Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 122

— Не будь так в этом предвзят. Она тоже часть семьи, — Сизый сказал это, повторяя манеру речи Сокола, и Щегол непроизвольно улыбнулся. — Попробуй найти к ней подход и у тебя тоже появится иммунитет к ее иголкам. А это иногда очень полезно.

В этот раз порхание Сороки не увенчалось успехом, и она с визгом повалилась на ледяную землю. Развалившись поперек дороги, она громко засмеялась, закрывая варежками лицо. Ее смех утопал в гомоне чужих голосов, и, казалось, никто и не замечал лежавшую на земле девушку. Щегол закатил глаза и посмотрел на своего спутника. Сорока в очередной раз подтвердила все ожидания касаемо нее.

— Долго еще будете стоять? — вслед за смехом последовало возмущение. — Поднять меня не хотите?

Сизый со Щеглом подошли к валяющейся на земле Сороке и подняли ее под руки. Ее ботинки все еще скользили, и она норовила снова упасть, поэтому ее приходилось держать силой. Когда она, наконец, сумела встать на ноги, не стремясь к мерзлой земле, то Щегол облегченно выдохнул. И пусть Сорока выглядела довольно миниатюрно, но на деле она оказалась очень даже тяжелой.

— Нам еще минут десять пешком и можно в Гнездо возвращаться, — Сорока указала рукой вниз по улице. — На трамвайной остановке еще один.

С самого дня слежки Птицы начали проверять остальные символы, разбросанные по всему городу. Сокол хоть и не показывал никаких эмоций касаемо появившихся рисунков, но приказал проверять каждый рисунок. Перекрыли не все. Возможно потому что не нашли их, а возможно это тоже что-то значило. На сегодняшний день было перекрыто всего два, из скольки Щегол не знал. Как оказалось, символов по городу располагалось гораздо больше, чем он находил в первый день. Для Птиц это имело какое-то свое значение. Спускаться к следующему «глазу» приходилось вниз по улице, и чтобы Сорока не упала, Сизый держал ее под руку, словно постаревшую женушку. Теперь Щегол плелся позади в одиночестве, полностью отдавшись мыслям, клубящимся в голове. Они вышли с правой стороны улицы на центральную аллею, потому что вроде как так было быстрее. Затарившись на рынке продуктами к праздничному ужину, женщины в меховых шапках, что были похожи на спящих животных, поднимались вверх по улице. На остановках толклись люди, дожидаясь автобуса, что ходит раз в два часа. Щегол уже представлял, как им будет весело добираться до дома в битком забитом транспорте. Вдоль дорожки по аллее стояли тумбы с объявлениями о цирке на воде. К концу аллеи Щеглу уже всюду мерещился этот самый цирк. Ведь это, как они написали, была мировая сенсация! Спустившись к самому концу улицы, они свернули вправо на небольшую улицу, что вела к площади с той самой остановкой. Впереди Щегол увидел подъем в гору и уже хотел возмутиться, неужели теперь им придется подниматься ведь тогда им придется толкать Сороку, как застрявшую в сугробе «Буханку». Но на его радость, остановка находилась в самой низине и подниматься им не придется. Там, как и везде сегодня, находилось много людей, сквозь которых было невозможно пробиться. Сизый выпустил из своей хватки Сороку и протиснулся к бетонной стене между бабушек. Сорока и Щегол последовали его примеру и, пропуская мимо ушей недовольные возгласы, догнали Сизого. Он стоял напротив перекрытого глаза очередным рисунком. Это был череп, и он отличался от обычного черепка тем, что и вместо челюсти у него был клюв. На остановке определенно был нарисован череп птицы.

— Мы что с художниками воюем? — Щегол отошел в сторону и недовольно фыркнул. — Какого черта они так хорошо все рисуют. Мишени еще ладно, но что это. Как это вообще возможно нарисовать простому смертному. Чтобы мне такое нарисовать, придется душу дьяволу продать.

— Помолчи, — Сорока подошла ближе к рисунку и провела пальцами по четким линиям. — Я узнаю его. Нужно показать его Соколу, ему это не понравится. Сизый, можешь сфотографировать?

Сизый кивнул и достал раскладной телефон и сфотографировал рисунок. Изображение получилось размытым, но разглядеть в этом птичий череп было реально. Приехал трамвай, и люди с остановки хлынули плотным потоком к нему, оставляя троих на остановке. Переглянувшись друг с другом, Щегол и Сизый уставились на Сороку.

— Откуда ты знаешь этот рисунок? — Сизый подошел ближе к Сороке и наклонил голову вперед.

— Сокол не говорил, — она с опаской взглянула на Щегла. — Он не рассказывал вам. Значит, и мне не стоит.

— Сорока, мы знакомы не первый день. И рисковать своей жизнью ради секрета мы не собираемся, — Сизый положил руку ей на плечо, и она вздрогнула.

— Ладно, — она отошла в сторону и села на скамейку, махая ногами в разные стороны. — Птичий череп — это самый первый символ Птиц. В конце девяностых Сокол рисовал его. Он тогда был особенно обозленный и хотел внушить страх всему, что подвержено страху. Это было отвратительное время, когда нам приходилось по-настоящему выживать. Просто так он не мог здесь появиться. Значит, кто-то помнит то время. Помнит и хочет отомстить, — Сорока перевела взгляд на Щегла. — Только молчите. Я сама с ним поговорю. Если захочет, расскажет вам больше.

Сизый кивнул, не задавая лишних вопросов. Щеглу следовало поучиться у него выдержке, ведь ему так и хотелось засыпать Сороку вопросами. Но он прекрасно понимал, если он скажет хоть слово, то Сорока снова превратится из доброжелательной и открытой девушки в высокомерную и язвительную. А этого Щегол не хотел, ведь она, оказалось, знала о Птицах больше Сизого. С одной стороны, это было неудивительно, ведь она появилась здесь задолго до них. А с другой стороны, во сколько же лет она вступила к Птицам, раз уже была с ними в конце девяностых. Как минимум уже больше семи лет Сорока с ними. До Гнезда они решили добираться с пересадками. Сначала на трамвае до нужной остановки, а после на маршрутке до леса. Щегол огляделся по сторонам и заметил на другой стороне улицы неприметную вывеску. Это было именно то, что ему нужно.

— Мне нужно отойти в магазин, дождетесь?

— Откуда у тебя деньги? Сокол тебе не выдавал, — Сизый слегка нахмурил брови.

— Свои были. Я ненадолго.

— Вьешь гнезда за нашими спинами? — Сорока прищурилась. — Не надо так.

— Ничего против правил я не сделаю. Вот увидите.

— Дерзай, — Сизый махнул ему рукой.

* * *

Протоптанную тропинку снова замело снегом, поэтому приходилось высоко поднимать ноги, чтобы не набрать полные ботинки снега. Но даже несмотря на все эти усилия, штаны по

Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 122