала традиционные наряды его родины.

Много лет назад мистер Макс привез Амси из Египта – как поняла Филлида из обрывков разговоров, вытащил его из каких-то политических передряг, – и Амси прижился в английском климате на удивление хорошо. В Каире он работал старшим садовником одного из крупнейших туристических отелей, так что ему легко было содержать в порядке относительно небольшую территорию Маллоуэн-холла. И по-английски он говорил лучше некоторых служанок Филлиды.

– Вы, случайно, не видели Ребекку? – обратилась к нему Филлида.

Он покачал головой.

– Нет, мэм, не видел. Она была в огороде, наверное, с час назад или вроде того, – прищурившись, он посмотрел на солнце.

– Вы с ней не разговаривали?

– Нет, мэм, сегодня не говорил. Я видел ее только мельком, когда вез тачку за торфом. – Увидев встревоженное лицо Филлиды, он тоже нахмурился. – Я помогу вам найти ее, если хотите.

– Спасибо, не нужно. Работайте, не отвлекайтесь. Я сама найду ее. – Филлида повернулась, чтобы пойти дальше, но вдруг остановилась, когда ее пронзила новая мысль. – Кстати, а Стэнли вы тоже не видели?

– Нет, мэм. Я все утро занимался пионами и розами, только недавно перешел сюда, чтобы постричь изгороди. Правда, наткнулся здесь на репортеров, но сумел прогнать их. Когда за ними погнался темнокожий человек с секатором в руках, они ретировались очень быстро. – Улыбка на его