Я обычно не боюсь птиц, но эти почему-то слегка действовали мне на нервы. Их было очень много. Тысячи и тысячи. Я ещё никогда не видела столько птиц в одном месте. Но, напомнила я себе, папа – орнитолог и должен точно знать, опасны они или нет. Вонь была отвратительной, каждый камень сплошь облепили мухи. От их постоянного жужжания болела голова.

– Я никогда ещё не видела столько мух! – воскликнула я, разгоняя рукой целую стаю.

– Они слетаются на птичьи какашки, – сказал Крис. – Олуши едят много рыб и кальмаров, а мама говорит: «Что входит, то и выходит», поэтому оно всё так и воняет.

Мы немного отошли от маяка, и тут Крис остановился, поднёс к глазам бинокль и начал вглядываться в горизонт.

– Ищу морских чудовищ, – сообщил он нам. – Вокруг Шотландии их целые сотни.

– Ну если будешь продолжать искать, обязательно найдёшь, – подбодрила его Роузи. – В журнале, на который я подписана, была статья о Лох-несском чудовище. Там совсем недавно опубликовали новые клёвые фотки.

– Скорее всего, новые клёвые подделки, – пробормотала я.

Роузи, пропустив мои слова мимо ушей, обратилась к Крису:

– Я их тебе покажу, когда вернёмся, хорошо?

– Хорошо! – восторженно воскликнул он.

Пока Крис искал в море чудовищ, Роузи подняла камеру и навела её на маяк. Послышался щелчок затвора.

– На твоём месте я бы этого не делал.

Мы все подскочили от неожиданности и, повернувшись, увидели Уилла. Тот сидел на булыжнике, упершись локтями в колени. Он был настолько неподвижен, что я даже не заметила его в тени.

– Чего бы не делал? – спросила Роузи.

– Не фотографировал бы маяк, – ответил он, медленно поднимаясь на ноги. – Маяк этого не любит.

Глава 5

– Ты о чём? – спросила Роузи скорее заинтересованно, чем испуганно. – Кстати, я Роузи, а это Крис и Джесс. Так что не так с маяком?

– Трудно сказать, – ответил Уилл. – Кое-кто верит, что он проклят синими людьми Минча. Если вы из Лондона, то, скорее всего, даже не слышали о них, но они…

– Я знаю, кто они, – перебила Роузи, радуясь возможности похвастаться своими энциклопедическими знаниями обо всём странном и чудесном. – Странные синие люди, которые живут в море вокруг Внешних Гебрид, вызывают шторма и топят людей.

– Верно, – не без удивления подтвердил Уилл.

– Ты же не веришь в такие вещи всерьёз? – недоверчиво спросила я его.

– Неважно, верю я или нет. Я знаю только одно: никаких документов о строительстве исходного маяка не существует. Вообще. Никаких архитектурных чертежей, расходных ведомостей, расписаний работы, договоров, свидетельств о собственности, вообще ничего. Я знаю, потому что проверял. Самые старые известные записи связаны со строительством новой башни вокруг старой в начале девятнадцатого века. А вот первый маяк… такое впечатление, что вообще никто не знает, как он тут появился, кто его построил и зачем. Никто никогда не пытался заявить, что маяк принадлежит ему.

Я пожала плечами.

– Ну и что? Такие документы наверняка постоянно теряются.

– Ничего подобного! Комиссии по маякам очень щепетильно относятся к таким вещам. У них есть записи, которым сотни и сотни лет. Полное отсутствие информации – это не просто необычно, а совершенно неслыханно. В архивах об этом маяке нет вообще ничего – до тех пор, пока в 1807 году не построили новую башню. Никто из властей вообще не хочет говорить о маяке на Птичьем острове.

Я искренне не понимала, что же такого важного в каких-то пропавших документах, и уже собиралась об этом сказать, но тут Уилл посмотрел на Криса и спросил:

– Сколько тебе, вообще, лет? Пять, наверное?

– Шесть! – обиженно ответил Крис. – С половиной.

Уилл покачал головой.

– Безумие, – пробормотал он себе под нос. – Ни за что бы не подумал, что тут поселится целая семья. Шесть лет. Господи Иисусе.

– Но почему это всё значит, что нам нельзя фотографировать маяк? – спросила Роузи.

Объяснения Уилла её явно не устраивали: они не были ни страшными, ни сколько-нибудь интересными.

Уилл ответил не сразу.

– Северная комиссия по маякам раньше каждый год получала десятки фотографий маяка. Люди присылали даже негативы.

Роузи подняла бровь.

– Зачем?

– Чтобы справиться с плохой приметой. Маяк не любит, когда его фотографируют. – Он едва заметно нахмурился. – По-моему, он даже не любит, когда на него смотрят.

– Это же маяк, – запротестовала я. – Он не может что-то любить или не любить.

Уилл покачал головой.

– Вот тут ты неправа. Люди там умирали. Видели разное. А если вы там останетесь, то и с вами что-то случится…

До этого момента Крис скорее слушал заинтересованно, чем испуганно, так что я даже удивилась, когда он вдруг расплакался – и не просто всхлипнул, а прямо разревелся.

– Не хочу жить в маяке! – завывал он. – Я его ненавижу! Ненавижу!

Я повернулась к Уиллу и закатила глаза.

– Ну спасибо тебе, – сказала я. – Уверена, папа будет очень рад, когда мы приведём его домой в таком вот настроении.

Уилл пожал плечами и даже не попытался извиниться. Вот ведь гад.

Я присела на корточки возле брата.

– Всё хорошо, Крис. Уилл просто шутит. В маяке на самом деле не водятся привидения. Пойдём, осмотрим остальной остров.

К моему облегчению, Уилл не попытался остановить нас или пойти за нами, так что мы оставили его одного. Крис ещё какое-то время хныкал и всхлипывал, но потом Роузи увлекла его разговором об улитках и он вроде бы успокоился и постепенно забыл о неприятном разговоре с Уиллом.

Остров оказался небольшим. Его, наверное, весь можно обойти примерно за час. А это значило, что не наткнуться на других охотников на куку будет довольно сложно. Сначала мы увидели охотничьи домики на склоне холма – маленькие каменные здания, построенные монахами несколько столетий назад. Признаюсь, по сравнению с ними маяк и в самом деле выглядел почти уютно. В маленьких каменных хижинах не было даже окон и дверей – только зияющие дыры, в которых свистел ветер. Несколько человек в штормовках таскали туда-сюда большие мешки и длинные верёвки.

– Пойдём, – наконец сказала я. – Не хочу, чтобы они нас увидели.

По пути мы увидели несколько птенцов олуш в гнёздах, и от одной мысли о том, что их маленькие пухлые головки вскоре будут разбиты о скалы, мне стало дурно. Я была рада, что папины исследования как-то помогут покончить с охотой. Мы ещё немного походили, но на острове не было больше ничего, кроме птиц, мух и высоких каменных пирамид. Он был просто невероятно унылым. Наконец, сделав