Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 58
– А неприятностей еще больше! – в тон ему ответил Клим, не переставая есть мясо.
– Неприятностей мы не боимся – у нас отдельный остров с правом экстерриториальности, а ломать копья большие страны из-за тебя не будут!
– Ты в этом точно уверен? – спросил Клим, внимательно взглянув на индейца.
– Уверен, парень, уверен. Мы тебя прокачали по своим каналам – никто в Океании тебя не знает и не посылал – значит, ты одиночка! Это уже хорошо!
Клим не стал ничего говорить, тем более что сказать было ему нечего, а продолжал уже без всякого аппетита есть мясо.
Не дождавшись ответа, индеец промокнул губы бумажной салфеткой и продолжил:
– Ты сегодня убил двух ублюдков, которые недостойны называться людьми! Наша деревня, да что деревня – весь остров тебе признателен! Никто тебя уже не ищет: ни полиция, ни мафия! Ты наш гость, а гостей надо уважать! Отдохни в соседней комнате, немного поспи. Машина внизу – ребята отвезут тебя в любую точку острова и проследят, чтобы тебя никто не тронул.
– Не трогай девушку! – попросил Клим.
– Хорошо! Желание гостя закон для хозяина! Она будет жить, но не так хорошо, как могла бы! – жестко сказал индеец.
– Передай сыну заработанную тысячу долларов! У тебя прекрасный, замечательный сын, которым может гордиться любой отец! – попросил Клим, протягивая десять банкнот.
– Если тебе будет плохо – приезжай на наш остров! Здесь ты всегда найдешь кров и защиту и никто не спросит: откуда у тебя деньги! – сказал индеец, стоя в дверях.
Когда Клим подошел к двенадцатому причалу, номер которого был намалеван на деревянном сарае метровыми белыми буквами, то увидел абсолютно черное судно, пришвартованное левым бортом к пирсу.
Едва Клим подошел к судну, как невидимый человек голосом с ужасным акцентом по-русски сказал:
– Нас прислал Гарик! Привет от Рэма и Боди!
«Это могли быть только люди Гарика, которые недавно говорили непосредственно с Гариком!» – понял Клим, и на душе у него стало тепло.
Только у них в команде называли тренера Рэмом, а ведущий пловец Бодарчук, имевший рост два метра пятнадцать сантиметров, звался ласково – Боди. Это мог знать только один человек – Гарик, и поэтому Клим без опаски поднялся на борт.
– Ужинать будете? – спросил мулат, едва Клим спустился по коротенькому трапу в крохотную каюту.
– Только спать! – сказал Клим, на ходу скидывая с себя одежду.
Моторы катера негромко заурчали, и катер на малом ходу тронулся к выходу из бухты.
Глава 20
Почти сутки катер шел в океане. Огромные волны бросали мощный катер то влево, то вправо, постоянно снося его с намеченного курса. Клим все это время практически не выходил из каюты – спал, вставая только для принятия пищи. Зато теперь Клим чувствовал себя полностью отдохнувшим.
Было два пятнадцать ночи, когда справа, в десяти кабельтовых, обнаружился остров, на котором не светился ни один огонек.
Мягко стукнувшись левым бортом о резиновые покрышки, повешенные на пирсе вместо кранцев, катер причалил к берегу.
Едва Клим сошел на берег, как сразу попал в объятия Гарика.
– Рад тебя видеть, горемыка! – приветствовал нежданный соратник Клима.
– Как тебя зовут по-настоящему? – задал неожиданный вопрос Клим.
– Имя у меня Гэрри, а я так привык к Гарику, что уже начал его забывать, – ответил соратник, обнимая Клима за плечи.
– Ты явно рад меня видеть! Радость эта мне кажется немного наигранной, но все равно приятно! Как поживает твоя супруга? – спросил Клим.
– С супругой все нормально! Мадам отдыхает вместе со мной, наслаждается жизнью. Тебе приготовлена другая участь. Ровно через два часа ты со мной вылетаешь для выполнения основного задания, – с места в карьер огорошил Клима Гарик.
– Документы, легенда, конечно, готовы? – спросил Клим, всматриваясь в своего старого приятеля.
– Легенда слабенькая, а вот документы отличные – рисовали в Гонконге. Почти настоящие французские паспорта – когда Гонконг передавали китайцам, то умные люди набрали пустых бланков и теперь потихоньку банкуют ими, – рассказывал Гарик, который, сам не заметив, употребил выражение их молодости.
Клим улыбнулся, погладив небольшое подстриженное в виде конуса дерево с блестящими, будто смазанными лаком листьями. Листья на дереве были маленькие и влажные на ощупь.
Вдоль тропинки, шириной в метр, росли невысокие, причудливо подстриженные деревья. Были там квадраты, шары, ромбы и еще какие-то геометрические фигуры, названия которых Клим не мог вспомнить сейчас – голова была занята другим. Работать, как Юлий Цезарь, который, по преданию, делал одновременно шесть дел, Клим не мог, да и не хотел.
Наверное, в пострижке деревьев была какая-то система, но Клим ее не уловил: все эти деревья, подстриженные в виде объемных фигур, вызывали чувство незавершенности, несмотря на то что денег в эти садовые забавы было вбухано немерено.
Клим не стал ничего спрашивать, а покорно шел вперед, осматривая окрестности. Осматривать особо было нечего: песок, изуродованные деревья, но вот в конце тропинки появился мираж.
Четыре плакучие ивы склонились над невысоким деревянным столиком, ломившимся от чисто русской еды. Икра черная и красная, ломти отварной рыбы, в которой Клим без труда узнал белорыбицу.
– Откуда дровишки? – спросил Клим, накладывая себе в тарелку аппетитный кусок запрещенной к отлову рыбы.
– Из Астрахани, вестимо, – ответил Гарик, опуская руку вниз.
В руках у хозяина появилась бутылка столичной водки с жестяной бескозыркой. Ловко сковырнув жестяную крышечку, Гарик разлил холодную водку в маленькие граненые стаканчики. Подняв стаканчик на уровень глаз, Гарик негромко сказал:
– Ты знаешь, я страшно рад тебя видеть. Это моя последняя операция! Провести ее с тобой – это подарок на склоне жизни.
– Выходишь в отставку, командир? – невинно спросил Клим, прекрасно понимая, куда клонит Гарик.
«Как хорошо знать то, чего не знают другие», – подумал Клим.
– Давай провозгласим коронный еврейский тост: Лэ хаим! – махнул рукой Гарик, не отвечая на вопрос Клима.
Выпив по первой, друзья принялись за закуску.
– Не нравится мне твое настроение, командир, – снова вернул на прежние рельсы разговор Клим.
– Давит меня одна болячка, житья не дает, и возраст тут ни при чем! – махнул рукой Гарик.
– Нет у тебя этой болячки! – выпив стаканчик водки, небрежно сказал Клим, потянувшись к новому куску тающей во рту рыбы.
– Много ты понимаешь! – снова махнул рукой Гарик.
– Сколько стоит самый маленький островок рядом с твоим? – спросил Клим, наливая себе еще стаканчик водки.
– За лимон-полтора баксов хорошему человеку можно устроить, – думая о чем-то своем, ответил Гарик, бессмысленно смотря в сторону моря.
– Ставлю вот такой островок против твоего автомобиля, что у тебя ничего нет – ни сифилиса, ни СПИДа, ни чего похуже! Ты абсолютно здоровый человек! – заявил Клим, преследуя свою цель. Иметь напарника, который постоянно опасается за свое здоровья, чревато последствиями для личной жизни. Тем более иметь напарника, уверенного, что у него рак, – страшное дело! Человек может решить, что ему сейчас необходима героическая смерть. Жизнь напарника при этом не имеет для него никакого значения.
– Чем отвечаешь? – деловито спросил Гарик, полностью уверенный в своем выигрыше.
– Вот на этой карточке около двух лимонов баксов. Если я выиграю, то ты покупаешь мне остров ценой в три-четыре лимона баксов. Оформление, документы – все за твой счет! – жестко сказал Клим.
На минуту Гарик замолчал. Клим его прекрасно понимал. Деньги – всегда деньги. Чем больше он оставит своим наследникам, тем с большей теплотой будут вспоминать о нем.
– Договорились, – наконец выдал напарник. Не дождавшись ответного слова, Гарик опрокинул стопку. – Ты только скажи, где бабки взял? – заинтересованно спросил он, вертя в руках пластиковую карточку.
– Нашел на острове, – спокойно ответил Клим.
Гарик недоверчиво хмыкнул, но говорить ничего не стал.
Тяжело вздохнув, как будто нес тяжелый мешок, Клим продолжил, выпив стопку водки:
– Тот вопрос мы решили, а теперь давай говорить о деле.
«Дня три под воду идти не придется – иначе Гарик не стал бы ставить водку на стол!» – меланхолично подумал Клим.
– Все идет по плану, только надо сменить имидж. Сейчас тебя немного подкрасят, и ты станешь еще красивей и совершенно не похож на себя самого, – Гарик поднял руку.
Моментально появились два негра, тащившие пластиковый стол, на котором стоял пластиковый поддон с высокими стенками, в котором поместилось множество разнокалиберных бутылок.
Клим, чувствуя, что праздник плоти закончился, вместе со стулом повернулся на сто восемьдесят градусов. Негры не стали тратить время на разговоры, с ходу окунули голову Клима в тазик с темной жидкостью. Жестами показав, что надо раздеться, негры тем временем надели на голову Клима пластиковый колпак. Завязав колпак на голове, негры затопали ногами, выказывая свое нетерпение.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 58
